Наташа Евлюшина – Чернила. Журналистские истории, профессиональные секреты и практические советы от мастеров слова (страница 13)

– А комментарии зрители пишут?

Если и пишут, то не журналисту, как хорошо сделан сюжет, а по поводу происходящего. Мы еще некоторые вещи провоцируем сами. Недавно попросили музыкального редактора с радиостанции проверить все песни конкурсантов отбора на «Евровидение» на плагиат. Там нашел, сям нашел. Конкурсанты всё отсматривают и пишут: «А, мы бы тоже хотели поучаствовать». Потом приходят на радиостанцию на интервью: «Саша, почему ты в моей песне ничего не нашел? Какой бы был информационный повод». Или наоборот: «Нет, там не те ноты, нет никакого плагиата». Получается, что ты уже какую-то реальность сформировал и этим немножко людей взбудоражил. Тогда ты понимаешь, что то, что ты делаешь, вызывает какой-то отклик. И тогда пишут в комментариях: «Вот у этого плагиат, всё понятно». Раз привлекает внимание, значит, мы движемся в правильном направлении.

– Вы бы сказали, что ваш творческий путь был гладким?

Я вообще из тех, кто должен очень много трудиться, только тогда что-то будет. Есть какие-то моменты, что, да, повезло. Но на самом деле мне с трудом даются профессиональные победы. Нет такого, что села, написала за час и пошла вся такая умная и красивая в эфир. Сейчас мы два месяца работали над отбором на «Евровидение». Это ежедневные съемки, еженедельный отсмотр видео длиною в 7 часов. Ты должен его отсмотреть, выписать каждый лайф12. И потом ты еще пишешь всю ночь. Нет, я не золотой ребенок радио, как меня когда-то называл один из начальников: «Золотой ребенок радио – вся такая талантливая пришла, и всё сразу получается». Чтобы взбить молочко, надо лапками поработать.

– Талант играет в журналистике какую-то роль?

Я считаю, что способности играют роль и трудолюбие. Талант можно пропить, закопать, можно лениться и при этом быть талантливым. Журналистика – это ремесло, а не искусство. Этому можно научиться. Понятно, что у кого-то, что он такой талантливый, раз-раз и всё красиво вырисовалось и написалось. А кому-то придется посмотреть, как это работает. Так что если есть острое чутье реальности, когда ты можешь подметить какую-то интересную деталь, то журналистике можно научиться. Должно быть сильное любопытство к жизни. Люди должны интересовать. Хотя журналисты приходят к тому, что начинают относиться к своим героям как к материалу. Вот сейчас мы вас попользовали, всё расспросили, довели до слез, ага, спасибо, до свидания.

– Были моменты, когда вообще хотелось уйти из профессии?

Было на радио. Когда ты каждый час читаешь новости, творчества мало и кажется: ради этого ты учился на журфаке? Для того чтобы редактировать и читать новости, необязательно было столько всего знать. Вот тогда было такое состояние. Мне не хватало самореализации и хотелось большего драйва.

– Детские мечты о журналистике подтвердились?

Наоборот. Мне хотелось в «горячие точки» и этого мне не хватает до сих пор. Я ожидала большего романтизма от профессии. 90-е – там за всё убивали, все шли в журналистику, потому что боготворили Влада Листьева и Леонида Парфенова. Тогда, в принципе, телевидение было модным. Сейчас его никто не смотрит. Сейчас блогерство и гонзо-журналистика13 в моде.

– Через вас проходит много студентов и практикантов. По вашим наблюдениям, что с ними не так?

Всё с ними так, просто они немножечко другие. Они хотят всего и сразу. Хотят сразу зарабатывать, и если не получается, они быстренько меняют свою сферу деятельности. Я пытаюсь понять, что они смотрят и понимаю, что они вообще ничего не смотрят. Мне очень нравился раньше телеканал «НТВ». Возможно, сейчас это не лучший пример журналистики, но тогда это было очень живо и модно. Всё, что сейчас есть на других каналах, как ни странно, было придумано там. Потому что «НТВ» полностью позаимствовало западную модель журналистики. Это было круто и смело. До этого был «Взгляд», который шел бесконечное время. Тогда это было мегакруто, и журналисты были такими важными людьми, они реально меняли всё. Наверное, ощущение того, что ты делаешь что-то важное и нужное, это и есть самый главный журналистский кайф. Сегодня ты покажешь эфир, а завтра хоп – и человеку дом построили на пепелище.

– Что посоветуете начинающим журналистам и тем, кто давно в профессии?

Нужно смотреть. И мотивация должна быть другой. Не то, что «хоп» и – сиюминутная слава: в кадре тебя показали, и на тебя подписалось 100 тысяч человек. Если ты хочешь сделать что-то интересное, то должен рассказать людям то, что они до этого не знали, раскопать что-то невероятное. Сейчас много документальных фильмов, снятых красиво, но вроде тема есть, а ремы14 нет. Ничего человек не исследовал, ничего авторского нет. И это грустно. Понятно, что время такое: 15-секундный ролик, короткий текст, никто вчитываться не будет, всё должно быть быстро. Тут же сняли и тут же показали. «LifeNews» придумали целые программы для мобильных корреспондентов. И вот у них уже в эфире видео, на котором Кэти Топурия изменяет мужу. Это все снимается обычным человеком, который в тот момент находится рядом. Всё меняется и отношение к профессии тоже. Но всё-таки первоначально целью прихода в журналистику должна быть не легкая слава, а желание сделать что-то новое, тогда это будет иметь какую-то пользу и успех. Успех не как пустая слава, а как любовь и признание.

Александр Хоровец: Если за тебя перепишут текст, ты ничему не научишься. А если ты сам додумаешься, пусть не с первого раза, пусть с десятого, но ты сам поймешь, как надо – вот тогда это наука

Всё по блату! Но ведь вопрос не в том, кто и куда тебя взял. Вопрос в том, что ты сделал с этим дальше. Можно ходить и гордо кричать какая крутая у тебя работа, как тебе повезло оказаться здесь и не прилагать никаких усилий. А можно изо дня в день доказывать себе и окружающим, что когда-то в тебя не зря поверили. Что здесь ты – на своем месте, а не занимаешь чужое. Александр Хоровец попал на телевидение по воле случая и не на самую престижную должность. Три года он проводил в монтажной и лишь украдкой подсматривал, как работают новостные корреспонденты. Мечтал ли оказаться на их месте? Конечно. Несмотря на отсутствие должного образования и опыта. Но только упорство и работа над собой помогли Александру заслужить эфирное время и должность специального корреспондента. А вовсе никакой не блат.

Справка: В журналистике – с 2011 года. Прошел путь от рядового редактора до специального корреспондента Агентства теленовостей. Автор документальных фильмов «Вековой рубеж» к 100-летию пограничных войск, «Атлас в дорогу. Народный тест-драйв» и множества специальных репортажей. Награжден медалью «100 лет органам пограничной службы Республики Беларусь» и почетными грамотами, лауреат многих профессиональных конкурсов.

О СЛУЧАЙНЫХ НЕСЛУЧАЙНОСТЯХ

– Александр, о какой профессии вы мечтали в детстве?

Как все мальчишки: то космонавт, то летчик, то милиционер. К профессии милиционера или военного я шел уже осознанно. Мой хороший друг поступил в Академию МВД, а я всегда за ним тянулся. Он жил в Пинске, профессионально занимался легкой атлетикой, а летом приезжал к бабушке в деревню. Там мы и познакомились. Как сейчас помню: он уезжал, а я продолжал бегать. В то время к ЗОЖу в деревне относились скептически. А пробежки достаточно длительные, и надо мной все смеялись: кто он, зачем он бежит, куда он бежит, зачем ему это надо? Каждому не объяснишь. Поэтому, чтобы лишний раз не мозолить односельчанам глаза и не быть объектом для насмешек, я выбирал самые укромные места и занимался спортом фактически на болоте. Но после 11 класса не поступил в университет и пошел в ПТУ, чтобы не терять год. Закончил с красным дипломом. Мне одному с потока присвоили 4-ый разряд электрогазосварщика. И сегодня я до сих пор неплохо справляюсь с электродами, и даже сделал пару лавочек и столов дяде на дачу. Рабочая специальность в быту очень сильно выручает.

– Что было после ПТУ? Неужели журфак?

Нет. Я всё еще мечтал о профессии военного. Но так как у меня – российское гражданство, поступать в академию МВД или военное училище я не мог. А точнее, это оказалось невероятно сложным – слишком много бумажной волокиты, да и в сроки подачи документов уже не вкладывался. А помочь в Столинском РОВД мне отказались. Наверное, тоже решили не заморачиваться. Я по-прежнему занимался спортом, увлекался предметом «Человек. Общество. Государство» и решил подать документы на спортивную психологию в Университет физкультуры. Прошел тестирование, физподготовку и поступил на бюджет. На тот момент я реально хотел этим заниматься, мне было интересно. На четвертом курсе мне даже предлагали остаться и работать в университете. После практики в школах поступали предложения о работе учителем физкультуры. Что касается творческой жизни, то она со мной – с детского садика. Всегда любил публичность, всегда любил выступать. Участвовал во всевозможных сценках, спектаклях. В школе вел все выпускные вечера и линейки. И никогда не боялся быть смешным. Даже в ПТУ участвовал в творческих конкурсах. И в университете было то же самое. Играл в студенческом театре, со второго курса возглавил студенческий совет факультета.

– А о журналистике вы когда-нибудь задумывались?