Наталья Варварова – Моя фальшивая няня (страница 46)

— Конечно, хуже. Я его кратно сильнее. Еще скажи, что скучала, — промурлыкал этот черт, который умел играть голосом и обычно это скрывал. — Выходи за меня. Сильвия подписала бумаги о разводе, и через двадцать восемь часов я стану юридически свободным мужчиной.

«Почти свободный» Вассаго ухватил одной рукой обе мои кисти и легко опрокинул на покрывало. Причем для надежности заблокировал корпусом. Все это выглядело дико дурашливо. Только мне плохо верилось, что демон, почти такой же древний, как Бездна, вдруг собрался пошалить.

Впрочем, опасности я не чувствовала — и как следует разгневаться не получалось.

— Между прочим, тебя не было две ночи. Все волновались, — сообщила я как можно суше, убирая лицо от его ищущих губ.

Не говорить же ему, что переживала во всем доме я одна, а остальные даже не вздрогнули.

— Я следовал необходимости. Давно не показывался и, если честно, плохо представлял, что за потенциал у моих возможных соперников. Волне себе достойные демоны, кстати. Старший принц, я бы сказал, улучшенная копия меня — ему достались только созидательные силы, младший, хоть и демиург, но увлечен лишь космосом и своей подружкой. Герцога Астарота следовало бы устранить, и я бы так и сделал… Это такой монстр из новеньких, подросший до уровня бога.

Мне это не понравилось, и я заерзала под ним. Вассаго замолчал, замер и прижался губами к моему виску. Очевидно, что он слышал, как глухо бьется сердце, как я пытаюсь протестовать… Но из-за его близости получалось кое-как.

— Но я не сделаю этого, Ада. Тут я согласен с Сатаниилом, нам нужна молодая кровь. Я вот даже женюсь на представительнице новой аристократии. В семействе Кроули не наберется и десяти поколений.

Возмутительно! Он все же меня задел. Пихнула его в грудь ударом, усиленным огненной магией, — попади я в стену, эффект был бы куда заметнее. В глазах Асмодея разве что мигнули два язычка пламени. Губы же, наверное от толчка, переместились мне на шею… Действовал Вассаго чрезвычайно осторожно. Будто держал в руках не демоницу, а фарфоровую статуэтку.

— Никто из Кроули не собирается с тобой породниться, слышишь?

Он кивнул. Не рассмеялся. Нежно, чуть ли не убаюкивающе погладил носом мое левое, и в этом платье открытое, плечо.

С телом тем временем творилось что-то не то. Алистер не касался своих чар, не применял стихии — разве что физическую силу, — а вот запертая во мне магия выбрала как раз этот момент, чтобы взбунтоваться.

Странный огонь перекатывался по венам и иногда толчками отдавал в кончики пальцев и в низ живота. Бездна, нет! Я лихорадочно перебирала все практики по удержанию, но ни одна сейчас не годилась.

Сильнее вцепилась в мужские плечи, догадываясь, что последует дальше… Я потеряю сознание и не смогу контролировать всплеск. Оглушу Алистера, разрушу замок до основания, вероятно, утрачу личность и разум — какие-то еще последствия, которых сразу не предусмотрела?

— Ада, я осел, — заявил он излишне спокойно и тихо. — Я так соскучился, что не учел, что ты не в самом стабильном состоянии. Только не смей бояться. Рядом со мной — никогда и ничего не бойся. Давай обратно про политику, ты же графиня, для тебя интриги — вместо хлеба. Можешь передавать чары мне, только постарайся резко не дергать.

Мда, хорошенькое «замуж» у нас с ним получится. Чуть не доглядишь, увлечешься, и вместо дома — дыра в земле, ведущая к огненной колыбели… Вассаго с улыбкой переплел пальцы с моими. Два браслета стукнулись друг о друга и немного нагрелись. Сердце по-прежнему колотилось неестественно сильно, но больше не грозило вызвать бурю.

Его изогнутые губы совсем близко. Скучное человеческое лицо снова на нем, шрамы надежно спрятаны под загаром. Подбородок напряжен. Мы вообще сможем когда-нибудь нормально поцеловаться?

Однако сказала я другое, рассудительное:

— Владыка собрался тебя извести, но перед этим позволил родиться твоим детям, — в этом месте у меня запершило в горле, так выразительно он смотрел. — Все кланы важны, сильных среди нас не так уж много. Поэтому перестань кружить над их головами, как ангел смерти. Никаких больше войн, революций, смут… Не трогай его, не смей нападать на Астарота…

— Ты права. Мы обязаны продолжить продолжать род. Никаких смут. Завтра наилучший день для женитьбы.

Меня отпускало с каждым вздохом; медленно делилась с ним чарами, и, признаю, он держался отлично. Через пять минут сосредоточенного молчания я всхлипнула, расслабилась и спрятала лицо у него на груди.

— Почему завтра лучший? Что-то случится?

— Потому что ближайший.

Глава 70.

У Вассаго я не так давно, но некоторые вечерние ритуалы здесь соблюдались свято: все так же являлся полусонный Риччи, чтобы зарыться в одеяло на другом конце кровати, все так же после полуночи упрямые виверны принимались долбить носом стекло.

Сэр Стивен, кажется, не был рад милым привычкам собственного замка: он вознамерился, по его собственному выражению, «решительно поговорить», а я боролась с тем, чтобы не засмеяться ему в лицо.

Что поделаешь… Как ни сдвигал Алистер резко очерченные брови, как ни вращал огненными очами, у него не получалось навести на меня даже слабенький ужас. Вот владыка, тот внушал оторопь — извращенный ум, умение навязать свою волю… А старый-добрый Вассаго мог всего лишь испепелить или насильно (посредством чар) склонить к блуду.

Что же, я родилась в Аду, и все эти опасности впитала с молоком матери — хотя мама никогда не портила себе грудь таким плебейским образом. Вассаго воплощал в себе все те риски, между которыми демоны выживали на протяжении многих и многих эпох.

— Хотел бы я знать, Ада, о чем можно думать с такой задумчивой улыбкой, — проворчал Вассаго. — Он закончил читать Риччи три сказки подряд, а перед этим долго левитировал с ним по комнате. Мальчик обрадовался появлению папы и не собирался выпускать его так быстро.

— Ну, это у тебя сегодня вдруг настрой к разговорам, а мне необходимо все разложить в уме, — сообщила я Вассаго, когда Риччи все же заснул. На этот раз у него на коленях.

Демоненок несколько раз назвал меня мамой в присутствии отца, а тот даже не дрогнул. Не услышать он не мог, из чего я сделала вывод, который напрашивался сам собой, — его все устраивало. С самого начала наша связь с мальчиком крепла с молчаливого согласия его папаши.

Я еще раз резюмировала все факты. К этому появлению Проклятого наш владыка подготовился и подстраховался — он предложил Вассаго детей, рассчитывая, что тот остепенится. Однако Асмодею не доверял и ждал, когда тот снова забуянит, чтобы погубить его при помощи артефакта. План был прост: папаша гибнет, а столь ценные для Бездны демонята воспитываются под присмотром трона.

Но Вассаго и здесь уперся рогами. После целой череды покушений и попытки дискредитировать его брак он сохранил холодную голову. Без оглушительной ярости или спецэффектов спокойно дезактивировал Люцифера, а затем расшвырял наших сильнейших демонов.

Интересно, он, как только вернулся на землю, такой сильный или ресурс прибывал постепенно? Возможно, владыка до последнего надеялся, что древний не вышел на оптимальную форму.

Теперь я стояла около чаши Верна, а барон сидел на кровати рядом с сыном и, сцепив руки на груди, буравил меня взглядом.

— Не понимаю, почему так сложно сказать «да»? Для тебя почти ничего не поменяется. Несколько дополнительных клятв, и живи себе спокойно. Можешь и дальше спать в своей комнате, хотя для госпожи она тесновата и пора побороть эту новую привычку Риччи ночевать у тебя. В воспитательных целях, разумеется.

— Вассаго, не отвлекай, а отвечай на вопросы. С чего это владыка решил, что в этом воплощении тебя получится уничтожить окончательно? — не смогла удержаться от шпильки в его адрес. — Твой замуж подождет. Походи холостым. Вдруг тебе понравится?

Он демонстративно вздохнул, показывая, как сильно я испытывала его терпение.

— Это было одно из его условий. Как только я утрачиваю контроль над силой или применяю ее в избыточных количествах — например, во время охоты на оленя сжигаю весь лес вместе с ним — угрожаю населению… о, там много всяких пунктов… камень отправляет меня на переплавку. У меня воплощения закончилась, так что…

Многое стало понятнее. Если у тебя последний шанс, то имело смысл прожить эту жизнь иначе.

— Вот-вот, не зли меня, дорогая. Иначе я за себя не ручаюсь, — усмехнулся демон. — Перед Бездной присягнем сразу, а все торжества — на твое усмотрение. У графини Кроули куча родственников, можно закатить торжество на пять дней, поехать в столицу.

Я порядком устала от его настойчивости. Если не указать на всю нелепость его предложения, то ведь не успокоится.

— Скажи пожалуйста, что это за блажь, жениться так сразу? На мне браслет, защитное и, как между делом выяснилось, обручальное кольцо, клятва владыке о том, что буду за тобой присматривать… Я не смогу надолго покинуть Риччи…. То есть мне и так отсюда никуда не деться — и это совсем не то, на что я подписывалась, когда шла сюда работать.

Неуловимым движением он оказался рядом, подхватил за обе руки и усадил на кровать.

— Адочка, ты же сама повторяешь, что я старый и бешеный. Уважай мой возраст, — в его глазах медленно разгорались оранжевые огоньки, и я, как всегда, ими залюбовалась. — Мне гораздо спокойнее, если пламя признает нас парой. Статус моей супруги даст тебе не меньшую защиту, чем моим детям. И не надо повторять про девятнадцать жен. Ни одна из них не была женой по канонам Бездны.