Наталья Сорокоумова – Грани сознания (страница 2)

– Хватит, Джет, уймись, – устало возразил Мэттью. – Люди получают всё, что им необходимо.

– Земля при смерти, – с нажимом сказала Джет. – Камбьядо отказываются признавать факты, но я-то вижу – планета обречена. Я уведу людей. А вы – как хотите. Можете вымирать потихоньку. Камбьядо же все ещё не смогли найти лекарство от своей стерильности?

– Что за любовь такая к людям? – Мэттью чувствовал на шее «удавку» из мыслей Джет. Они захлестывали – жгучие, ядовитые мысли. Она даже не пыталась скрыть этого.

Джет сверкнула глазами и «удавка» затянулась. Она совершенствуется, эта хищная штучка, а значит…

– Твой стабилизатор… – еле выдохнул Мэттью. – Ты уничтожила его?…

Для камбьядо стабилизатор в мозгу – непременное условие для жизни. Без него невозможно продержаться и нескольких дней, ведь он следит за скоростью электрических импульсов, которая может достигать невероятных высот! Когда-то стремительные скорости импульсов погубили самых выдающихся камбьядо – им мозг просто перегревался, взрывался от напряжения.

– Уничтожила, – ответила она. – Он мне больше не нужен. Я развиваюсь. Ведь у меня нет двухсот лет в запасе, как у Джетаны Спеллер.

Её мысли были болезненны. Новый всплеск энергетической атаки заставил его дернуться в кресле, как от разряда электрошока. Сопротивляться он почти не мог – Джет гипнотизировала его.

– Мэтти, – произнесла она, и на этот раз в голосе прозвучала угроза, – никто из камбьядо не сможет противостоять моей силе. Я могу раздавить вас по отдельности, как клопов, стоить только захотеть.

Сомнений не было – так она и поступит. Враждебность, исключительной силы враждебность насыщала воздух. Мэттью чувствовал, как Джет проникает в его сознание, и терял контроль над своим разумом. Но как, черт побери, она сильна! Просто не с чем сравнить её возросший потенциал – десятка? Двадцатка? Уровень Джетаны Спеллер? Но Джетана Спеллер никогда не позволяла себе таких мощных эмоциональных потоков, которые выбрасываются в пространство, растрачивая безумное количество умственной энергии…

– Мэттью, я зову тебя с собой, – мягко сказала Джет. – Я зову тебя выйти к людям.

– Это вряд ли, – хрипло ответил он. – И тебе не советую.

Перевести бы дух, выставить защиту…

– Нарциссы, – произнесла Джет с ненавистью.

Внезапно визгливо тренькнул персонатор – прибор внутренней связи Тьеррадентро, и это дало спасительную лазейку: Мэттью выскользнул из объятий влияния и за секунду возвел барьер в своих мыслях. Джет перехватила руку Мэттью, метнувшуюся к кнопке персонатора.

– Запомни то, что я тебе скажу, – прошептала она ему в лицо. – Джетана владела пси-волной двадцать пятого уровня, я владею девятнадцатым. Через секунду после того, как ты сообщишь обо мне, я буду уже за сотни километров отсюда, где-нибудь на Кубе. Джетана упоминала в своих книгах о гига-вэй – дороге к звездам. Я нашла её и изучаю… Так что, отныне будет по-моему.

Он нажал кнопку. Джет скривила губы. Пси-волна прошла по телу Мэттью резкой болью.

Включился персонатор. Вызывал Витор Сати.

Джет в комнате уже не было. Лишь тепло пси-волны все ещё держалось в кабинете. Но за дверью она уже не прощупывалась.

– Мике, – встревожено сказал Витор. – Зарегистрирован скачок потенциалов. У тебя все в порядке?

– Ко мне наведалась Джет, – ответил Мэттью, глядя на то место, где секунду назад стояла Джет… А на запястье остались два ярко-красных пятна от её пальцев. Мэттью дотронулся до них и поморщился: болело так, словно это были термические ожоги. – Вит, она вернулась. Такой силы, какой теперь обладает она, я никогда раньше не встречал.

– Я сообщу шефу, – быстро сказал Вит и отключился.

«Училась жить со своим даром… без учителей…»

У камбьядо слишком много силы, слишком много возможностей. Первые шаги Джетаны Спеллер ясно показали, что воспитание измененного должно проходить по строгой, четко составленной программе. Стремление быть первым велико у каждого, но камбьядо, почувствовав свою силу, легко может поддаться соблазну абсолютной власти. Джетана Спеллер сумела внушить, что всякая жизнь должна подчиняться законам вселенского равновесия. Честолюбие, корысть, нетерпимость, глупая лесть, безжалостность, раздражительность, лживость, лень – все это должно раз и навсегда быть вычеркнуто из сознания. Джетана определила стандарт работы и поведения камбьядо, написала оптимальную программу, созданию которой она уделила большую часть своей длиной жизни. Джет хочет все это разрушить.

Камбьядо – врач планеты. Он него ждут только добра.

II

«…Десять лет войны отбросили Землю на века назад. Война распахала планету ультразвуковыми, вакуумными, атомными бомбами. Война заразила все вокруг радиацией. Европа – погибла. Австралия – ушла под воду. Африка – сплошь пустыня из расплавленного песка.

Северная Америка – не пригодна для жизни.

Только Южная Америка – там можно жить. Бывшие территории Перу, Колумбии… Туда бежали немногие люди со всех концов Земли, здесь они осели в полуразрушенных городах, здесь пытаются выжить и создать новую цивилизацию.

Я не помню родителей. Я не знаю, где я родилась. Моим домом стал монастырский приют. Здесь я ещё ребенком обнаружила свой дар, здесь я его совершенствовала и здесь же родилась идея союза «Тайники Сознания».

Человечество полностью не деградировало только потому, что собралось в одну большую коммуну, сгруппировалось на небольшом участке материка и поделилось друг с другом знаниями. И мы, измененные, должны были объединиться, чтобы выжить.

Кто такие измененные? Я до сих пор не могу спокойно произносить это страшное слово – мутанты. В монастыре детей с пороками развития называли менее жестоко – камбьядо.

…Ионизирующее излучение воздействует на все составные части тканей и клеток организма. Вода составляет больше половины массы всего тела и в процессе ионизации образует биологически активные вещества – свободные радикалы, вызывающие в теле цепные химические реакции. В итоге это приводит к продукции патологических белков, которые входят в состав хромосом. И одна интересная тенденция – синтез «ненормальных» азотистых оснований молекулы ДНК, вызывающих различные физические уродства, способствует также и одновременному развитию тех областей мозга, которые у обычных людей либо не задействованы вообще, либо блокируются другими участками мозга. Отсюда – дар. Я так и не сумела придумать другого, более емкого названия для такого чуда. Это действительно подарок, как бы компенсация за физическую неполноценность. Изучая немногие сохранившиеся документы, я узнала, что и до войны рождались люди, которые в той или иной степени наделялись природой даром предвидения или врачевания. Дар в то время позволял неплохо зарабатывать…

Для камбьядо не существует расстояний и преград, им не страшна радиация и большинство инфекций, они владеют телепатией, телекинезом, внушением и гипнозом. Камбьядо стерильны от рождения, у них не могут появляться дети. Поэтому только люди помогают пополнять наши ряды своими детьми.

Самый страшный враг измененного – он сам…

…..Стоит только на мгновение представить: обиженный ребенок-камбьядо научился причинять боль другим людям на расстоянии. Если учителям не удается внушить основы социального психовзросления, то ребенок способен натворить кучу бед! За любую обиду он будет мстить, за боль – наказывать, на удар отвечать стократным ударом. А, вкусив сладость власти над более слабыми, он навсегда усвоит полнейшую безнаказанность грубых и жестоких своих поступков и причинит страдания множеству людей, независимо уже от того, обидели они его или нет…»

Джетана Спеллер. «Хрустальные грани сознания»

Мэттью никак не мог сосредоточиться на речи докладчика, хотя докладывали как раз об новых достижениях его отдела – уникальной разработке, «пластиконе», который можно было использовать и как заменитель кожи при пластических операциях, и как производное для выращивания костей и суставов.

Присутствующие на докладе коллеги, – все строго в одинаковых черных свитерах под горло и черных брюках, – внимательно слушали и удовлетворенно улыбались.

Джетана Спеллер, основательница союза, смотрела на собравшихся с огромного портрета, висевшего за спиной докладчика. Длинные светло-пшеничные волосы, чуть прищуренные внимательные глаза, высокий умный лоб, прикрытый завитками прядей, тронутые мягкой улыбкой губы… Она словно навсегда заняла свое место в зале, всегда присутствовала здесь физически, трезво оценивая успехи своих последователей. На свете её нет полвека лет, а о ней продолжают говорить так, будто она только-только вышла и скоро вернется. Она не умерла, она – ЗАКОНЧИЛАСЬ ЗДЕСЬ. Так говорят про всех камбьядо, ушедших из этого мира.

Мэттью задумчиво смотрел на портрет, в который раз поражаясь красоте Великой, и задавал себе одни и те же вопросы.

Где же она брала столько сил, чтобы практически в одиночку поднять камбьядо, разбудить их, расшевелить, заставить работать, поверить в себя и в свою исключительность? Откуда было у неё столько мыслей, столько талантов, столько психической энергии, чтобы оживить и дать новую жизнь наукам в тот период, когда все исследования вообще оказались забытыми, спрятанными, убранными в кладовые и библиотечные сокровищницы? Как сумела убедить измененных, что только они способны возродить Землю, спасти её от гниения и разложения?