Наталья Тимошенко – Кольцо бессмертной (страница 29)

Марк хмыкнул, словно самому минуту назад не было жутковато. И если уж не врать себе, то он был рад любой компании, даже если это призрак. Зато дорога до поселка вдвоем оказалась раза в полтора короче. Они болтали о всякой ерунде, о которой каждый из них едва ли вспомнит завтра. Марк делился впечатлениями о московской выставке и творческими планами на будущий год, Юра рассказывал о жизни призрака, повсюду сопровождающего Смерть.

Марк поблагодарил словоохотливую старушку, оказавшуюся вовсе не деревенской знахаркой, и засобирался в обратный путь. Андрей Сергеевич уже скоро должен будет возвращаться из города, не хотелось заставлять его ждать. Если он вообще будет ждать, а то ведь так и придется самому ковылять несколько километров до деревни. Тем более баба Нина заверила, что больше ничего полезного сказать не сможет. На прощание Марк поинтересовался, связана ли ее слепота с той давней последней встречей с Ильей. Знахарка только горько усмехнулась. Более точного ответа не потребовалось.

– Ты не один? – настороженно уточнила она.

Ответить Марку не удалось: послышался скрип открывающейся двери, да только не в гостинице, а в соседнем доме, крыльцо которого находилось буквально в нескольких метрах от них, хоть и в соседнем дворе. На пороге появилась женщина, определить возраст которой в темноте оказалось практически невозможно.

Теперь уже настороженно выглянул во двор и Марк. Лиза тоже здесь? Не отпустила своего верного пажа одного, нашла несколько минут, чтобы последовать за ним? Лизу он, конечно, не увидел, Юра тоже куда-то исчез. Возможно, баба Нина почувствовала именно его, он слишком давно и тесно общался со Смертью, вдруг набрался ее запаха?

Идти одному через лес было почему-то жутковато. Марк давно привык к призракам и духам, но сейчас не чувствовал присутствия никого из них. Они определенно были здесь, но не подходили близко. Да и не их он боялся. А вот если дорогу ему преградит какой-нибудь дикий зверь или компания пьяных деревенских мужиков, тростью он не отобьется. И кто это придумал, что мужчины ничего не боятся? Ничего подобного, они такие же люди, как и женщины. И нападают на них не реже. И физической силой наделены далеко не все, а некоторые так и вовсе инвалиды.

– Но если как боги они бессильны, то как он может запирать души умерших в их телах? – не понял Марк.

Марк обернулся, посмотрев в ту сторону, где за вековыми соснами спрятался домик знахарки бабы Нины, кандидата исторических наук. Должен ли он вернуться? Но зачем? Предупредить ее о том, что Илья придет за ней? Она и сама это знает. Попробовать защитить? Как?

Марк только усмехнулся.

Марк покосился на него, но ничего не сказал. Однако для Юры эта тема, очевидно, была очень важной, потому что заканчивать ее он не собирался.

– Состоит в Ковене? – продолжала допрос старуха, но этот вопрос заставил его удивиться еще больше:

– Не думал, что ты такой разговорчивый собеседник, – удивленно заметил Марк, когда они уже приблизились к поселку и впереди показалась хоть и слабо, но освещенная улица, по обе стороны которой стояли прячущиеся за заборами одноэтажные домики, утопающие в готовой вот-вот расцвести сирени.

Женщина подошла к забору и с подозрением посмотрела на него, а затем оглянулась вокруг. Юру она, конечно же, не увидела, а потому оговорка неожиданного гостя заставляла ее волноваться. Наверное, подозревала в нем пьяного.

Уже идя по узкой тропинке обратно к тому месту, где Андрей Сергеевич высадил его два часа назад, Марк обратил внимание, что Юра больше так и не появился. Марк совсем забыл о нем, увлеченный невероятным рассказом, в который верилось бы с трудом, знай он немного меньше о необычном устройстве этого мира. Но после того, как сам однажды просыпаешься медиумом, женишься на целительнице, а дочь рождается потенциальной будущей Смертью, сложно не поверить в каких-то там бессмертных древних богов.

Марк сошел с крыльца и, старательно хромая, подошел к забору, чтобы женщина заметила трость в его руках.

Как Лера подбила его на эту авантюру, он до сих пор понимал плохо. Но когда она вчера приехала к нему на озеро, где он, как обычно, набирался вдохновения и немножко отдыхал от городской суеты, он почему-то не смог ей отказать. Она так увлеклась этим расследованием убийств гадалок, что ему пришлось ей помочь. Отчасти он понимал, что для нее это единственное развлечение в жизни, отчасти чувствовал свою вину за то, что полтора года назад подбил на открытие магического салона, а сам уже буквально через несколько месяцев потерял к нему интерес. Где Лера взяла этих подруг, которые знакомы с колдуньей, но почему-то не могут сами к ней попасть, Марк спрашивать не стал. Главное, что колдунья могла пролить свет на то, кто и почему не только убивает гадалок, но и запирает их души в телах. Это он давно растерял все магические контакты, а новых так и не завел, Лера же активно интересовалась этой частью жизни Санкт-Петербурга. Опять же, какие еще у нее развлечения?

– Нет, не противно, – сказал он Юре, хотя тот больше никак не комментировал его поведение.

– А просить ее делать это чаще мне совесть не позволяет. Это для меня время течет постоянно, минуты сменяются другими, а для нее время – это бесконечность, в которой нет ни начала, ни конца.

Юра покачал головой.

Как он и рассчитывал, женщина посмотрела на его трость, и на ее лице появилось искреннее сочувствие.

– Я обойдусь, – заверил ее Марк, – мне главное спать на удобной кровати.

– И нет никакой возможности ее открыть на одну ночь? Я заплачу. Ночь где-нибудь на скамейке под открытым небом добьет мою ногу окончательно.

Андрей Сергеевич оказался человеком словоохотливым, болтал без умолку всю дорогу и надоел Марку гораздо больше Юры, который его так же не оставил: ехал на заднем сиденье, молча глядя в окно. Мужчина рассказал, что колдунью эту в их местах знают хорошо. Она и от болезней лечит, и испуг детям заговаривает, и заикание молитвами отчитывает. Называют ее знахаркой, а не колдуньей, поскольку с темными силами она не водится, приворотов-отворотов не делает и порчу не снимает. Правда, ездят к ней теперь редко, молодежь вся умная выросла, в бабок-шептуний не верит, по докторам бегает да таблетками себя травит, а старикам многим уж и не доехать.

– Ковене Черного Ворона.

– И кто же? – заинтересованно подался вперед Марк, понимая, что в этом и есть главная загадка, и что Илья этот, возможно, и есть убийца, которого ищет Лера. Не зря же баба Нина про него начала рассказывать. Да и кольцо на пальце Агнессы он видел, а вот на трупе его уже не было. Очевидно, Илья собирает назад свои сокровища.

Домик бабы Нины походил на настоящее жилище знахарки: небольшой, полностью деревянный, вместо забора он был окружен вековыми соснами, которые жалобно скрипели под натиском ветра, и утеплен мхом, заползающим на стены и крышу. На пороге сидел огромный полосатый котяра, который тут же испуганно шмыгнул в кусты, едва завидел непрошенного гостя.

Баба Нина лежала посреди кухни, широко распахнутыми слепыми глазами смотрела в потолок. Руки ее были раскинуты в стороны, а из-под спины растекалась большая прозрачная лужа, словно кто-то разлил на полу ведро воды. В отличие от Агнессы, на теле знахарки не было ран, а вокруг не валялись вороньи перья, но Марк уже не сомневался: тринадцатое кольцо было у нее. А теперь, очевидно, у Ильи. И ему стоит осторожно уйти отсюда, чтобы не попасться на глаза безжалостному убийце, который едва ли захочет оставить в живых невольного свидетеля.

– Смерть с тобой пришла, – вздохнула баба Нина, подталкивая его в дом и заходя следом. – Ну да и ладно, я достаточно пожила в этом мире, пора и честь знать. Ваську только жалко. Впрочем, дорогу в деревню он знает, а уж там-то коту бабы Нины пропасть не дадут, слишком много хорошего я деревенским сделала. Приютят.

– Он самый. Я чуть не поседела, когда его увидела. А у него лицо злое-злое, ненавистью так и пышет. Где, говорит, кольца мои? Я сначала отнекиваться пыталась, дескать, в музей сдала, куда их дальше дели, не знаю, да только не поверил он мне. Пришлось сознаться в том, что сделала. Ох и бесновался он! Думала, на месте растерзает. Тогда-то он и рассказал мне, что это на самом деле за кольца и кто он такой.

– Ну, ежели только спросить, то проходи, – разрешила старуха. – Меня бабой Ниной кличут, можешь и ты так звать.

Марк растерялся. Откуда она знает?

– Честно говоря, раньше я таким не был, – признался Юра. – То есть мне так казалось. На самом деле постоянно приходилось общаться то с коллегами, то с пациентами и их родственниками, то со своими родственниками, бывшей женой, сыном. И этого общения мне хватало, другого уже не хотелось. А сейчас, когда все мое общество составляет только Лиза, да и у той редко выдается свободная минута, порой хочется поговорить с кем-то еще.

А что если и знахаркой она не просто так стала? Сама ведь сказала, что кольцо дарит своему хозяину некоторые способности, и о том, что убитые женщины обладали какими-то дарами, сразу поняла.

Они вошли в поселок, но ближайшие к краю дома то ли пустовали, то ли хозяева легли спать, поскольку время уже перевалило за полночь. Марк отогнал от себя мысль, что здесь уже и вовсе никто давно не живет и ночевать ему придется в лучшем случае вломившись в чей-нибудь заброшенный дом, а то и вовсе под открытым небом, а завтра добираться до колдуньи пешком. Он же гуглил перед поездкой, нигде не встречал сведений о том, что деревни больше нет. Да и поезд здесь все-таки останавливается. Знал бы, что не будет интернета, погуглил бы лучше.