Наталья Варварова – Моя фальшивая няня (страница 23)
Почтальонша понизила голос так, что мне пришлось напрячь слух:
— Я сама сорок лет назад пошла туда на собеседование. Зазывали людей, чтобы помогать с младшеньким. Чуть заревет или обделается — детская горит… Так вот, глянула в глаза баронские черные, бесстыжие. Все внутри заколотилось, потом одеревенело. Очнулась на полу, лорд уже вышел. Дали кошель с деньгами и отправили домой. Думала, конец, проклята. Ан, нет, замуж вышла, оказалась девицей и двоих родила.
Я не стала указывать ей на противоречия в ее словах. Меня больше интересовало другое. Хотелось подтвердить свое предположение:
— А первую супругу тогда не встречали, или она уже скончалась? Риччи все время спрашивает, похож ли он на мать.
Иеримия прищурилась. Ее так и распирало от желания выдать очередную страшилку.
— Это же все знают. Не было никакой…
Колокольчик над входом звякнул, почтальонша захлопнула рот. Вошел Вилкс со связкой писем и одним большим свертком. Дама быстро его рассчитала и приняла корреспонденцию вперед, пока я подписывала свой конверт.
— Мисс Ада, у вас еще много дел? Можем вернуться моим порталом. Обед скоро начнется, гости прибыли. Рич ожил, очень вас ждет. Густа капризничает…
— Еще минута, Джеймс, и я готова.
Перечитала послание брату:
Дальше я поставила что-то вроде восклицательного знака. Но в том месте рука старой карги должна была дрогнуть — там красовалась клякса. В ней и заключался весь смысл письма.
Зигзаг в этой части страницы размером менее сантиметра означал в нашей тайной азбуке только одно: экстренно возвращаюсь.
Действительно, этим вечером, после званого обеда в замке Вассаго, о котором я узнала двумя часами ранее, я собиралась навестить когда-то родной дом. Проститься с демоном, что давно потерял право называться моим отцом.
Глава 37.
Несмотря на спешку и нежелание дразнить Алистера, я на полчаса задержалась у себя в комнате. Задача передо мной стояла нетривиальная: одеться прилично, но не привлекать внимания, выглядеть приятно, но не вызывать желания глянуть на меня еще раз.
Я остановилась на платье нежного ежевичного оттенка с гофрированным лифом, аккуратным жабо и даже выбрала брошку — сапфирового скарабея, подаренного на мои сто лет бабулей.
Вот же было время. Тогда никто не сомневался, что я стану непревзойденным магом, возьму под управление одно из ведомств Ада… И ничего что женщина — необходимость гендерной ротации владыка подчеркивал постоянно… А потом буду долго и неторопливо выбирать мужа из числа самых сильных демонов.
И что же, где я сейчас? Вооружившись риторическим вопросом, я за минуту привела в порядок волосы. Хватило всего двух заколок и десятка шпилек. Благодаря эликсиру Верна мне даже нравилось возиться с прической.
В дверь постучались. Я и не думала волноваться. Заглянула Густа, вся в черном, и, увидев, что я готова, шмыгнула ко мне. Почему-то она стеснялась выйти к гостям даже под руку с отцом… Надо будет понаблюдать, в чем дело. Она у нас девушка, уверенная в себе, и без причины нервничать не станет.
— Вы прямо настоящая леди, мисс Смит.
Густа дернула плечом, я улыбнулась. Ее комплимент меня не обидел, однако я заволновалась, что могла перестараться. Может, приглушить черты лица еще немного? Все, поздно.
Она создала портал рядом с трюмо, пропустив меня вперед. После того, как ночью ко мне совершенно спокойно явился Риччи, а утром барон, я не сомневалась, что хозяева замка способны войти таким способом в любое помещение. Даже с запечатанным вешним контуром.
Мы появились у входа в столовую, где как раз рассаживались последние гости. Барон и баронесса все еще встречали их у парадной двери — и вместе, надо признать, смотрелись роскошно.
Тонкая и гибкая Сильвия, с ее утонченными чертами, была ну прямо создана для того, чтобы сиять на фоне брутального демона. Ради гостей Вассаго сменил амплуа грубияна-управляющего, в котором я с ним познакомилась, на роль рокового аристократа. Смоляные волосы отсвечивали алыми отблесками, а на чересчур выразительных губах плескался весь яд Бездны.
Августа ухватила меня за локоть, и, слава Первой богине, отвлекла от разглядывания сэра Стивена, который уже смотрел на меня со знакомой усмешкой. Выяснив, кто это на самом деле, я больше не удивлялась, как раньше, но и душераздирающий ужас почему-то не приходил.
Вассаго так и остался Вассаго. Хамом, который стучал ногой о ножку стула и через слово говорил гадости. И, кстати, один рукав его сюртука скрывал тонкий алый браслет.
Чтобы не радовать его своим вниманием, переключилась на гостей. Кого же позвал хозяин этих болотистых земель за свой стол? Я насчитала три десятка человек — буду называть их так про себя; нет уверенности, что среди них есть и другие демоны.
Меня посадили посреди стола вместе с детьми, в то время как самые важные особы получили место рядом с хозяином и хозяйкой. Оба по традиции находились во главе стола друг против друга. Я тихонько наставляла Риччи, чтобы он не разбрызгивал поданный первым суп по сторонам, и осматривалась.
По правую руку от баронессы оказался блондин с правильными чертами лица, настоящий франт. Судя по его повадкам он носил титул не ниже баронского. Иногда они перебрасывались фразами с леди Алистер, причем Сильвия вела себя с королевским достоинством.
Слева сидела точная копия блондина, только этот молодой человек был не на много старше Густы. Видимо, приближался к совершеннолетию и больше не считался юнцом.
Справа от Алистера ковыряла в своей тарелке леди лет двадцати пяти (по человеческим меркам). Наша баронесса превосходила эту блондинку классом, но соседка сэра Стивена отличалась какой-то юношеской восторженностью. И еще она не сводила с Вассаго горящего взгляда. Слева от него восседал еще один блондин. И этот, уже не скрываясь, смотрел только на Сильвию через весь стол.
Другие гости были менее заметны. Целый цветник леди в очень почтенном возрасте, несколько джентельменов напряженного вида, две совсем юных особы. Августа пообещала, что после обеда перечислит мне самых интересных.
С ее слов выходило, что нас удостоили визитом один граф и одна маркиза. Я и сама теперь могла указать на них пальцем. Риччи потянулся к напиткам, не дожидаясь, когда ему подадут. Я бросилась спасать кувшин и платье бабушки, которой не посчастливилось сесть рядом с мальчиком. В это время самый юный из трех блондинов опрокинул тарелку крольчатины себе на ноги, уставившись на Густу.
В целом обед не доставил мне ни малейшего удовольствия. Маркиза, — вряд ли бы кто-то еще занимал место справа от хозяина — как только подали горячее, ухватила Алистера за руку и не выпускала ее до самого десерта. Значит, сплетенные руки лежали у кого-то из них на коленях. Да и бес бы с ними, но это выходило за рамки любого, даже несветского, воспитания.
У блондина рядом с бароном был такой вид, что он в любую минуту встанет и начнет читать Сильвии стихи. Надменный граф подле баронессы почему-то заинтересовался моей персоной. Я даже попробовала проверить свое отражение в вазе — не сошли ли чары и не пытается ли Их Сиятельство сравнить скромную гувернантку с портретом разыскиваемой по всей империи леди Кроули.
Куда смотрел Вассаго, я не имела представления, но у меня густо покраснела шея и вся нижняя половина лица. Наконец эта мука закончилась, когда всем раздали креманки с желе и тарелочки с воздушным суфле и куском пирога. Трапеза подходила к концу.
Начались танцы, и мы с детьми отсели в сторонку. Риччи засыпал, Августа же держалась за меня двумя руками и явно чего-то боялась. Пары расступились, и к нам вынырнул юноша с испорченными брюками. Впрочем, ему удалось уничтожить следы соуса — неужели маг?
— П-п-позвольте, мисс Августа, то есть леди Алистер, я…
— Не позволю, — рявкнула я, отводя душу на этом бедолаге. — Моей воспитаннице еще рано участвовать в танцах. Мы отправляемся наверх.
Августа тоже подала голос, оправдав мое предположение, что этой компании она не искала:
— Гийом, мне нездоровится. В следующий раз.
Она почти мяукала. Я бы и сама ей поверила, но молодого человека актерский талант Густы не впечатлил. Он обиженно кивнул и исчез. А я вынуждена была наблюдать за танцем Сильвии и барона, потому что Рич уснул, положив голову мне на колени. Потом Вассаго повел по залу маркизу, которая радостно растекалась по нему, как потока.
Я закрыла глаза. Пусть еще не забудет протанцевать с каждой представленной здесь старушкой. Густа, что ей не свойственно, напряженно молчала. Еще бы нашелся тот, кто помог бы мне вынести Риччи. Не левитировать же его отсюда Аде Смит, человеческой гувернантке…
— Не будете ли вы так любезны представить меня вашей воспитательнице, Августа?
Как рядом очутился старший из блондинов, я, признаться, не заметила.