Наташа Даркмун – Упырь (страница 3)
Тяжело вздохнув, девушка принялась искать тряпку, что бы отмыть весь этот бардак. Кто-то явно помог малышу оказаться у нее в доме, и скорее всего, это был Ивар. Щенок никак не мог запереть себя в шкафу, а грязные следы на полу подтверждали ее догадку. Закончив оттирать и без того отсыревшие доски, Арника вновь заперла окно. Прохладный воздух уже проник внутрь дома, делая тот еще более холодным и неуютным.
Осмотрев свои скудные запасы, Арника закусила нижнюю губу. Зима приближалась, а полки практически опустели. Кинув быстрый взгляд в сторону деревянного люка, на котором стоял увесистый сундук, девушка поморщилась. Она знала, что внизу еще было немного моркови в ящике с песком, но спускаться в погреб ей совершенно не хотелось.
– Пора уже повзрослеть… Арника, – прошептала вслух девушка, все же подходя к злосчастному сундуку. Она с усилием сдвинула его с люка, рассматривая поцарапанную поверхность. Когда-то давно, по рассказам матери, упырь влез в чужой погреб, прокопав туннель из своей могилы. Девушка не знала, была ли эта история правдой, или же мать просто хотела отбить желание девушки спускаться вниз. Но с самого детства Арника до ужаса боялась этого люка и стоящую за ним тьму.
Взяв со стола свечу, девушка осторожно поднесла ее к проходу. Тьма не давала ничего разглядеть, и Арника с трудом спустилась вниз, рассматривая старые доски. Некоторые из них уже отвалились, и внутрь кучкой засыпалась земля. Она лежала на полу возле южной стены погреба, пачкая и без того грязное помещение. От этой зияющей дыры девушка невольно вспомнила рассказ матери. К удивлению, страха больше не было, и Арника спокойно пошла дальше. Старые ящики, показавшиеся впереди, пахли не лучшем образом, источая тошнотворный аромат. По этому запаху можно было понять – морковь сгнила… Как и другие корнеплоды, так и не дождавшиеся своего часа. Вернувшись назад и подвинув сундук на место, девушка побрела в сторону леса в поисках другой пищи.
Пока Арника старательно собирала грибы и другие необходимые травы, на улице уже начало смеркаться. Лес вновь стал казаться неприветливым и чужим, когда девушка, развернувшись, побрела назад к дому. Ее худые руки крепко держали увесистую корзину, но ноги уже едва разбирали дорогу от усталости. Если бы у Арники была какая-нибудь скотина, девушке жилось бы намного легче. Почти каждый в деревне имел хотя бы кур или небольшой огород. Но у матери Арники, как в последствие и у самой девушки, не было ничего. Старый покосившийся дом и маленький участок, на котором даже ничего не росло – единственное, чем владела ее семья. Они с Милеей несколько раз пытались посадить хоть что-то на небольшой территории, но овощи предательски не росли, как и лекарственные травы. Словно земля только вокруг этого несчастного дома была безжизненной и совершенно неплодородной.
Оставив свои попытки, Арника находила пропитание в лесу или выменивала что-то у соседей. Но безделушек в сундуке оставалось все меньше, а с приходом осени найти что-то сносное стало все труднее и труднее. Милея также находилась в затруднительном положении, и каждую зиму девушки практически голодали. Жители Кроускова не славились своей добротой, лишний раз чиня препятствия вместо ощутимой помощи. Как-то Арника смогла смастерить себе лук и несколько стрел, но парнишка пекаря обвинил ее в воровстве. Лук отняли, даже не став разбираться или слушать никому не нужную девчонку. Проглотив обиду, Арника принялась делать небольшие ловушки, в которые хорошо попадались мелкие звери и птицы. Но еды становилось все меньше, а заманивать дичь все труднее. Охотники деревни перед зимой зачищали всю ближайшую территорию, оставляя Арнику ни с чем. Они отлавливали мелкую дичь, забивая свои погреба, совершенно не заботясь о других. И лишь Солн, который в связи со своей опасной миссией был уважаем в деревне, часто делился с девушками продуктами, получаемыми в дар от благодарных жителей. С его появлением и ей, и Милее стало жить чуть легче, но Арника все еще с неохотой принимала помощь мужчины, не веря в его добродетель.
Травница же с превеликой радостью брала предложенные угощения, часто броня подругу за такую холодность к смотрителю. Он был не на много старше их и так же появился из неоткуда, как и Милея. Ни семьи, ни богатств. Но жители Кроускова быстро приняли его за своего, в отличие от проживший всю жизнь в деревне Арники.
Отогнав от себя печальные мысли, девушка устало зашла внутрь дома, оставив корзину у порога. Она быстро растопила очаг, заливая в глубокий чан прохладную воду. Практически засыпая у томящегося ужина, Арника вдыхала запах готовившейся пищи и куталась в тепло, уютно обволакивающее ее скромное жилище. Быстро отведав получившееся блюдо, девушка тут же уснула, едва успев коснутся головой подушки.
Холодный ветер за окном протяжно завывал, а жаркое пламя факелов едва горело от непогоды, гуляющей снаружи. Арника проснулась от странного чувства, словно что-то незримое бесцеремонно пробралось в ее сон, выталкивая наружу. Сердце девушки забилось сильнее, а волосы на затылке невольно поднялись, когда она почувствовала холодное дуновение, исходящее откуда-то неподалеку. Словно кто-то находился совсем рядом, хотя Арника прекрасно знала – в хижине она совершенно одна.
Быстро оглядев небольшое пространство, девушка вдруг замерла. Ее взгляд остановился в углу комнат, где она заметила тень, движущуюся против света, едва льющегося из окна. Разум невольно рисовал жуткий образ существа, стоящего у стены. Что выжидало и караулило Арнику, желая скорее насытиться ее плотью и кровью.
Отогнав от себя эти мысли, девушка встала с кровати и направилась прямиком в угол комнаты. Но тень тут же исчезла, оставив после себя лишь пустоту и разыгравшееся воображение.
– Какие же глупости… – вздохнув, прошептала Арника, стремясь вернуться скорее назад в теплую постель. Но легкий стук прямо в окно ее дома заставил девушку остановиться. Медленно обернувшись, Арника буквально застыла. Мертвое лицо, окутанное серой тканью, смотрело на нее из темноты, отвратительно улыбаясь. Пустые глазницы зияли чернотой, но девушка была уверена – существо точно ее видит.
Отступив всего на шаг, Арника вздрогнула. Костлявый, практически разложившийся палец громко постучал по стеклу, прижимая к нему окровавленную ткань своего тлеющего савана…
Быстро вскочив в постели, девушка вновь оглядела комнату. За окном уже струился солнечный свет, проникающий внутрь дома. Арника бегло осмотрела комнату, стирая проступивший пот со своего лба. Та была пуста, чего и следовало ожидать. Звук колокола, донесшийся из новой церкви, окончательно привел девушку в чувства, и она быстро засобиралась, желая поскорее выбраться наружу. Атмосфера дома теперь давила, пробираясь все глубже внутрь, и Арнике было жизненно необходимо вдохнуть свежего воздуха, выбравшись наружу. Ноги сами понесли ее по тропе, удаляя от деревни. Лес сейчас казался более приветливым и спокойным, чем ее собственное жилье. Идя мимо ворот кладбища, девушка старалась даже не смотреть в ту сторону, но странное движение все же заставило Арнику повернуться. Несколько мужчин с опаской столпились возле одной могилы, тихо перешептываясь. Какой-то незнакомец так же вместе с ними рассматривал землю, опустившись на корточки. Он осторожно перебирал пальцами разорванную ткань, пока вдруг не заметил стоящую неподалеку девушку. Поднявшись на ноги и хитро ухмыльнувшись, мужчина кивнул Арнике, указывая на что-то под ее ногами. Быстро опустив свой взгляд, оторвавшись от незнакомца, девушка с ужасом отшатнулась. Следы босых ног шли прямо возле нее, сворачивая в сторону деревни. Они тянулись вдоль тропы, и Арника, проследив за ними взглядом, еще сильнее похолодела. Босые ноги отчетливо шли прямиком к ее дому, теряясь за углом, где располагалось то самое окно…
– Кто-то выбрался из могилы ночью, – тихий голос Солна донесся до ушей девушки, вырывая ту из оцепенения, – Мертвец бродил по деревне, а я даже не заметил…
Смотритель стоял неподалеку от Арники, печально опустив голову. Он все так же боялся подходить к кладбищу и лишь издали наблюдал за мужчинами, как и девушка.
– Ты не знаешь, что за мертвец? – немного успокоившись, спросила Арника. Мужчина за оградой вновь тихо переговаривался с остальными, потеряв к девушке всякий интерес.
– Могила старая… Никто уже и не вспомнит, – ответил Солн, сворачивая с тропы, – Хорошо, что нет пострадавших. Ты была у Милеи?
– Нет, еще нет… – произнесла девушка, спохватившись, – Она же…
– В эту ночь заперла дверь, – коротко сказал мужчина, словно прочитав мысли Арники, – К счастью.
Вздохнув с облегчением, девушка проводила смотрителя взглядом. Он вновь побрел в сторону леса, скрываясь за высокими деревьями. Старое кладбище еще сильнее пугало, но Арника решительно пересекла территорию в направлении разрытой могилы. Градибор, повернувшийся к девушке, хотел что-то сказать, но неизвестный Арнике мужчина тут же остановил его, с интересом наблюдая за приближающейся девушкой. Ухмылка вновь появилась на его остром лице, а темные волосы практически скрыли хитро сощурившиеся глаза.
– Какая смелость, – произнес незнакомец, когда девушка, пересилив себя, подошла к стоящим мужчинам.