Наталья Третьякова – Сон пчелы (страница 6)

Стоя посреди опустошённой равнины, где пепел, оседавший на остывшую землю, приглушал все звуки, Апис чувствовал, как тяжесть утраты, сковывавшая сердце, вступает в борьбу с робкой искрой воли, не желавшей угаснуть, тогда как сумеречный воздух, пропитанный запахом тления, будто испытывал его стойкость, и, вглядываясь в сгущавшиеся сумерки, он осознавал, что эта белая сумка, отныне станет вместилищем его воспоминаний, скреплённых болью и надеждой.

Однако в душе, обугленной пережитым потрясением, постепенно рождалось смутное понимание: даже когда всё, что дорого, обращается в прах, остаётся тот внутренний стержень, что, закаляясь в горе, способен удержать человека на краю бездны, и, принимая эту истину сквозь пелену скорби, Апис, собрав последние силы, сделал первый шаг по серому пеплу, словно начертав им начало пути, которому ещё предстояло обрести смысл среди обломков былой жизни и, ощутив порыв продолжить жизнь и вой путь в поисках утраченной любимой Сапиентии и близких друзей, он встретил своего одноклассника Фламма, чья одежда также была пропитана гарью, но огненно-рыжие волосы, казалось, небыли тронуты пеплом пожара.

СОН 8: Пятнадцать красных быков

Снилось золотой пчеле, что пятнадцать красных быков бегут по зелёному полю за рекой, вспахивая его могучими рогами и поднимая клубы чёрной пыли.

Мир, окутанный мягкой ночной тишиной, тоже видел этот странный сон, наблюдая, как пчела, трепеща золотыми крыльями, летела над бескрайними лугами.

Красные быки, мчались вперёд, не замечая ни высоких трав, склонявшихся под их копытами, ни мерцающих светлячков, порхавших вокруг. Поле, уже изрезанное глубокими бороздами, простиралось до самого горизонта, сливаясь с ночным небом, усыпанным мигающими звёздами.

Красные быки, ведомые луной, продолжали свой бег, оставляя за собой следы, темневшие во мгле, не подозревая, что их движение создаёт застывшие волны на поверхности земли. Луна, висящая высоко над полем, освещала холодным светом красных быков и зелёную траву.

Золотая пчела, взмахнув крыльями, почувствовала, что утренний туман начинает рассеиваться. И когда первые лучи рассвета коснулись земли, видение исчезло.

Аркан 15 «Дьявол»

Апис и Фламма подошли к лесу, когда солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багровый цвет и длинные тени, протянувшиеся от деревьев, ложились на траву. Редкие облака, подсвеченные снизу последними лучами, медленно плыли по небу, а ветер доносил ароматы полевых цветов. Деревья, очерченные силуэтом на фоне пылающего неба, казались чёрными. Река, отражающая багряные и золотые тона, струилась, словно расплавленный металл.

В алых лучах заката Апис и Фламма видели отблески огня, поглотившего их дома и забравшего их друзей. Недалеко слышались голоса людей, которые виднелись на привале у костра за деревьями, оживлённо обсуждавших пожар, увиденный ими. В них Фламма узнал своих давних знакомых, с которыми он не виделся много лет и своего друга Ракту, который, казалось, навсегда исчез из его жизни.

Ракта, вдруг выпрямившись и вглядевшись в лица, узнал Фламма.

— Здравствуй, друг! — воскликнул Ракта, приветствуя Фламма, идущего навстречу по тропинке, заросшей травой.

— Ракта! Неужели это ты? — отозвался Фламма, остановившись и широко раскинув руки, словно не веря своим глазам, озорные искорки заблестели в его глазах, сменив печаль прошедшего дня.

Они обнялись, похлопывая друг друга по спине, — так, как это делают люди, разлучённые годами, но сохранившие в сердце тепло прежней дружбы.

— Ты почти не изменился, — сказал Фламма, всматриваясь в лицо друга, освещённое лучами заходящего солнца, пробивающимися сквозь темнеющую листву.

— Зато ты стал серьёзнее, — заметил Ракта, разглядывая Фламма. - Оставайтесь с нами, уже близится ночь и вы можете заблудиться, это я изучил все дороги, так как давно тут живу. Мы построили дома в глубине леса, а сегодня выбрались на охоту и решили остановиться на ночлег здесь.

Ракта заметил, что одежда Фламма и Аписа была покрыта чёрной сажей, а волосы Аписа от пепла стали серого цвета.

— Что с вами случилось? Неужели тот далёкий пожар? — спросил Ракта, отступая на шаг и разглядывая пришедших.

Они дошли до костра у которого сидело двенадцать мужчин, одетых в синие одежды.

Апис: У нас тоже были дома, но пожар отобрал всё, что у нас было. В дыму и огне мы потеряли своих друзей и любимых, теперь ищем их и будем искать, пока не найдём.

Ракта: Но раз вы всё потеряли, то можете пойти с нами и начать всё сначала. У нас крепкие дома, которые мы построили из чёрных деревьев, растущих в этом лесу. Мы живём скромно, но лес кормит нас. Мы охотимся на диких зверей, собираем всё, что лес растит для нас, изредка ходим на реку за рыбой. Мы дружны, хоть это тяжкий труд - выживать в лесу.

Фламма: А мне надоело выживать и каждый день бороться за право жить. Я хочу получить всё, тем более потеряв то, что у меня было, я хочу не просто это вернуть, а приумножить. Жизнь в долгу передо мной и я не думаю, что лес сможет мне в этом помочь.

Вечерний воздух становился прохладнее после раскалённого дня, окутывая всё вокруг вечерним туманом и принося с собой едва уловимый запах ночи. Теперь вокруг костра сидело пятнадцать человек, лица которых были освещены неверным серым пламенем горящих чёрных поленьев. Заходящее солнце окрашивало небо в багряные тона. Деревья, очерченные тёмными силуэтами на фоне угасающего света, молча охраняли покой природы. Солнце, почти коснувшееся кромки леса, бросало последние лучи, отражавшиеся в реке и создававшие на поверхности широкой реки, медленно несущей свои воды к далёкому горизонту, мерцающую золотую дорожку.

Ракта: Ночью станет совсем холодно. А ваша одежда слишком лёгкая, чтобы ночевать под открытым небом. У нас есть тёплые плащи с капюшонами, которые согревают, когда мы остаёмся в лесу.

Ракта доставал из сумок красные плащи и передавал их сидевшим вокруг костра.

Ветер, едва шевелящий верхушки елей, доносил одиночные крики птиц, улетающих на ночлег. Река, спокойная и величавая, несла свои воды, слегка рябя от дуновения ветра и отражая в себе первые звёзды, появляющиеся на темнеющем небе.

Лес, погружающийся в сумерки, наполнялся таинственными звуками, которые так хорошо были слышны в наплывающей тишине.

Заходящее солнце, теряя свою яркость, отбрасывало длинные тени, которые, вытягиваясь, сливались с темнотой леса.

Воздух, наполненный вечерней прохладой, становился всё свежее, заставляя невольно вдыхать его полной грудью и ощущать приближающийся холод.

И лишь широкая река, не меняющая своего неспешного ритма, продолжала течь, в то время как природа, готовящаяся ко сну, затихала, погружаясь в безмолвие наступающей ночи.

Апис: Фламма, вот ты говоришь, что лес не сможет дать тебе дом, но раз жизнь так жестоко поступила с нами и отобрала всё ,что у нас было, то мы должны силой вернуть своё, так как это принадлежит нам по праву. Мы не будем отбирать чужое, а заберём то, что и так наше.

Ракта улыбнулся словам Аписа и своим мыслям, переглянулся со своими друзьями и молчаливая договорённость была достигнута, для этого даже не нужны были слова, каждый понял, что это их возможность получить то, что они так хотели.

Постепенно солнце скрылось за горизонтом, оставив после себя лишь красные отблески на облаках, и природа, затихающая с наступлением ночи, погружалась чёрную тишину.

Апис отошёл от костра и собирал большие ветки, чтобы сделать факелы. Фламма и Ракта обсуждали куда можно пойти, чтобы осуществить задуманное. Ракта предложил пойти к широкой дороге, которая вела через лес и подстеречь путника, чтобы возместить несправедливость жизни и получить то, что они считали своим по праву.

Когда солнце погасило свои лучи и даже звезды скрылись за чёрными тучами во мраке неба, пятнадцать человек в красных плащах зажгли чёрные факелы слепым серым огнём от костра и пошли в глубину леса.

Ночь, медленно опустившаяся на землю, поглотила путников, окутав их плотной пеленой серого тумана. Деревья, застывшие в безмолвии, казались свидетелями их пути. Луна, взошедшая над верхушками елей, бросала бледный свет, пробивающийся сквозь тучи и ветви, а тени, лежащие на земле, словно тянулись к невидимой цели. Ветер, едва уловимо шевелящий листву, доносил шёпот далёких звуков, затихающий вдали, и звёзды, мерцающие в вышине, будто подмигивали людям в красных плащах, шедших через темноту леса.

Туман, выползающий из низин, стелился по земле, скрывая корни деревьев, а луна, отражаясь в каплях росы, создавала иллюзию слез на слепых глазах, смотрящих из темноты. Ночная птица, взлетевшая с ветки увидев путников, бесшумно пролетела над поляной, хлопая крыльями, и её крик, разнёсшийся по лесу, заставил Аписа вздрогнуть.

Ветви, склонившиеся под тяжестью ночи, шелестели, переговариваясь между собой, а где-то вдалеке шипение реки нарушало тишину, напоминая о жизни, продолжающейся даже в этот час.

Светлячки, вспыхивающие среди травы, рисовали ожившие узоры, танцуя в воздухе, и их мерцание, смешиваясь с лунным светом, создавало ощущение нереальности происходящего. Деревья, обросшие мхом, стояли недвижно, храня вековые тайны, а тропинка, теряющаяся в глубине чащи, манила вперёд, обещая вывести на дорогу. Тучи, на мгновение затянувшие небо, приоткрыли луну, и её свет, скользнувший по стволам, высветил застывшие очертания, будто вырезанные из тьмы.