Наталья Варварова – Моя фальшивая няня (страница 41)

И только сейчас, понимая, что оттягивать больше некуда, я достала письмо Патрика… Фу, Густа вымазала его какими-то ядовитыми духами.

Глава 63.

— То, чего мы так боялись, свершилось, — писал новый граф Кроули. — Его не стало второго дня в тринадцать часов. Подробности расскажу при встрече, когда мы сядем у камина и возьмемся за руки. Выразим пламени нашу боль и благодарность. Он не спрашивал о тебе и не просил позвать. Но есть еще кое что — сообщу лично.



Все распоряжения в силе. Ты теперь графиня без передачи титула мужу или детям. Состояние поделено между нами.

Там большой перекос по мужской линии, формально — на то, чтобы я окончил академию, выплатил приданое за жену. Отправился путешествовать по мирам. Помнишь, мы оба с тобой об этом мечтали? Суммы на счетах настолько велики, что давай посоветуемся с нотариусом, как поделить, чтобы не ограничивать и тебя тоже. В денежном выражении все перечисленные расходы — просто мизер.

Я всхлипнула, стараясь не глядеть на Верна. Обсуждать случившееся ни с кем, кроме брата, сейчас не готова. За окном раздавался обычный для этого времени шелест сотен и сотен крыльев. Но сегодня виверны вели себя, пожалуй, громче обычного. Они издавали нервирующие звуки — нечто среднее между клекотом, свистом и высоким трубным ревом.

Пробежалась глазами по письму далее. С каждой строчкой оно становилось тревожнее. Так, Густа передала мне его сегодня днем. Но Патрик как будто писал его в несколько приемов. Для посланий, скрепленных магией, это нормально. Он мог делать добавления и после отправки — да хоть минуту назад или пока я тут его читаю.

Я пришла выводу, что первую, траурную, часть брат написал еще вчера, а в течение этого дня появились все остальные новости.

— На погребальной церемонии собралось несколько десятков родственников, имеющих отношение к Кроули. Нас впустили во дворец, к центральным печам. Ты знаешь, только первый круг попадает в вечный огонь через Горнила, поэтому я не питал иллюзий. Однако же отец исправно служил трону и по крайней мере заслужил, чтобы проводы почтил вниманием сам владыка. Его там не было.

Почерк становился все более отрывистым. Удобное перо, которое позволяло писать даже на ходу и с которым Патрик не расставался, против обыкновения рассщедрилось на две или три кляксы. Я было списала это на состояние брата, однако правда оказалась еще горше.

— Я оделся во все темное и стоял рядом с теткой Леонсией в самой середине толпы. Тело отца уже забрало пламя. И тут родичи, находившиеся по краям, стали передавать, что явились надзиратели и ищут «рыжего графа». Я спокойно добрался до троюродного кузена Эльма. Все старательно перестали меня узнавать, или обращались по другому имени. Из этого я сделал вывод, что надзиратели шныряли среди нас. Эльм как ни в чем не бывало забрал мою личину кота и отдал своего черного ворона. К этому моменту все бабули голосили, что ты и я пошли против законного правителя и поддержали самозванца. Я без проблем вылетел из дворца.

Это кощунство! Владыка попытался захватить Патрика прямо во время прощания. А ведь вся его вина заключалась в том, что он мой любимый и единственный брат. И, между прочим, правитель дал мне разрешение работать на Вассаго… Ага, все так. Но его собственных планов относительно моего нанимателя это не меняло.

«Рыжего графа» надзиратели будут искать еще долго. Дело в том, что Патрик — природный метаморф. Довольно редкая способность среди демонов. Мы обычно меняем свою людскую внешность при помощи амулетов или зелий, как это делаю я. Ну, или обращаемся в одну из ипостасей — кстати, у меня и такой нет, в то время как у Вассаго — их целая куча, даже если не брать в расчет дракона. Высшие демоны могут спокойно иметь несколько лиц, но у Патрика их десятки.

Скорее всего это связано с особенностями родословной (суккубами-инкубами в крови), но такие способности родители не афишировали. Для всех посторонних Патрик был симпатичным парнем с медной гривой, хотя на всякий случай за ним признавали еще одну или две внешности. Он же менял их легче, чем перчатки.

И, как ни удивительно, многочисленные тетушки не докладывали об этом кому следует. С такой семьей я бы тоже могла еще долго скрывать запретные чары, если бы родители не проявили принципиальность.

Патрик предусмотрительно не вернулся в родовой особняк. Саквояжа, — такого, с которым путешествовала я, у него при себе не было, — однако дна не имел его кошелек. А это почти то же самое.

— Я сразу покинул столицу в одном из общественных кэбов под скромнейшим видом паренька-блондина. В таком бы точно не заподозрили знатного демона. Попробовал открыть портал к вам. Вассаго в день, когда мы встретились в папиной спальне, оставил визитку с точными координатами и взял с меня слово, что я прибуду, как только… только появится такая возможность. Но, ты не поверишь, Ада, ваших земель в Бездне больше не существует. Вас как будто отрезало. Портал заканчивался тупиком, и я отправился к одногруппнице. Они тоже живут в провинции, и столичные новости о бунтовщиках Кроули дойдут до них не сразу. Но и в этом случает Милли не выдаст. Она представила меня родителям как студента по обмену с Нейтральных территорий.

Рассчитываю, что ты, дорогая сестра, в добром здравии. И скоро мы встретимся и придумаем, что делать. Быть беглым графом забавно, но утомительно. Жду вестей.

После прочтения письма целиком я испытала угрызения совести. Не просто укол, а удар под дых. Брату в течение дня требовалась моя помощь, я же бегала от его новостей. Сразу написала ответ и передала его Верну — как в максимально быструю доставку из всех возможных.

Теперь дело за малым. Нужно создать индивидуальный проход. Такой, чтобы Патрик на него среагировал. А написала я всего два предложения:

— Я зажгу печать. Приходи, как сумеешь.

Звучало неплохо. Но в небе кружили змееподобные ящеры, а все подходы на земле держала адская защита, которую Вассаго возводил лично. Прибрать замок к рукам предстояло раньше, чем я думала.

Глава 64.

— А ты уверена в нем? — вдруг спросил Верн, которому до сих пор не спалось.

Я как раз собралась выбежать из комнаты, чтобы искать Вилкса и просить его совета.

— Если не доверять Патрику, то тогда вообще все пустое. Он подбадривал меня, когда был крохой. Когда от меня отказывались любимые няньки, не то что мать. Разумеется, если его заморочить или пытать до потери пульса, он напишет то, к чему его склоняли. Только и я это пойму — по тону, почерку. Я настроение его определяю, как свое. Вот здесь он растерян и самую малость испуган.

Змей достал раздвоенный язык, в длину не уступающий хлысту, и медленно потрогал ноздри, а потом потянулся им к уху. Это означало высокую степень задумчивости, хотя выглядело, мягко говоря, негигиенично.

— Вассаго сам позвал его сюда, чтобы не дать в руки повелителю еще один рычаг давления, — напомнила я на всякий случай.

В моих собственных глазах, кстати, это мало что значило. Алистер не являлся тонким знатоком бесовских душ. Он, скорее, априори не доверял никому.

— Тогда зачем тебе, Вилкс, недотепа? Подзови виверн и покажи им, обладателя какой печати пропустить можно. У вас же она одинаковая?

— Сам ты недотепа, я твоя благородная госпожа! Выпускающая огонь, какой вам, ящерицам, и не снился. К тому же почти научившаяся летать, — спокойно выслушивать хамство рогатого призрака, это уже перебор.

Верн вздохнул, но пара выпустил совсем немного. Не удалось мне его разозлить.

— Да, Кроули ты, ни с кем вас не спутаешь. Прошелся я по родословным книгам. От первого графа, давшего начало фамилии, вы известные на всю Бездну хвастуны.

Наверное, он давно собирался распрощаться и ждал только, когда я придам ему ускорения. И я не стала его мучить. Сделала отличную дымовую шашку. Хорошего вассала необязательно сразу жечь… Верн испарился еще до того, как она преодолела половину расстояния до стены. И раскашляться, и нейтрализовать дым — все это пришлось уже мне.

Через минуту я сняла защиту с окна, которую ставила каждый вечер больше по привычке, распахнула занавески, убрала ставни. Когда я двигала оконную раму, к нему слетелись около дюжины виверн.

— О, мы все ждали, когда госпожа выразит желание познакомиться. Не имеем права привлекать внимание гостей или жителей замка, — сообщила мне крупная лиловая виверна с несколькими черными пятнами на морде.

Им даже не нужно взмахивать крыльями. Они спокойно зависали на одном месте. С таким изяществом, будто эти габаритные существа размером с два шкафа или полторы кровати не нарушали в этот момент законы механики.

— Хотите, мы вас покатаем? Или доставим в лес на ночную охоту… Там в это время суток из-под земли вылазят редкие хищники. Но демоны-человеки почему-то не употребляют их в пищу, — предложила другая, темно-серая, вся состоявшая из бородавок, узловатых шишек и прочих надутостей.

— Что за ерунда! — подключилась третья. — Надо везти госпожу на охоту на болота. Там сейчас раздолье. Можно не только съедобных тварей половить, но и собрать грибочков, которые появляются только при этой фазе луны.

Остальные виверны тоже желали рассмотреть меня поближе. Они отпихивали тех, кто застыл напротив окна. Прихватывали их лапами, крыльями, иногда и пастью. При этом лиловая змеюка, заговорившая первой, умудрялась отбиваться успешней остальных. У других не получалось сдвинуть ее с места.