Наталья Варварова – Моя фальшивая няня (страница 55)

Вассаго перехватил меня в момент, когда я развернулась в другую сторону и бодро поползла к краю кровати. Бесцеремонно уложил на себя. Его чары по-прежнему мешали нормально дышать. А некоторые части ужасно отвлекали.



Ему не предъявить, что очаровывал специально, — ифрит неотделим от чар — но моя восприимчивость кратно повысилась. Несколько раз ударила по гладкой рельефной груди и выдала:

— Вассаго, ты натуральное проклятье на мою голову. Хочешь сказать, что ревность была не при чем?



Обнаженный демон пожал плечами. Я закачалась на нем, как парус на ветру, и ухватилась за эти самые плечи.



— Что ты, Адочка, я же тебе до-ве-ряю, — последнее он произнес с видимым усилием. Значит, тренировался, молодец. — Больше, чем самому себе.



С этим даже не поспоришь. Из нас двоих я бы тоже ему не доверяла.

— Относись к этому иначе. Я ни за кем никогда не ухаживал. Любимая женщина чуть не погибла из-за козней соперника и при этом всех спасла. Снова. Я все ждал, когда ты очнешься… Открыла глаза, такая недовольная, контуженная, взъерошенная, потратившая чары. Я понял, что надо что-то предпринять перед свадьбой. Что-то особенное.

Он первый раз, пусть и не прямо, признал, кто я для него. Делился переживаниями. Как обычный демон, а не олицетворение самого темного огня. Но я же видела, какой он. Только что дралась с его пламенной ипостасью. И, если честно, не горела желанием когда-либо повторять этот опыт.

На свете немало героев и великих огненных магов. Слабая женщина могла, пожалуй, добиться от мужчины гораздо большего, не долбя по нему заклинаниями… Словно в подтверждение моих капитулянтских мыслей Вассаго нырнул рукой под юбку, уверенно провел по задней стороне бедра наверх, а потом крепко сжал, вырывая у меня еще один стон.

В принципе, позволить себе побыть суккубой иногда приятно.

— А свидания? Это когда двое идут куда-то вместе. Гуляют. Разговаривают. Это за ухаживание не сойдет, если разок перед свадьбой? Или ты о таком не слышал.

Я попробовала приподняться на локтях, облокотив их ему на грудь. И уставилась в абсолютно бесстыжие глаза цвета раскаленного темного янтаря.

— Это очень долго, — сообщил мне возлюбленный. — И неизвестно, получилось ли бы. Ты такая капризная. А я бы обязательно совершил какую-нибудь оплошность. Но теперь ты не скажешь нашим детям, что я не ухаживал.

Я и не заметила, как сзади нас поднялся его хвост с шипом на конце, — у пустынных демонов предусмотрено и такое, — ловко поддел мою сорочку и сдернул ее через голову. За одну секунду я оказалась в том же положении, что и он.

— А-а-а-а. Прикрой меня чем-нибудь. Да хоть собой! Приличные девушки оказываются нагими ровно на на несколько секунд перед тем, как нырнуть в ванную, — взвизгнула я и ничком завалилась на него.

Ифрит выполнил мою просьбу, заключив меня в капкан мускулистых ног.

— Во-о-о-от. Ты всегда и везде знаешь, как правильно. И будешь делиться со мной, — заявил он, перекладывая меня обратно на простыни и воображая себе покрывалом. — За несколько секунд, что ты выбиралась из своих тряпок в первый день в замке, я успел влюбиться. Или чуть раньше. А, может, позже. Не вспомню уже.

— Так это ты был той анакондой! Это омерзительно! Ты…

Он закрыл мне рот поцелуем. На этот раз требовательным и агрессивным. У меня бы даже укусить его не вышло, настолько глубоко он погружался, сминая язык. Остановился Алистер только, когда я перестала колотить его по спине.

— Ада, предваряя твои вопросы, я не подсматриваю за новыми девушками в своем доме. Просто ты выглядела жутко подозрительной. Надо было убедиться, что ты человек, а не нежить. А вместо этого я тут же пал жертвой твоих чар. И еще огня. Еле уполз.

Все-то у него логично... Он снова меня целовал, постоянно меняя тактику. То сводил с ума нежностью, то набрасывался, как голодный зверь. Чары ласково потрескивали вокруг нас. Я совсем забыла, что собиралась сопротивляться.

— Золотко, — он оторвался от меня в момент, когда я меньше всего была к этому готова. Я как раз замерла, ожидая, что он… — Я же ухаживал?

Вместо ответа я пихнула его в плечо. Бедра горели, пальцы чертили узоры у него на спине, призывая ускориться…

— И разговаривал. Все, как положено.

— Лучше бы ты молчал, Алистер, — не выдержала я. — Ни слова больше, иначе пожалеешь.

По-моему, еще ни разу мужчина не выполнял желание девушки с таким рвением. В этот момент его стало слишком много. От нарастающего удовольствия я вскрикнула, а потом закричала, решив, что защита вокруг нас сдержит звук. Вассаго издал низкий горловой рев. Вроде бы рядом сверкнула молния. Раздался грохот падающей лавины.

Мы куда-то рухнули и дальше долго падали. Но демон держал меня крепко и больше не останавливался. Купол, слава Бездне, повел себя достойно и выстоял еще минут пятнадцать. Затем Алистер создал следующий, и я перестала нервничать, что мы сломаем в нашем мире что-то важное.

Глава 81.

— Что за бестолковая раковина, — тихонько ревел Вассаго, чтобы снова не разбудить Риччи. — Зачем она здесь торчит?

Он так дернул насест Верна, что я испугалась, что сейчас вырвет его вместе с куском стены.

— Это чаша. По некоторым признакам священная. Перестань буянить. Это не твоя спальня в конце концов.

Голый демон минут двадцать слонялся по комнате в поисках подходящего одеяния. Ведь если мою ночнушку мы нашли рядом с кроватью в переходном измерении, — она почти не пострадала — то этот сын мрака умудрился сжечь собственную одежду.

Я почти уверилась, что он меня провоцировал; смущал голыми пятками не иначе. Ифрита, который для нашего мира подходил плохо (даже в Бездне ему недостаточно жарко), сменил скучный человек средних лет. Просто без одежды.

Это я так себя успокаивала, чтобы не пялиться на него постоянно. Поджарый и смуглый, Алистер передвигался бесшумно. На теле иногда вспыхивали алые борозды. Он будто сошел со страниц гримуаров, где описывались пороки первых демонов. Буду звать его Блудом. Ужас — как-то чересчур громко.

Сначала Вассаго перерыл шкаф и зачем-то полез в безразмерный саквояж, хотя я предупреждала, что там хранятся исключительно мои вещи. Достал оттуда комплект очень кружевного, почти прозрачного белья — и попытался его на меня надеть!

В результате возни проснулся Риччи, а Вассаго оказался в шкафу. Я уложила демоненка обратно, втайне надеясь, что его папаша убрался к себе. Но тот отчего-то вбил себе в голову, что в первую ночь меня нельзя оставлять одну.

Завернулся в простыню, продолжал бродить и ворчать.

— Ада, ты очень плохая няня. Ребенок должен спать у себя. Как ты, в смысле мы, теперь будем его отучать?

От возмущения я нашлась не сразу.

— Ты нанимал меня учить с ним языки, отрабатывать магические навыки. Но в том бардаке, который ты устроил, Риччи нельзя было оставлять одного. Я забрала его под личную защиту, чтобы перестал дрожать во сне.

— Я и не спорю, но спать втроем невозможно.

— Да, поэтому иди к себе. У нас раздельные кровати супругов практически регламентированы, а ты всего лишь мой любовник.

Вот этого говорить не следовало. Он тут же переключился на меня, чтобы доказать, что, мол, где он, а где «всего лишь». Отбиться мне удалось только потому, что Рич снова заворочался.

Я попробовала положить конец этому безобразию и достать из чаши Верна хотя бы легкие мужские брюки. О большем я и не просила.

Не знаю, что пошло не так, однако сначала мне прилетела скатерть, а затем — ботинок без шнурков. Судя по размеру, он принадлежал Густе. Вассаго проявил горячее возмущение и намекал, что я за его спиной очаровала призрака, но я не позволила ему крушить имущество Верна.

— Дорогой мой ужасный, воспользуйся, пожалуйста, порталом. Это займет у тебя одну минуту в обе стороны. Оденься и приходи. Я устала. Без всякого жеманства хочу спать. Никогда не отдавала столько сил за сутки.

По-моему, это была самая здравая мысль с тех пор, как я очнулась. Но дорогой не торопился. Он повторял одно и то же: ему приспичило быть рядом и точка. Наверное, мне стоило заподозрить неладное — меньше всего Вассаго была свойственна сентиментальность.

Впрочем, подозрительность тоже требует физических сил. Я завалилась в кровать и уже оттуда наблюдала за перемещениями грозного демона в черной шелковой простыне.

Он высунулся в окно и примерно через минуту издал нечто вроде победного клича.

— Ты отдал приказ кому-то из виверн? — догадалась я.

— Сейчас сюда заглянет Вилкс. Он в это время уже не летает. Годы не те. Но ему передадут. Лезь под одеяло с головой.

От этого распоряжения, отданного совершенно будничным тоном, я взвилась, словно энергопотери как не бывало.

— И не подумаю. Завязывай со своими пещерными замашками. И с какой кстати ты вызвал своего дворецкого в мою комнату? Может, я не собираюсь афишировать наши отношения…

Над Вассаго закудрявился дымок. Такого выпада он не ожидал. Вилкс же выбрал ровно этот момент, чтобы ворваться без стука.

Я льстила себе надеждой, что это он так волновался за меня. Джеймс, действительно, первым делом отыскал меня глазами — и расплылся в широченной улыбке.

После полуночи у виверн развязывался язык, они теряли человеческую сдержанность. Ничем другим слова Вилкса нельзя было объяснить: