Наталья Журавлёва – Плетельщица снов (страница 21)

Он уверенно вел меня за собой, подсказывая, куда поставить ногу, чтобы не оступиться. Чувствовалось, что Корн проходил этими путями десятки и сотни раз. Странно, но с ним мне совсем не было страшно.

Мы поднимались все выше и выше. Неожиданно тропа резко вильнула вправо и вывела нас на большое ровное плато.

– Не может быть, – у меня перехватило дыхание. – Они существуют!

Разноцветное море колыхалось передо мной. Десятки и сотни Кру устраивались на ночлег, стараясь поудобнее расположиться на больших подстилках из сухой травы. Взрослые особи были ростом с человека. Некоторые еще бродили среди соплеменников на довольно длинных, почти лысых ногах.

Я вглядывалась в этих удивительных созданий. На первый взгляд все птицы Кру были совершенно одинаковые. Крупное тело, покрытое перьями самых разных цветов и оттенков, длинная гибкая шея и небольшая голова с хохолком. Но если приглядеться повнимательнее, то можно было заметить, что одни птицы были ярче и мощнее других, и хохолки у них были выше и гуще. Наверно самцы, подумала я.

Совсем рядом с нами, у края тропинки, сидела птица с двумя подросшими птенцами. Я заметила, что эта троица внимательно наблюдает за нами с Куртом, причем с неменьшим интересом, чем мы за ними. Шесть пар слегка выпуклых глаз с длинными ресницами смотрели на нас, не отрываясь.

– Говорящие птицы Кру, – произнесла я в слух, чтобы убедить саму себя, что мне это не мерещится. – Ущипни меня!

Курт стоял рядом и довольно улыбался.

– Когда я был маленьким, родители шутили, что мое имя – это такая тайная вариация от названия этих птиц.

– А это правда?

– Все возможно! – усмехнулся Курт. – Когда я не слушался, папа называл меня несмышленым куренком.

Я рассмеялась. Оказывается, и в моем детстве, и в детстве Курта незримо присутствовали эти прекрасные создания, хоть и по-разному.

И тут следившая за нами птица открыла клюв и совершенно четко произнесла тоненьким голоском:

– Сравнение Кру с курами довольно оскорбительно. В отличие от последних птицы Кру разумны и в совершенстве обладают навыками разговорной речи.

Я раскрыла рот от удивления. Курт поднял обе руки вверх:

– Вы правы, правы! Птицы Кру уникальны и не нуждаются ни в каких сравнениях вообще. Приношу свои извинения.

Кру благосклонно кивнула головой на длинной шее, два птенца повторили ее движение, а потом спрятали клювы под мамино крыло и закрыли глазки.

Мы аккуратно пробирались между птиц. Невозможно было не любоваться удивительно ярким оперением в закатных лучах. Я поднимала с земли сброшенные Кру перья, дожидалась, когда ближайшая птица одобрительно кивнет, и с благодарностью прятала уникальные дары в сумку.

Кру не были удивлены или взволнованы нашим появлением. Иногда Курт приветственно кивал некоторым птицам, а они величественно наклоняли головы в ответ. Пару раз я услышала, донесшиеся до нас ответные слова «Добрый вечер». Щебета или других звуков, свойственных птицам, здесь не было.

Обойдя по дуге поселение Кру, мы остановились недалеко от края скалы.

– А почему так тихо? – шепотом спросила я Курта, потянув его за рукав.

– У Кру маленькие крылья, они не могут летать, – ответил Курт, глядя с вершины вниз. – Поймать нелетающую птицу совсем не трудно, а желающих завладеть говорящей птицей, всегда было немало. С тех пор, как в Бергтаун начали приезжать охотники, которые вылавливали и увозили Кру, эти разумные птицы забрались высоко в горы и научились помалкивать, чтобы не выдать свой новый дом. Со временем приезжие решили, что Кру больше не осталось, и перестали охотиться на них.

– А птицы так и остались высоко в горах, вдалеке от людей, – закончила я. – Это так грустно.

Заходящее солнце создавало алые пейзажи на темнеющем небе.

Я посмотрела на Курта. Высокая одинокая фигура, стоящая на самом краю отвесной скалы. В его темных волосах играл ветер, в янтарных глазах отражались отблески заката.

– А как ты смог сюда забраться?

Корн пожал плечами:

– Не так уж это трудно, если знаешь, куда наступать.

Не без содрогания я вспомнила, как пару раз оступилась, пока мы поднимались сюда, и, если бы не Курт, крепко державший меня за руку, наверняка сорвалась бы вниз.

– Но это ведь очень опасно.

– Разве тебе не понравилось то, что ты увидела здесь? – Курт повернулся ко мне.

Я приложила ладони к щекам и закрыла глаза.

– Конечно, понравилось, – искренне сказала я. – Курт, я всегда буду благодарна тебе за то, что показал мне это чудо.

Я вновь открыла глаза. Курт смотрел на меня, не отрываясь и не моргая.

Мне вдруг стало жарко под его взглядом.

– Мия? – тихо позвал Корн, снова переведя взгляд на долину внизу. – Я хотел спросить тебя.

Он осторожно подбирал слова.

– Там, откуда ты приехала, тебя кто-то ждет?

Казалось, этот вопрос дался парню мучительно тяжело. Я скорее почувствовала, чем увидела, что все его тело напряглось.

– Что ты имеешь в виду? – уточнила я.

– У тебя есть суженый? – отчетливо произнес Курт.

Глава 12

Я даже не сразу сообразила, о чем спрашивает Курт Корн. Само слово «суженый» было странным, будто не из нашего времени.

– Нет, у меня нет, – я помедлила, но произнесла, – суженого.

Курт отступил от края скалы и подошел ко мне.

– Правда? – он заметно оживился. – Для меня это очень важно. Это так трудно встретить хотя бы потенциально подходящую для нас пару.

Я смотрела на парня широко открытыми глазами и пыталась понять, что вообще происходит. Что значит «подходящую» и для кого это «для нас»?

– Ты только не пойми меня неправильно. Просто даже не верится, что у такой красивой девушки нет…

Он замялся.

– Суженого? – услужливо подсказала я.

Меня это начало немного веселить. Пожалуй, Курт вел себя слишком странно, чтобы я по-настоящему забеспокоилась.

Но Курт воспринял мою улыбку по-своему.

– Это не правда? – он прищурился, и его глаза превратились в две желтые щели, точно глаза хищника. – Ты смеешься надо мной?

– Нет-нет, – я замахала руками.

В памяти всплыл последний вечер дома, и мне вдруг стало не до смеха.

– Хотя, знаешь, это действительно не совсем правда.

Даже в стремительно наступающей темноте я заметила, как крепко Корн сжал челюсти, и поспешила объяснить.

– На самом деле один женишок у меня имеется, – при воспоминании о Шоне Гатри меня передернуло. – Но я от него сбежала.

Настала очередь Курта удивляться, судя по взлетевшим вверх бровям.

– Как это?

Пришлось рассказать ему о том, что со мной случилось до побега в Бергтаун. И о сватовстве, и об овцах, и об ужасном Шончике Гатри. И, конечно, о своей мечте совершенствоваться в плетении снов.

Курт слушал очень внимательно, не перебивал и ни о чем не переспрашивал, только иногда кивал, давая почувствовать, что понимает меня.

– Поэтому я и приехала в Бергтаун, – подвела я итог под своим нехитрым рассказом. – Вуна считает, что близость Магических гор поможет мне еще больше раскрыть мой магический дар.

Курт наклонил голову чуть на бок и произнес:

– Значит, если до осени ты не начнешь сама зарабатывать, тебе придется уехать обратно в деревню?