Наташа Ридаль – Анникка (страница 29)
– Так-так, полгода не вспоминали старика, и вдруг свалились как снег на голову. Ну, проходите на кухню, я вас чаем напою.
– Простите, что явилась прямо к вам домой, – смущенно извинялась Ада. – Я не знала, где еще вас искать, ведь лодочная станция зимой закрыта.
– Вижу, что вас привело ко мне какое-то важное дело. А мне было бы приятно, если б вы заглядывали без всякого повода,
Ада с любопытством озиралась в тесной кухоньке, где царил идеальный порядок. Мутанен поставил медный чайник на примус и подвинул гостье табурет.
– Теперь рассказывайте.
– Надеюсь, Лео, вы никуда не спешите. Рассказ будет долгим.
И она поведала бывшему полицейскому о поездке в Петроград, о подозрениях доктора Яковлева относительно истинной причины болезни Саши, о доносе на Брискина, отправленном из Териок, о пропавшей Анне Брюс и о том, как и почему Пекка Саволайнен убил ее. Лео слушал очень внимательно, не перебивая, а когда Ада замолчала, сказал:
– Так, значит, Пекка, точнее Юхани Киркинен – из финских егерей? Их ненависть к русским была настолько сильна, что во время войны они приняли сторону германцев. Но я вас успокою, Ада Михайловна: вы можете больше не опасаться этого человека. Семья Саволайненов покинула Териоки.
– Откуда вы знаете?
– В десятых числах января Пекка Саволайнен (будем называть его так) приходил к майору Хейсканену. Я работал за перегородкой и невольно их подслушал, причем оба ничего не заподозрили. Думаю, вам будет полезно узнать, о чем они говорили.
Ада подалась вперед и вся обратилась в слух.
– Начну издалека, с того, что Юхо Хейсканен тоже служил в егерском полку, созданном в Германии из финских офицеров, и воевал, естественно, на стороне кайзера. В конце шестнадцатого года он был арестован жандармами и содержался в тюрьме на Шпалерной, а после Февральской революции, когда всех заключенных освободили, вернулся в Финляндию. То, что вы мне рассказали о Саволайнене, пролило свет на давнюю дружбу двух националистов. «Мне необходимо уехать из Териок, – сказал он Хейсканену. – Один рюсся33 вздумал копаться в прошлом и вот-вот разнюхает, кто я такой. Если Мария узнает, как я презирал ее страну, какие преступления против нее совершал, а главное – лгал ей все эти годы, она ни за что меня не простит. Дура-поэтесса внушила ей, что Александра надо показать врачам в Англии. Ты ведь знаешь, мой тесть живет в Лондоне. Так вот, мы решили ехать к нему. Однажды я спас тебе жизнь, Юхо, ты мой должник. Дай мне денег, чтобы перевезти семью в Лондон, и твой долг будет погашен».
Ада смотрела на Лео, пытаясь понять, что именно в его словах вызвало у нее какое-то смутное беспокойство. Вслух она произнесла:
– И майор Хейсканен выдал ему необходимую сумму?
– Так точно. Ради вашего спокойствия, я проверю, действительно ли Саволайнены уехали, и дам вам знать.
– Выходит, – вслух рассуждала Ада, – Пекка больше всего боялся, что Мария узнает, что он не тот, за кого себя выдает. И совсем не волновался о том, что Денис Осипович раскроет убийство Анны Брюс.
– Мне это тоже показалось странным. К тому же если б донос на господина Брискина написал Саволайнен, зачем ему уезжать из Териок? Бросать садоводство, хлопотать о деньгах? Он бы по меньшей мере дождался результата своей подлой выходки. Ведь Денис Осипович, по всем вероятиям, не должен был вернуться.
Перед глазами Ады невольно встала яма, в которой, присыпанные землей, шевелились умирающие. Эту жуткую сцену она, наверное, никогда не забудет. Усилием воли отогнав воспоминание, она сказала:
– Если Пекка Саволайнен не убивал Анну, убийца всё равно здесь. Он знает, что Денис Осипович намерен изобличить его, и подслушивал под дверью, когда мы обсуждали поездку к доктору Яковлеву. Боже мой, – по телу Ады пробежала дрожь, – Додо… то есть Денису Осиповичу по-прежнему грозит опасность, ведь убийца думает, что его вот-вот раскроют, тогда как на самом деле нам ничего о нем не известно!
– Это не совсем так. Вы знаете, кто был на рождественском ужине на «Вилле Рено». Исключите тех, кто не жил в Келломяках в шестнадцатом году, и подумайте, какие мотивы для убийства Анны Брюс могли быть у остальных.
– Хорошо, – сосредоточилась Ада, – исключаем Шпергазе, Орешниковых и Коноваловых. Саша Чижов – жертва, а не убийца. Остаются соседи, хотя мне сложно представить, чтобы Елизавета Эмильевна Принц могла неслышно подкрасться к девушке…
– Вероятно, мы что-то упускаем. Советую вам поговорить с господином Брискиным, у него удивительное внутреннее чутье. Кстати, чуть не забыл, – вдруг воскликнул финн, – мои соседки Танеевы вернулись на дачу! Тоже бежали из Петрограда по льду замерзшего моря. Хотите, я как-нибудь вас познакомлю?
– С бывшей фрейлиной императрицы? Конечно, хочу!
Пока пили чай, Лео обратил внимание на колечко Ады, и она ответила, что выходит замуж. Он по-отечески пожелал ей счастья, а после проводил до калитки и пообещал на днях прийти проведать Додо.
Внезапный порыв ветра осыпал их градом хвоинок, семян из шишек и мелких еловых веточек. Лео, уже направлявшийся к дому, промурлыкал себе под нос:
– Тапио лес сеет.
Ада улыбнулась.
Она возвратилась на «Виллу Рено» перед самым ужином, по дороге снова погрузившись в размышления об убийце Анны Брюс. Додо и Владимир Федорович поджидали ее в гостиной флигеля. Вот уже несколько дней больной вставал с постели и даже совершал прогулки до большого дома, хотя и не мог пока обходиться без трости.
Втроем они вышли во двор.
– Что-то долго вы засиделись у Коноваловых. Как там Лизанька? – поинтересовался Владимир Федорович.
– А? Чудесно, чудесно, – рассеянно ответила Ада.
Почувствовав пристальный взгляд Додо, она поспешно отвернулась и пошла вперед. Всё же после ужина, уже во флигеле, он попросил ее объясниться.
– Вы не думали о том, кто написал на вас донос? – спросила Ада, помогая ему снять пальто: рана еще слегка беспокоила его.
– Полагаю, это дело рук Саволайнена. Что? – нахмурился Додо, заметив на ее лице таинственное выражение. – Чего я не знаю? Выкладывайте!
Он забрался под одеяло, Ада села рядом и начала рассказ, который столько раз откладывала – до поры, пока Додо не станет чувствовать себя лучше. И вот наконец она рассказала ему о встрече с другом детства на Гороховой, об Анне Брюс и Юхани Киркинене. Затем призналась, что ходила к Лео, и вкратце изложила содержание их беседы.
– Получается, что мы до сих пор ничего не знаем о преступнике, хотя он уже пытался вас убить, – закончила она, поднимая глаза на Додо. – Что такое?
– Ада, – взволнованно сказал он, – у вас нет ощущения, будто что-то не так? Какая-то мелочь… противоречие…
– О чем вы?
Додо вздохнул:
– Сейчас я вам не отвечу. Мне надо подумать.
Через несколько дней, как и обещал, явился Лео Мутанен. Ада столкнулась с ним во дворе, возвращаясь из большого дома после уроков с девочками.
– Я сегодня ушел пораньше – ремонтные работы в штабе практически завершены. Как себя чувствует господин Брискин?
– Не в духе. Вчера у него был доктор Стуккей, сказал, что это его последний визит – больше в них нет надобности. Однако он чем-то расстроил Дениса Осиповича. Может, вам удастся узнать, в чем дело, – Ада выдавила улыбку и провела гостя во флигель.
Додо был в гостиной. Ада предложила сварить кофе и принялась возиться со спиртовкой, пока Лео докладывал, скидывая шубу:
– Саволайнены действительно уехали – я справился в бюро садоводства. Свой участок они совсем задешево продали Николаю Борисову. Этот молодой человек, весьма озабоченный развитием семейного дела, как я понял, хочет устроить там огород. А вас можно поздравить, Денис Осипович? – заметил Мутанен, не меняя тона. – Дата венчания уже назначена?
Лицо Додо вытянулось, он сухо сказал:
– Назначена на восьмое мая, во вторую неделю по Пасхе.
– Вы счастливец. И не принимайте близко к сердцу слова доктора. Не зря же говорится: до свадьбы заживет.
Додо так посмотрел на Аду, что ей захотелось провалиться сквозь землю. Не дождавшись ответа, бывший полицейский вновь сменил тему:
– Я вот что подумал. Раз наш убийца так боится Дениса Осиповича, почему бы вам не собрать тех, кто присутствовал на рождественском ужине, чтобы сообщить, как продвинулось расследование? Откройте всем то, что уже известно вам, – и у преступника исчезнет необходимость в устранении господина Брискина. Убийца успокоится, а мы продолжим искать мотивы.
Ада вопросительно посмотрела на Додо.
– Возможно, продолжать и не придется, – тихо проговорил он. – Я вспомнил одну деталь, которая в свете новых фактов кажется маловероятной, если только нас не хотели нарочно ввести в заблуждение… Да, собрать всех – удачная мысль. Думаю, пришла пора это сделать.
В начале марта те же действующие лица, что и в Рождественский сочельник, собрались в большом чижовском доме, только не в столовой, а в гостиной на втором этаже. Расставленные полукругом стулья напомнили Аде о прошлогоднем концерте, и она позавидовала себе прежней, еще не питавшей иллюзий, еще не познавшей разочарования. Ее жених стал молчалив и холоден с нею, и она больше не была уверена, что он хочет этого брака. Он ничего не объяснял. Ада как могла изображала беззаботную невесту, но все ее усилия меркли на фоне сияющей от счастья Лизаньки Коноваловой.