Наталья Томасе – Трепетный зов высоты (страница 8)

– Нефа.

Молодая женщина улыбнулась в ответ и, обнимая его, прошептала:

– Хорошо, что прислали именно тебя, Тавор.

Мужчина поднялся на ноги, одновременно растягивая их, и огляделся вокруг: каменный кубический ящик – саркофаг, вырезанный из монолитного желтого кварца, на четырех углах которого красовались горельефные изображения цветка лотоса, символизирующего бессмертие; коптского креста – символа передачи энергию Вселенной человеку; орла и змеи. Неподалеку стоял пьедестал с разноцветными кристаллами. Острый орлиный взгляд Тавора, наконец-то восстановившийся после «прыжка», не заметил никаких повреждений на них. На экране пульсировала вспышка, говорящая о четком сигнале, выходящем из вершины станции-пирамиды. В вентиляционных каналах на стенах он отчетливо увидел свет, исходящий от Малой Медведицы, альфы Дракона, Ориона и Сириуса.

– «Псы» зарегистрировали скачки в энергетическом поле и сбой сигналов. Говорили о диверсиях. Но я не вижу ничего подобного. Что происходит в Мусур35, Нефа? И почему в башне ты, а не хранитель?

Тавор серьезно и пристально смотрел на женщину своим немного колючим взглядом, при этом получая эстетическое удовольствие от ее красоты, в которой присутствовала таинственность и огромная энергия. Нефа была не высокого роста, но обладала красивой фигурой и превосходными формами, отчетливо просматриваемыми сквозь прозрачный калазирис36. Черные брови подчеркивали красивые миндалевидные глаза, делая взгляд пронзающим. Она слегка надула свои пухлые губы, и ее голос разлился колокольчиками по пространству:

– Долгая история.

– Ну так не тяни, – рявкнул его баритон. Он не любил неопределенность и долгие вступления. – Почему была потеряна связь между членами Конгломерата? Змеи нарушали соглашение?

– Это я, – тихо, если слышно, практически себе под тонкий, прямой нос, прошептала, склонив голову Нефа.

Ее ответ был словно неожиданный, невидимый удар в грудь. Тавор сделал шаг назад и, лязгнув зубами, уставился вопросительным взглядом на женщину.

– Мы прибыли с Тайпаном на станцию в Мусуре после того, как на базу перестала поступать информация. Да какая там информация?! Темнота, никакого всплеска энергии и света с Терры вообще. Глухо, словно энергетические башни отсутствуют на планете, – начала свой рассказ Нефа. – Прогулявшись вокруг, мы были несказанно удивлены прогрессивному скачку, который сделали терряне, благодаря нашим технологиям. Грандиозные храмовые комплексы и превосходные памятники скульптуры, источающие новую утонченность и стиль. Правление царя Аменa было на редкость мирным. Конечно, в этом была заслуга хранителя Хапу-Хора с созвездия Орла, который умудрился стать не просто советником царя, он был его другом. Мусура была богата. Все было так, как и планировал Совет Конгломерата.

Она замолчала, а через несколько секунд продолжила:

– До тех пор, пока Амен не стал упиваться своим владычеством. Дошло до самообожествления, до культа собственных идолов. Его разум был отравлен недремлющими аспидами. Он считал, что ему уже не нужны советчики Галактической Империи и в один день просто приказал отключить станцию, грозя хранителям за неповиновение смертью. Он считал себя Богом. Хапу-Хор к тому времени умер, и никто не мог противостоять Амену. Тайпан полагал, что терряне прекрасно могут обойтись без Конгломерата и развиваться как им захочется. Мне стоило огромных усилий убедить его в том, что не мы нужны Терре, а она – нам. Это Конгломерату нужны станции, чтобы иметь связь со всеми членами и держать контроль над шатким миром с аспидами…

«Ага. И подворовывать энергию и электромагнитное поле планеты, – усмехнулся про себя Тавор. – С чего ради поставили станции на магнитные меридианы?! Я артельщик, но даже мне понятно, что мощный энергетический сконцентрированный поток в основании пирамиды, может быть направлен только вертикально вверх.»

ххх

… Высокого роста Тайпан, никогда не опускавший голову, что делало его визуально еще выше, нервно ходил вокруг домовины, меря шагами периметр комнаты и непрерывно передергивая носом, явно чем-то недовольный. Он прекрасно понимал – если не восстановить сейчас связь, то в скором времени к Терре прибудет целый флот Конгломерата.

Он остановился, посмотрел на Нефу непримиримым взглядом серых, почти бесцветных глаз. На его лице со шрамом была печать самоуверенности, упрямства и даже презрения.

– Нужно устроить переворот – недовольных достаточно. Пару-тройку пламенных речей и низкие примитивные вибрации сами сделают своё дело. Многие ненавидят вельмож пышного царского двора, проще говоря – завидуют им. А ты знаешь, где зависть, там практически нет вибраций и свечение черного цвета, – усмехнулся Тай.

– Никому не удастся свернуть царя с выбранного им пути. Он найдет способ и задобрит бунтарей. А ты его не уговоришь. Он даже не станет с тобой разговаривать, когда узнает: кто ты и откуда, – Нефа старалась быть логичной.

Хорошо очерченные губы Тайпана разъехались в дьявольскую усмешку, раздалось змеиное шипение, а затем из его глотки вырывался сатанинский смех, от которого колени девушки немного дрогнули, и ей показалось, что ее сапфировые волосы встали дыбом.

Успокоившись, мужчина подошел почти вплотную к девушке и, взяв ее за подбородок, с придыханием, прошипел:

– А кто говорит, что мы будем его уговаривать? Нужен новый царь, с новой политикой и лояльностью к Конгломерату. Это же понятно.

В миндальных женских глазах появился невероятный ужас – тревога и предчувствие беды. Тайпан нарушал Законы Империи один за другим: он дотронулся до ее тела, он сознательно запугивал её и, в конце концов, он решил вмешаться в ход истории без согласия населения планеты и дозволения Совета Космической Империи.

– Не будь глупой и наивной, Нефа. Возродиться можно только через смерть.

С восходом Солнца Тай исчез. Он вернулся в пирамиду через несколько движений Терры вокруг своей оси. Довольный, словно он получил Кубок Первенства. В его руках было письмо.

Один из царей приграничных земель отдавал свою дочь царю Амену.

«Твои посланники прибыли, чтобы взять её и сделать госпожой, – читал с сарказмом Тайпан. – Мне это по душе и я праздновал день и ночь. Я отправляю её тебе как твою жену и госпожу, и будем мы теперь единым целым.»

– Но это жена правящему царю. Или ты желаешь, чтобы я заняла ее место и повлияла на него?

– Завтра царя Амена не будет, – прогремел, словно раскат грома, его голос.

Нефа стояла в оцепенении, непроизвольно втянув голову в шею.

– Настал твой звездный час, Нефа! – тон Тайпана был одновременно повелительным и возбужденным, будто он говорил о своём предстоящем триумфе, словно ему выпадал шанс сделать что-то эдакое и войти в историю. – Ты будешь подарком новому царю от "богов". Никто не усомнится в этом: твоя неземная красота, изящество и знания будут подтверждением твоей божественности.

Говоря это, он интенсивно жестикулировал, размахивая руками. И казалось, он сметет все, что неудачно стоит на его пути.

Голос Тайпана завораживал Нефу. Гипнотизирующий взгляд притягивал, и ей казалось, что он ее засасывает словно болото. И она не может сопротивляться этому.

Девушка заметно нервничала, её точеное с высокими скулами лицо было напряжено, чёрные миндалевидные глаза беспокойно смотрели на мужчину. Атмосфера вокруг была пропитана энергией Тайпана, рядом с ним и Нефа чувствовала прилив сил, физически ощущая, как воздух накаляется и вибрирует.

– Ты будешь царицей, Нефа, ты будешь править империей, – восторженно выкрикнул Тай.

– А ты? – испуганно проговорила девушка, – что будешь делать ты?

– А я останусь на станции хранителем и буду отсюда руководить тобой. Великий Тайпан не даст тебя в обиду, – восторженно гремел его голос, заполняя все пространство пирамиды.

– Значит, ты будешь тайным правителем, – у нее сперло дыхание. – Но, как я появлюсь во дворце? – тихий голос выдавал волнение.

… Скорбящие родственники и многочисленные жены царя Амена, измазав себя в грязи, шли шествием по городу, рвали на себе волосы, били себя в грудь и громко причитали о своей утрате. После завершения траурного шествия тело правителя было отправлено на мумификацию.

Семьдесят дней был траур по Амену, ровно столько, сколько требовалось времени, чтобы тело усопшего "просолилось" в оксиде натрия, или как его называли терряне в «божественной соли». После этого оно было завернуто в «локоны Нефтиды», льняные бинты, названные в честь богини, которую связывали со смертью. Жрец зачитал ритуальные заклинания, прикасаясь лезвием ножа ко рту покойного (чтобы тот мог есть, пить и дышать), а также к ногам и рукам, чтобы тот мог ходить в своей загробной жизни, и гробница запечаталась… И благодаря стараниям хранителей, «законсервированное» тело успешно было переправлено через портал-саркофаг на спутник Терры, где находилась огромная фабрика по переработки тел в строительный материалы для Конгломерата.

На престол вступил молодой царь Эхно. Он производил впечатление богобоязненного человека, выражающий глубокое почтение к древней религиозной традиции и к наследию отца. И, возможно, он бы и продолжил вести политику прародителя, если бы не случай, вернее, хитроумный план честолюбивого и амбициозного Тайпана, змея из Космического Конгломерата.