Наталья Тимошенко – Кольцо бессмертной (страница 44)

Данил остановился как раз напротив Риты, за спиной Эвелины, поднял голову к темному небу, которое уже потихоньку начинало светлеть. До восхода солнца оставалось совсем немного времени.

Эвелина остановилась примерно в середине круга, указав Рите на место перед собой, а затем, когда та заняла нужную позицию, подняла голову, обвела взглядом застывшие черные фигуры и что-то прошептала. Слов Рита не разобрала, но девушки зашевелились, взяли в руки факелы и подняли их выше. Огонь вспыхнул ярче, освещая пустынный пляж. Только теперь Рита увидела, что песок под ногами расчерчен на квадраты, в каждом из которых были нарисованы замысловатые знаки, чем-то напоминающие иероглифы. Рита наконец смогла рассмотреть лица девушек и едва не закричала от ужаса. Глаза их были плотно сомкнуты, а губы словно срослись между собой, не позволяя им открывать рты. Но еще больше Риту напугало то, что в одной из девушек она узнала Леру. Она так же стояла с закрытыми глазами, но из-под плотно сомкнутых ресниц по щекам катились слезы.

– Вдвоем нам не справиться. Держи.

Рита едва заметно качнула головой, но Эвелина опередила ее ответ:

Рита перевела взгляд на Эвелину. Лицо той выглядело до крайности напряженным, но она не замолчала, боялась потерять драгоценное время: солнце вот-вот взойдет. Рита сделала несколько осторожных шагов назад, стараясь не привлекать к себе внимания и глядя то на Эвелину, то на Данила. Первая не заметила ее маневров, зато второй одобрительно кивал. Возможно, Рите удалось бы покинуть круг, если бы она не уперлась спиной в невидимую преграду. Защита Эвелины работала не только на вход, но и на выход.

Эвелина едва заметно улыбнулась одним уголком губ.

– Я всегда была сильнее тебя, глупо думать, что ты сможешь меня переиграть.

– Что здесь происходит, кто-нибудь может мне объяснить? – громко и отчетливо спросила она.

– Дальше тебе нужно идти одной, – напряженно сказал он, словно ему не нравилась эта идея, но он был вынужден подчиняться обозначенным правилам.

Данил сорвался с места и бросился к ним, Эвелина вытащила из земли факел, снова подняла его вверх на всю длину руки и с силой ударила им о землю. Земля вздрогнула, заставив Риту пошатнуться и с трудом поймать равновесие. Мир пошел рябыми кругами, как вода, в которую бросили камень. Данил же, добежав до стоявших кругом девушек, наткнулся на невидимую преграду и, ударившись в нее, упал на спину.

Марк остановил машину, когда впереди еще ничего не было видно, но дорога здесь заканчивалась, дальше было не проехать. Глушить двигатель он не стал, просто повернулся к Рите.

Эвелина, вернула факел на землю, продолжая придерживать его, замолчала и посмотрела на Риту. Та следила за каждым ее движением, боясь шелохнуться. Какой-то древний инстинкт вопил немедленно убираться отсюда, но ноги словно вросли в горячий песок. Эвелина протянула к ней свободную руку ладонью вверх, и Рита догадалась, что она должна накрыть ее ладонь своей. Наверное, не следовало этого делать, не разобравшись в том, что происходит, но отступать было некуда. Рита с трудом подняла руку, которая, казалось, стала весить целую тонну, и почти коснулась ладони Эвелины, как внезапно тишину пустынного пляжа разорвало громкое карканье: с десяток черных воронов, которых Рита раньше не заметила, взмыли в воздух, громко крича и хлопая огромными крыльями.

Девушки по-прежнему не смотрели в их сторону и не произносили ни звука. Эвелина вытащила из земли два факела, один протянула Рите, второй взяла себе и, просочившись между девушками, вошла внутрь импровизированного круга, жестом пригласив Риту идти за ней. Та решительно шагнула следом и, проходя между двумя фигурами, внезапно ощутила горячую волну, словно шагнула с улицы в хорошо нагретое помещение.

Марк крепко обнял ее и поцеловал в лоб, заверив, что будет ждать здесь, сколько бы ни пришлось, и Рита вышла из машины. Шла вперед, несколько раз оглядываясь, хотя не сомневалась, что Марк дождется. Тем не менее почему-то до боли в груди хотелось еще раз увидеть его, даже когда в полумраке сгущающихся сумерек уже не могла разглядеть его через стекло. Жалела только, что Соню отвезли к бабушке с дедушкой, и она не может увидеть ее, хоть и понимала, что тащить куда-то ночью четырехлетнего ребенка – не лучшая идея.

Рита принялась послушно натягивать поверх своей одежды балахон, но Эвелина улыбнулась и остановила ее.

Рита кивнула.

– Знаки, – он кивнул на расчерченные на песке символы. – В секторе жертвы стоишь ты, а не она. Конечно, это же логично: для завершения ритуала нужна жертва, а твоему телу все равно не выжить. Ты всегда была до омерзения сочувствующей.

– На тебе должны быть только этот плащ и кольцо. Больше ничего. И волосы распусти.

Эвелина моментально обернулась, и ее лицо тоже стало другим. Эти двое сверлили друг друга такими взглядами, словно были по меньшей мере кровными врагами. А дальше все произошло в одно мгновение.

– И толку? – хмыкнула Эвелина. – Я уже начала ритуал, теперь ты не сможешь мне помешать.

– Дрянь! – выдохнул он.

Бессмертная же открыла глаза, посмотрев на беглянку холодно и отстраненно.

– Глупости. Этот ритуал нужен для того, чтобы открыть путь в Забвение. Чтобы моя сестрица могла уйти, а наши родственнички приняли ее обратно.

– Тогда ты, должно быть, понимаешь, что для завершения ритуала нужна жертва. Человеческая.

– Я не верю… – пробормотала она, хотя все внутри нее бунтовало против слепой веры едва знакомой женщине. А Данила она знала хорошо. Данила, который искренне хотел помочь ей.

– Что он говорит? – Рита непонимающе посмотрела на Эвелину. – Разве я могу тебя убить? Ты же бессмертная.

– Тебе ведь известно, кто мы? – спросил он.

– Я – да, – напряженно кивнула Эвелина. – А мое тело – нет. И чтобы я могла уйти в Бездну, оно должно умереть.

– Но Марк говорил, что ты всегда воскрешаешь его, это инстинкт.

– Да, – снова обреченно согласилась Эвелина. – И поэтому только ты можешь сделать так, чтобы я не смогла его воскресить. Только истощившая силы целительница будет брать столько энергии, пока не заберет ее всю. А открытый проход в Забвение позволит мне не воскресить тело, не найти другое, а отправиться туда, где меня давно ждут.

– Нет, – Рита покачала головой. – Я не пойду на это. Ты уйдешь, но ведь Эвелина, девушка, чье тело ты заняла, умрет. Я убью ее, а не тебя.

– Она умрет так или иначе. Даже если ты не позволишь мне завершить ритуал, я буду вынуждена покинуть это тело, поскольку он, – она кивнула в сторону Данила, – теперь знает, кто я. И когда я найду себе другое тело, это все равно умрет. Ее настоящая душа давно в Бездне, а без души человек не выживет. Так что решать тебе: спасет она тебя или погибнет зря.

Рита в отчаянии помотала головой.

– Я не могу.

– Делай выбор скорее. Солнце уже встает.

И в самом деле по земле скользнули первые лучи, а из-за горизонта начал медленно выползать кроваво-красный диск, раскрашивающий небо в еще более яркие цвета.

Эвелина протянула ей руку.

– Давай, Рита.

– Ты станешь убийцей, – припечатал Данил.

Рита снова помотала головой, не в силах поднять руку.

«Ну же, давай, – уговаривала она себя. – Ведь ты хотела найти жертву, а теперь жертва нашла тебя сама. Она согласна, так чего же ты ждешь?»

Однако рука, казалось, весит целую тонну, и нет никаких сил поднять ее. Небо тем временем светлело все больше, ярко-красные всполохи то и дело озаряли его, словно в обычный летний рассвет вмешивалось что-то еще, что-то пугающее, чужеродное, заставляющее делать нелегкий выбор.

– Рита, давай, пожалуйста! – Голос принадлежал не Данилу и не Эвелине.

Рита снова подняла голову, неожиданно встретившись взглядом с показавшимся из темноты Марком. Он приближался стремительно, опираясь на трость и сильно хромая.

– Это твой шанс, не упусти его, – велел он.

Воспользовавшись тем, что и Рита, и Данил отвлеклись на появление Марка, Эвелина схватила Риту за руку и прижала ее ладонь к своей груди. Рита дернулась, но отнять руку уже не смогла: та словно приклеилась к холодной ткани черного балахона. Она думала, что почувствует тепло, которое отдавала всегда, когда помогала другим, а теперь должна была взять, однако жизненная сила хлынула таким мощным потоком, что сбила обеих с ног. Эвелина задыхалась, царапала ногтями песок, но Рита ничего не могла сделать. Она снова и снова пыталась отдернуть руку, но ничего не выходило. Ткань под ее горячей ладонью оплавилась, и теперь она ощущала лишь обнаженную кожу, через которую лилась жизнь.

Все вокруг словно замерло: молчаливые девушки не шевелились, Данил и Марк тоже остановились. Первый, очевидно, понял, что уже ничего не может сделать, второй – что сделал, что мог.

Рита подняла голову и снова встретилась с Марком взглядом.

– Ты знал? – только и спросила она, не слыша свой голос за стуком бешено бьющегося сердца.

Еще до того, как он кивнул, она уже угадала ответ.

– Почему? Почему ты не сказал?..

– Ты бы не согласилась, – как сквозь вату услышала она. – Я же тебя знаю, ты никогда не согласилась бы забрать жизнь у другого человека, даже если бы ее тебе предлагали. Поэтому я решил сам.

Рита прикрыла глаза, уже не пытаясь сопротивляться поступающей в нее энергии, не отдергивая больше руку.