Наталья Томасе – Трепетный зов высоты (страница 9)

… Эхно стоял на балконе и смотрел в тёмную даль, скользя глазами по черной ленте реки. Вдруг его внимание привлекла тускнеющая кромка тёмно-красного цвета возле горизонта, потом от неё потянулись полоски светлых лучей, постепенно окрашивая небо в огненно-красный цвет. Затем появилась маленькая каемка солнечного шара на воде, которая постоянно увеличиваясь в размерах, превращалась в огромное светило.

Молодой царь наслаждался красотой восходящего солнца…

Неожиданно на фоне поднимающегося яркого круга перед его глазами предстала нагая женская фигура, будто возникшая из ни откуда, вернее, словно вышедшая из солнца. Эхно сощурил свои близорукие глаза, но не увидел ее лица. Однако он был абсолютно уверен, что обладательница таких соблазнительных форм должна быть очаровательной. Ведь это было порождение самого Солнца. Он не видел больше ни солнечных лучей, нежно прикасающихся к верхушкам сонных песчаных гор, ни переливающихся яркими красками густых кустарников, разросшихся вдоль реки, был лишь этот женский силуэт с большой синей короной на голове, переливающийся яркими красками в отблесках солнечных лучей.

"Царица! – промелькнуло у него в голове и, позвав постоянно находившегося в покоях телохранителя, приказал привести женщину к себе.

Жилище царя скрывалось за прочным забором с укреплёнными воротами. Нефу провели по аллеи роскошного сада и перед ее глазами предстал красивый, но неожиданно небольшой дворец. Полы были украшены красочной мозаикой, а стены, колонны и потолки – росписью, скорее всего сценами из жизни царских семейств династии.

Нефа шла, семеня маленькими ножками, и, рассматривая барельефы, пыталась представить себе, как выглядит Эхно. Тайпан ей строго на строго приказал не покидать пределы станции и выжидать нужного момента. Встреча с царствующей особой должна была быть неожиданной и божественной.

Войдя в комнату, женщина не распласталась на полу перед царем, а лишь опустила глаза в пол. Она видела только гофрированную набедренную повязку, поверх которой был надет пояс и трапециевидный передник из бус и драгоценных металлов.

Она чувствовала вибрации мужчины, говорящие об одурманивающим его восторге и одновременно похоти. Она медленно подняла голову, и огненный, пронизывающий взгляд коснулся глаз царя.

Мужчина был очень высок и некрасив: вытянутое лицо с тяжелым подбородком, длинные пальцы, деформированная грудная клетка, большие и неправильно растущие зубы. В его внешности было что-то инопланетное, Нефа даже подумала, что он один из созвездия Столовая Гора.

Мощная сексуальная энергия, исходящая из глаз незнакомки, словно стрелы пронизывала все тело Эхно. Ему казалось, что перед ним дитя солнца. И ему хотелось быть рядом с ней, обладать ею. Он коснулся ее обнаженной груди, и побежавший по пальцам ток немедленно отозвался в мужских чреслах.

– Ты кто? – с хрипотцой в голосе спросил он красавицу.

– Я – Нефа. Я пришла со звезды, называемой Солнце…

– Итак, – голос Тайпана был довольным, улыбка не сходила с его губ. – Я же говорил, что он не устоит перед твоей красотой. Тебе нужно поддерживать эту эйфорию в нем как можно дольше.

– Ты забываешь, это я специалист по Терре и террянам. Я лучше тебя знаю, что нужно делать, чтобы не только соблазнить и удержать мужскую особь, но как заставить его делать то, что я пожелаю, – зло проговаривала Нефа, натягивая прозрачное туникообразное платье через огромный золотой каркас на голове с закрепленными на нем синими волосами. – Власть женщины, Тай, всегда сильнее власти мужчины, только не все женщины об этом знают и не умеют этим пользоваться, – хихикнула она.

Полоз язвительно скривился, вспоминая свою мать, и зло буркнул:

– Вздор! Оставь свои мысли при себе, и не вздумай их озвучивать царю.

Нефу из Галактики Спящая Красавица, или как ее называли в Конгломерате, Галактика Чёрный Глаз, готовили к работе в «одноэтажных» мирах. Она была хитра, умна и образована, умела удовлетворять все прихоти особей мужского и женского пола, в том числе и их похоть. Она была шпионом, в ее задачу входило контактировать с населением, наблюдать и докладывать о необычном, новом и опасном для планеты.

– Ты представляешь, Тай, – рассказывала она, – они так богаты, что трон царя полностью состоит из золота и драгоценностей, и он по стоимости дороже, чем вся остальная утварь во дворце вместе взятая.

Змей, казалось, не слышит, что она говорит. Он смотрел на нее каким-то неестественным для него взглядом, в нем было очарование, восхищение и животное желание. Нефа поймала его вибрации, которые значительно уменьшились здесь на Терре и подумала о том, что будет с ними, если они останутся здесь надолго или, возможно, навсегда. Она отогнала эту мысль, зная, что Конгломерат не допустит этого.

– Нефа, – голос Тайпана был немного слащавым, – у меня к тебе просьба…, вернее, желание…, – он явно не знал как сказать, – короче, я хотел бы, чтобы ты меня научила этому.

– Чему? – широко открытые глаза смотрели на мужчину.

– То, чем ты занималась с царем. Я никогда не видел такого удовлетворения и блаженства на лицах, какое было у Эхно в тот момент. Ведь терряне это делают не только для размножения, так?

Нефа издала громкий смешок:

– Ты подсматривал за нами, хитрый змей. Они называют это «любовью» и занимаются этим для услады. Но, у нас это запрещено.

– Я знаю, поэтому и прошу тебя показать мне это здесь на Терре.

– Хорошо, – согласилась девушка.

Она сняла с Тайпана одежды и скинула свои.

– Ощущения будут зависеть от степени возбуждения, – томным голосом объясняла Нефа, поглаживая мужское мускулистое тело. – Если пренебречь прелюдией, то это будет физический контакт, не более того. А вот, если как следует постараться и возбудить, ощущения будут просто непередаваемые.

И он, действительно, почувствовал, как от кончиков пальцев начинает стекаться к центру тела, а затем в низ живота приятное напряжение. Это некая едва уловимая щекотка, которую трудно было описать словами. Возник прилив сил и энергии. Он испытывал нечто такое, что никогда не испытывал раньше и ни при каких обстоятельствах не получал подобного наслаждения. Это было приятно, тепло, страстно, не хотелось останавливаться ни на секунду. В чреслах возникла дрожь, а в голове – настоящая эйфория, казалось, мозг полностью отключился. Эти ощущения раскатывались по всему телу, становясь все сильнее и насыщеннее до тех пор, пока не наступил пик удовольствия – физическая разрядка и последующее за ней – приятное расслабление по всему телу.

– Но может быть еще лучше, Тайпан, – грустно проговорила Нефа.

Мужчина смотрел на нее удивленными глазами:

– Куда уж еще?! По-моему, это вершина физического удовольствия, которое только можно испытать.

Она глубоко вздохнула, а ее в глазах стояла безысходная, щемящая тоска.

– Когда делаешь это с любимым человеком, испытываешь самое настоящее счастье. Это моменты максимальной близости, ближе уже просто некуда. Вы как одно целое. Когда любимый человек ласкает твое тело – это не описать словами и не объяснить. Такое чувство, как будто тебя переполняют эмоции и физическое блаженство.

– И ты испытывала это?

Нефа утвердительно кивнула:

– Только это было очень давно, на Спящей Красавице.

– Что такое любовь? – поинтересовался Тайпан.

– Терряне разделяют понятия «любовь» и «страсть». Представь картинку – удав смотрит на кролика. Если змей хочет его съесть, то это страсть, если хочет заботиться и опекать его, радоваться тому, как он растет, то это любовь. Это состояние, Тай, не просто доброта и душевное тепло, это когда две родственные души встречаются телами. Вообще, это не объяснить словами, но поверь, ты сразу поймешь, что это именно оно, – печально улыбнулась она.

– Почему это запрещено в Конгломерате? – удивленно воскликнул мужчина, – это же…, это же…, – он не мог подобрать слов.

– Потому что это чувство глубокой привязанности, зависимости, страсти, если хочешь, а все это гормональный взрыв. А нормальный, здоровый квирит должен быть спокоен, невозмутим и безэмоционален.

– Как Тавор, – хихикнул Тайпан, – интересно было бы увидеть его лицо, испытай он то же самое, что я сейчас. Но он слишком законопослушен, так что ему это никогда не светит.

ххх

Царь Эхно не просто любил Нефу, он ее обожествлял, считая порождением Бога-солнца. Не того человекообразного Бога, с головой сокола с солнечным диском и змеёй на голове, что почитали в Муссуре, а нового бога, в виде реального солнца с простирающимися от него лучами, словно руками, желающими обнять все живое на планете, того, кого он видел в момент появления Нефы в водах многоцветной реки.37

Эхно распустил свой сераль38и сделал Нефу своей женой. Ему не нужны были другие женщины, эта пришедшая с Солнца красавица, чьи движения были по-кошачьи грациозны и мягки, манеры изысканы, а голос вкрадчив, делала его счастливившим из мужчин. Когда она улыбалась, она обладала таким шармом, который нельзя было ничем испортить.

– Странное у вас представление о Солнце, – мурлыкала она у него на груди, рисуя солнышки с лучиками на его теле с лишними килограммами, особенно заметными в области живота, бедер и молочных желез. – Почему вы думаете, что их три? Оно одно. Оно как живой человек в разные года своей жизни, только срок его один день. Рассветное светило, как детство и юность: ещё неизвестно, каким ты будешь, каким будет этот день, но хочется, чтобы солнце светило больше и ярче. Полдень – разгар дня, жар, это зрелый возраст, и человек тоже достигает определенных вершин. Старость, более связанная с потерями, чем с приобретениями, это закат, постепенно теряющий солнечный свет. А затем приходит ночь, смерть… Чтобы возродиться опять…