Наташа Фаолини – Медсестра. Мои мужчины – первобытность! (страница 3)

— Я доказать, необычная самка, — говорит Рив, вскинув голову и не убирая двух рук с рукоятки своего топорика, что в воде, пока он полностью голый, выглядит немного комично, — что Рив из степного племени уметь ждать!

Они говорит это с таким величием, будто его подготовили к пыткам, не меньше. И пытка эта — ждать, пока я пытаюсь сделать из волос Вара что-то нормальное.

Сам Вар с довольным видом смотрит то на меня, то на Рива — с ехидным выражением лица. И все это, пока я тру его голову глиной.

— Теперь надо смыть, нагнись к воде, — говорю.

На меня тут же устремляется взгляд напряженных карих глаз, непонятно куда девается вся радость.

— Перед женщиной я не наклоняться, — фыркает он, встряхнув головой.

— Мне первым помыть Рива? — спрашиваю вкрадчиво, прищурившись.

Я наблюдаю за тем, как мускулы Вара напрягаются, он делает шаг и останавливается так близко рядом со мной, что я ощущаю запах глины, исходящий от его тела. И еще — аромат дыма и костра, который все еще не вымылся.

— Тебя мне обещать, Рарра, — говорит он тише, видимо, чтобы не слышал Рив, находящийся на середине озера. Из-за того, с какой вкрадчивостью он говорит, в моем теле поднимается жар. А еще потому что он стоит так близко совершенно голый.

Я замечаю несколько шрамов на его смуглой груди и плечах, потому что боюсь поднять голову и посмотреть в его глаза. Он намного выше моего нового тела.

И еще из его слов я впервые узнаю свое новое имя — Рарра.

А потом вспоминаю, кто я такая. Никакая не Рарра. Меня зовут Галина.

Кажется, бедняжка Рарра умерла.

И если эти мужчины хотят чего-то добиться от меня, то смогут, только придерживаясь моих правил. Потому что я и не таких воспитывала.

— Значит, — шепчу и поднимаю взгляд к его карим глазам, делаю шаг, чтобы стать к нему еще ближе и кладу руку на его торс, скольжу ладошкой вверх, к плечу, — мы друг друга поняли, Вар?

Его карие глаза почти превращаются в оранжевые, столько в них огня. Если я разбираюсь в том, как мужчины смотрят на женщин, то сейчас в глазах Вара восхищение.

— Понял, — говорит он и я чувствую, как быстро под моей ладошкой бьется его громадное сердце.

Глава 5

Вар оглядывается на Рива и хмурится, а тогда со страдальческим выражением лица опускается к воде и мочит голову руками, бережным движением отложив топорик на берег.

Теперь довольна я. У меня получилось. Даже позволяю себе легкую улыбку.

Промывать волосы Вара приходится еще раза три, пока голова не становится чистой. Вар сидит в воде, как послушный пес, и иногда встряхивается всем телом, тоже как пес. Когда я прошу его самому мыть голову — он не понимает, что надо делать.

Или делает вид, что не понимает, потому что иногда я все-таки ловлю его запальчивые взгляды. И даже чувствую, как иногда он мелко вздрагивает, когда я к нему прикасаюсь.

Он постоянно меня рассматривает. И не только он.

Правило номер один, которое я усваиваю, очнувшись в давно минувшем мире: древние люди — те еще манипуляторы. Правда, вряд ли Вар поймет, что означает это слово, даже если я сейчас озвучу его.

Когда все-таки справляюсь с его волосами — у него оказывается невероятная копна черных волос, крепких, как конский хвост. Их стоило лишь вымыть и чуть перебрать пальцами — распутались сами.

Я предполагаю, что он занимает хорошее место в своем племени, питается вдоволь, а еще природа наградила его сильным организмом, потому что в этот век он наверняка должен был быть уродливым с лица из-за перенесенных болезней, но с ним случилось все иначе. Дикая местность закалила его организм, хотя, предполагаю, если бы тут каким-то образом вспыхнула любая из современных эпидемий — покосила бы всех и сразу. К такому у них иммунитета нет.

Точно, Вар красив, почти как современный человек, но по-другому. Необычной, странной, но завораживающей красотой. То, как он стоит, как смотрит, говорит о том, что этот человек привык общаться на языке силы.

Я перевожу взгляд за его спину. Под небольшим водопадом в конце пещеры, на выступающем из-под воды камне, стоит Рив, капли стекают по его загорелому телу, намокшие волосы шелковой струей липнут к плечам и шее.

Он выглядит так, будто все это время наблюдал за нами напряженными голубыми глазами, но как только я поднимаю взор на него — отворачивается.

— Тело помой сам, как я учила, — обращаюсь к Вару и подзываю Рива взмахом руки.

Рив тут же прыгает в воду и доплывает сюда, кажется, за два стука моего сердца. Из воды сначала показываются глаза, а потом и все остальное тело, кажется, будто он поднимается сюда по небесным ступеням.

Смотрит на меня такими глазами, что по коже бегут то горячие, то холодные мурашки. Сердце подпрыгивает и сжимается, я не могу отвести от Рива взгляда.

— На, — Рив берет в руку горсть глины и бросает ею в Вара, — мыть сам.

Вар рычит, одним молниеносным движением хватает с берега свой топорик и направляет его на Рива. Сам Рив свое оружие не оставлял — так что оно до сих пор у него в руке, он даже с ним плавал, потому что точно привык всегда быть начеку.

Они скрещивают топоры и в этот раз я чувствую, что все серьезно, Рив на грани, а Вар, наверное, чувствует себя оскорбленным, если ему доступна такая эмоция, только потому что в него бросили кусок глины.

Что-то мне подсказывает, что в эти времена войны между племенами вспыхивали и за меньшее. Если у всех них такие запальчивые характеры.

— Перестаньте! — прошу я, и делаю шаг вперед, чтобы предотвратить драку, как раз в тот момент, когда они оба нападают друг на друга. Быстро и почти бесшумно, если бы не стояли оба в хлюпающей воде.

Не знаю, как это происходит, но внутренняя сторона руки вспыхивает болью. Из-за удара я падаю и едва успеваю взмахнуть руками, чтобы сделать приземление более мягким, но все равно ударяюсь копчиком.

Смотрю на ладонь. На ней порез средней глубины, из которого сочится кровь, но тут, без медицины, без банального антисептика, если не оказать себе первую медицинскую помощь — я пропала. С легкостью может появиться заражение.

Нужно хотя бы чем-то перевязать ладошку. Чем-то более-менее чистым.

Поднимаю взгляд выше и натыкаюсь на два ошарашенных лица Вара и Рива, в их глазах что-то похожее на чувство вины. А еще испуг и взволнованность.

О драке и думать забыли.

Глава 6

Тишина падает на пещеру, словно тяжелое покрывало, пропитанное сыростью и страхом.

Вар и Рив застывают, подняв топоры, будто две статуи из камня и ярости.

Мгновение... и будто по невидимому сигналу, они опускают оружие. Лезвия отзываются влажным плеском, исчезая в темной воде.

Я с усилием поднимаюсь на локоть — каждое движение отдается эхом боли. Ладонь пульсирует, кровь стекает по пальцам. Вар делает шаг ко мне, но резко замирает, стиснув зубы. Его плечи подрагивают — от ярости или от тревоги, уже не разобрать.

Рив подходит первым. Его шаги быстрые, но в них нет ни угрозы, ни спешки — только сосредоточенность. Он опускается рядом, взгляд цепляется за мою окровавленную руку.

— Глупость, — хрипло бросает он. — Зачем ты это сделала?

Я сразу понимаю, о чем он. Я влезла в их бой. Нарушила их кодекс. Но иначе не могла.

— Потому что вы оба иногда забываете, что значит думать, — выдыхаю я, и к своему удивлению чувствую, как по щекам катятся слёзы. Горячие, живые. Я не хотела плакать, просто не сдержалась.

Вар неожиданно опускается рядом. Молчит. Только дыхание выдает бурю внутри. Его взгляд скользит по моей ране, затем — встречается с моим. В этом взгляде — растерянность. И что-то ещё. Смущение?

— Я не хотел... — глухо произносит он.

— А я не хотела, чтобы вы убили друг друга, — шепчу я.

И в этот момент понимаю: я больше не просто гостья, не только чужачка. Я — нарушительница их законов. Но и та, кто сумела их остановить.

Рив бросает короткий взгляд на Вара. Вар отводит глаза, его поза меняется — напряжение чуть спадает. Это не мир между ними, но передышка. Как затишье перед новой бурей.

Рив всё ещё держит мою руку. Крепко. Но неожиданно нежно. От его кожи исходит тепло, запах — дикая трава, костёр, глина. Он так близко, что я чувствую, как сердце начинает биться быстрее. Его взгляд — внимательный, глубокий.

— Ты слишком смелая, — шепчет он, и его голос становится почти лаской. По спине пробегает дрожь.

Я замечаю, как Вар приближается. В его взгляде — хищная настороженность, но и нечто иное, темное, тягучее. Ревность? Или притяжение?

Он сокращает дистанцию. И внезапно хватает меня за вторую руку. Осторожно. Его пальцы дрожат, словно он боится навредить.

— Я... — пытаюсь что-то сказать, но слова тонут в напряжении между ними.

Они смотрят друг на друга, и в этих взглядах — продолжение битвы. Только теперь — не за кровь, а за право быть рядом. Их борьба стала тише, но не менее яростной.

Две сильные ладони сжимают мои руки. Я между ними, в самом центре их конфликта и притяжения. Мир вокруг сужается, становится жарким, будто сама пещера дышит вместе с нами.

Вар слегка усиливает хватку, будто испытывает мою реакцию. Рив отвечает движением — его пальцы скользят по моему запястью, мимолетное, но чувственное прикосновение.

— Осторожно, — говорит он Вару, голос хриплый, почти угрожающий.