Наташа Фаолини – Присвоенная по праву сильнейших (страница 34)

Не говоря больше ни слова, я разворачиваюсь и прохожу мимо.

Слышу, как стражник бегом семенит за мной.

А еще улавливаю женский сдавленный, яростный вздох, но не оборачиваюсь.

Иду по коридору с высоко поднятой головой, чувствуя на себе испуганный и восхищенный взгляд молодого стражника.

Моя цель – тот самый балкон, с которого я наблюдала за испытаниями. Мне нужно понять, что происходит, почему меня заперли и почему этой женщине позволено разгуливать по личным коридорам лорда.

Я выхожу на балкон, чтобы рассмотреть, что происходит на площади с артефактом.

Картина внизу изменилась. Суматоха от прибытия карет улеглась, сменившись деловой активностью. На площади устанавливают много больших шатров из яркого шелка.

Воины больше не тренируются – они стоят небольшими группами, с любопытством и напряжением наблюдая за приготовлениями.

Среди них теперь прохаживаются те самые разодетые женщины со своими многочисленными свитами из красивых мужчин.

Атмосфера стала другой, менее воинственной, но более ядовитой, полной интриг и невысказанного соперничества.

В центре всего этого, как и прежде, стоит постамент с Артефактом. Вокруг него жрецы в серых робах совершают какой-то ритуал, их тихие, монотонные песнопения едва доносятся до меня.

Четыре обелиска-Опоры молчат. Два из них все так же тускло светятся, два – остаются темными.

Что же происходит?

Эйнар сказал, что это испытание будет самым сложным.

Я медленно поворачиваюсь.

Стражник, который зашел на балкон следом за мной, все еще стоит у входа, нервно переминаясь с ноги на ногу.

Он явно не знает, что ему делать – уйти, как ему, должно быть, хочется, или остаться, как приказал ему Вард.

Я решаю избавить его от мук выбора.

Двигаюсь медленно, плавно, и с каждым моим шагом его глаза становятся все шире.

Он инстинктивно отступает, пока не упирается спиной в холодную каменную стену. Я останавливаюсь в шаге от него.

Щеки парня мгновенно краснеют. Он пытается смотреть куда угодно, только не на меня – на потолок, на пол, на свои сапоги.

– Ты боишься меня? – спрашиваю я, мой голос тих и спокоен.

– Н-нет, леди! – лепечет он, вжимаясь в стену еще сильнее. – Я… я просто…

– Расслабься, – говорю я, и на моих губах появляется легкая, хищная улыбка, которую я, кажется, позаимствовала у Кайлена. – Я не собираюсь тебя обижать. Я просто хочу задать вопрос.

Я делаю еще один шаг, почти прижимаясь к нему. Теперь он точно в ловушке. Я чувствую, как бешено колотится его сердце. Он пахнет потом и страхом.

– Каким будет следующее испытание? – спрашиваю я, глядя ему прямо в глаза.

Стражник сглатывает, его глаза бегают из стороны в сторону, словно ища путь к отступлению.

– Я… я не могу говорить, леди. Лорд Вард… он…

– Лорд Вард сейчас занят, – прерываю я его. – А я – здесь. И я спрашиваю тебя. Что это за женщины? Что это за шатры? Что будет происходить?

Я намеренно наклоняюсь еще ближе, так, что наши лица разделяют считанные сантиметры. Он задерживает дыхание, его щеки становятся пунцовыми. Дыхание рваное. Он сломлен.

Бедолага.

Парень закрывает глаза и бормочет:

– Ладно, ладно, я скажу...

Глава 48

Стражник сглатывает, его взгляд все еще бегает по сторонам.

– Эти женщины… – шепчет он, – не просто гостьи, а самые знатные и влиятельные дамы из соседних земель. Понимаете, леди, каждая женщина в нашем мире ценна, потому что их мало. Очень мало. И потому у них куча мужей, целые свиты. Они прибыли на зов Артефакта для последнего, решающего Испытания.

– Последнего? – переспрашиваю я, скрестив руки под грудью и нервно прикусив губу.

Как-то это все не вяжется.

Мне не нравится тенденция происходящего на испытаниях.

– Да, леди. Чтобы зажечь две последние опоры, Артефакт требует не просто силы, а… союза и тактики. Испытание будет групповым. Битва… чемпионов.

Он делает глубокий вдох, готовясь объяснить и в глазах парня появляется лихорадочный блеск. Будто он больше всех ждет этой битвы.

Стражник продолжает говорить уже более тихим голосом:

– На главной арене возводят лабиринт с ловушками. Каждая из знатных дам выставит команду из своих лучших мужей. И вам… вам, леди, как Катализатору, тоже предстоит собрать свою команду… и вы будете сражаться.

– Сражаться? – в ужасе шепчу я. – До смерти?

– Нет! – он торопливо качает головой. – Никто не умирает. Старец объявил, что убийство в этом испытании – тягчайший грех против Артефакта. Бои будут вестись до тех пор, пока противник не сдастся или не будет обездвижен. Последняя команда, чей чемпион останется на ногах, принесет своей леди победу. А вам… вам, возможно, это поможет зажечь еще одну или две опоры артефакта.

Я пытаюсь переварить информацию…

Отворачиваюсь и смотрю куда-то вдаль, ничего особо и не видя. В голове одновременно и роятся миллион мыслей, и совершенно тихо.

Придется соревноваться с другими женщинами.

Женщинами, у которых есть семьи, сплоченные команды мужей.

А мне нужно собрать команду из… дружат ли кто-то из мужчин цитадели?

Чтобы зажечь опоры мне надо выбрать кого-то из тех, с кем у меня все еще не было контакта.

Так одновременно и сложнее, и проще, потому что, если бы выбирать пришлось из моих мужчин, они бы точно провалили испытание, потому что практически ненавидят друг друга.

А так у меня есть шанс…

– Спасибо, – говорю я стражнику и отхожу от него, возвращаясь к перилам балкона.

Слышу позади облегченный выдох.

Опускаю взгляд на площадь.

Смотрю на роскошные шатры, женщин в шелках, окруженных своими преданными, сильными мужьями.

Там, где еще вчера была пустая арена для поединков, теперь возводятся стены. Десятки слуг и рабочих, похожих на муравьев, таскают огромные деревянные щиты и каменные блоки, возводя из них сложный, запутанный лабиринт. Его стены уже достаточно высоки, чтобы скрыть человека, они создают бесчисленные слепые углы, узкие проходы и маленькие, замкнутые площадки.

Я вижу, как жрецы в серых робах ходят вдоль этих новых стен и чертят на них светящиеся руны – без сомнения, магические ловушки, которые будут ждать участников внутри.

По периметру площади, словно яркие экзотические цветы, выросли шатры из пестрого шелка – это лагеря прибывших знатных дам. Наблюдаю, как сами женщины, окруженные своими мужьями-свитой, отдают приказы, обсуждают что-то, указывая на строящийся лабиринт.

Атмосфера на площади изменилась.

В самом центре этого хаоса, как и прежде, стоит незыблемый постамент с Артефактом. Кристалл внутри него, кажется, светится сегодня ярче, его ровный, холодный свет словно впитывает в себя всю суету.

Гостьи внизу так уверены в себе. Каждая…

У них есть, сплоченные команды, связанные годами доверия, клятвами, общей жизнью. А у меня... у меня клубок из хищников, которые ненавидят друг друга больше, чем любого врага на арене.

Мой мозг, привыкший к аналитике, начинает лихорадочно работать, взвешивая все за и против. Мне нужно выбрать троих. Всего троих.