Наталья Соколан-Андреева – Небеса могут подождать (страница 5)

– Теперь можно поговорить, – генерал взял висящее на быльце кровати полотенце и деловито вытер руки, – как тебя зовут? Было понятно, что лучше не испытывать его терпения, генерал демонов не потерпит бунтарства.

– Рэм, – еле выдавила заклинательница из саднящего горла.

Он приподнял одну бровь. Будто ожидал более обширного ответа, но потом невозмутимо продолжил.

– Ты одна?

Этого вопроса она ждала и опасалась. Рэм знала, что появление заклинательницы не останется незамеченным, и заранее продумывала, что отвечать, когда придёт время допроса. Сказать, что она одна случайно забрела куда не следует – это подписать себе смертный приговор. Сразу начать врать, что она исследовала местность в составе группы разведчиков и ее будут искать – выдать себя с потрохами. Разведчики, по слухам, что ходили в академии, во-первых, обучены не попадаться, во-вторых нужно очень сильно постараться чтобы развязать им язык. Чаще всего разведчик предпочтет смерть, чем разболтать противнику какую-либо информацию. Пока Рэм не придумала ничего лучше, она упрямо сжала губы и не проронила ни слова.

Дорго повторил вопрос, но Рэм делала вид что не слышит и смотрела куда угодно только не на мужчину-демона перед ней. Хотя краем глаза она видела, что посмотреть было на что. Он был в простой рубахе и кожаных штанах, плотно прилегающих к мускулистым бедрам. Весь вид генерала излучал властную силу, такое тело приобретается за годы упорных тренировок и жестоких сражений.

С противоположной от входа стороны шатра стоял массивный стол. На нем лежали сваленные в беспорядке пергаменты и бумаги, разной степени помятости и изорванности. К столу был приставлен большой двуручный меч с простой рукояткой обмотанной темной кожей.

Мир перед глазами поплыл. Ноги подкосились, и Рэм, не в силах устоять, медленно поползла вниз по столбу. Раньше девушка никогда не чувствовала подобного истощения. Грозный голос, доносящийся сверху, вывел из оцепенения. Демон приблизился и собрав в кулак верхнюю часто ее одеяния дернул тело вверх. Послышался треск, и часть одежды осталась в сильных руках, остальная сгрудилась на талии, открывая взору ее торс. Генерал застыл, его взгляд спустился с обескровленного лица на бледную шею, где слабо билась пульсирующая вена. Потом он заметил плотно перевязанную полоской материи грудь.

– Ты ранена? – указывая взглядом на повязку спросил он.

Рэм уставилась на демона, пытаясь сфокусироваться. Красноречивый вопрос в синих глазах заставил проследить за направлением взгляда генерала. Дело было в том, что большая грудь Рэм доставляла дискомфорт в странствиях и активных тренировках, так что приходилось пользоваться перевязкой. Она к этому так привыкла, что уже и не обращала внимания. И никак не ожидала что попадет в такую ситуацию. Не желая краснеть перед врагом, девушка прикрыла глаза.

– Что уставился, женщин никогда не видел? – пристыдила демона осипшим голосом.

– Отвечай на вопрос, – кажется терпение его было на исходе.

– Нет, не ранена. За исключением того, что меня последние несколько часов хватали, связывали, волокли, пинали и тащили, потом насильно накормили пилюлей онемения, а теперь разорвали одежду, я в полном порядке, спасибо за беспокойство, – ярость придала Рэм сил, и чем больше она говорила, тем больше походила на себя прежнюю.

– Хм, – казалось девушка его позабавила, – так ты одна? – вернулся к допросу генерал.

– Да что ты заладил: «одна да одна», – пробасила Рэм, копируя его властную манеру, – сейчас я здесь с тобой, но если говорить более обширно, то конечно я не одна, у меня есть друзья, родные, в конце концов рядом целый лагерь демонов, как я могу быть одна? – язык без костей, так о ней говорили. Рэм уже сама не понимала, что делает, но лучшего варианта пока придумать не могла, может она ему надоест, он отправит ее назад в клетку, а там видно будет?

Заклинательница жестоко просчиталась. Надо было догадаться, что генерал не позволит делать из себя идиота. Тяжелая ладонь, взяв небольшой замах опустилась на левую половину лица. Хотя движение было медленным и, казалось, он совсем не вкладывал в него силу, будто хотел лишь остановить бесполезный словесный поток, голова ее сильно дернулась, в глазах вспыхнули искры, в ухе зазвенело, а потом наступила тишина. Девушка ощутила струйку теплой жидкости, стекающей по щеке. На лице уже засохли слюни, сопли и слезы, теперь картина дополнилась кровавыми потеками.

«Проклятье. Нужна информация, а не труп», – пронеслось у него в голове, заставляя движения становиться аккуратнее. Дорго подхватил потерявшую сознание заклинательницу и уложил на кровать.

Он нахмурился, на лбу залегла глубокая складка. Если заклинательница умрет от его руки до того, как выдаст всю информацию, дело всей жизни будет поставлено под угрозу. Генерал никак не мог позволить этому случиться. Наступление готовилось несколько лет и эффект неожиданности в рискованном плане был важным моментом. Наплевав на гордость, Дорго уговаривал, грозил, умолял разрозненные демонические кланы объединиться, и выступить снова. Даже сейчас все еще продолжалась грызня сторонников и противников новой войны, план был рискованный и масштабный. Возникающие проблемы нужно было решать без промедления, пока они погребли под собой всю долгую, кропотливую подготовку.

Дорго собирал войска у самой северной границы людских земель, в опасной близости от диких мест. Захватив клочок земли меж большим сумрачным горным хребтом и дикими землями, они смогли бы развернуть более масштабное наступление, и ключевую роль тут играл эффект неожиданности. И тут вдруг, появляется заклинательница. Генерал с трудом подавил в себе желание объявить немедленное выступление армии. Ведь если она здесь не случайно, если люди о чем-то подозревают, задача Дорго станет во стократ труднее. В любом случае он достигнет цели пусть даже ценой жизни тысяч солдат, но сохранить при этом лояльность поддержавших его кланов станет невообразимо трудно. Даже сейчас большую часть времени он проводит в разрешении споров и конфликтов между демонами, эта вспыльчивая толпа обладает огромной силой и совершенно недоговороспособна.

Дорго с сожалением смотрел на дела своих рук. Ему редко приходилось лично проводить допросы и никогда генерал не имел дел с человеческими заклинательницами. По правде сказать, и к демоническим заклинателям он относился с настороженностью. Их методы были слишком туманными и изощеренными. Любители подковёрных интриг, они вызывали недоверие, смешанное с презрением.

Руки непроизвольно сильнее сжали податливое тело. Удивленный странному сожалению, когда пришлось выпустить девушку из объятий, Дорго уложил ее на постель и стал рассматривать. Лоб с несколькими морщинками, будто она часто хмурилась или удивлялась. Собранные в высокий, сейчас уже растрепавшийся хвост, длинные темные волосы. Небольшой носик, округлые щеки, и тонкие четко очерченные губы. Когда заклинательница злилась они превращались в едва видимые ниточки. С разочарованием генерал рассматривал следы своей несдержанности на бледном лице. Пролив немного воды на полотенце из стоящего на столе кувшина демон вытер девушку, стараясь не задевать расползающийся по щеке безобразный синяк. Тонкие губы искривились в болезненной гримасе. В сознании мелькнул образ раскрасневшихся и опухших от поцелуев мягких складок. Генерал со вздохом отодвинулся и потер переносицу. О чем он только думает? Стоит сосредоточиться на деле, но генералу претила мысль всерьез подвергнуть заклинательницу пыткам. С другой стороны, пока она упрямится, под угрозой остается вся подготовка и будущее наступление.

Осложняло задачу явное влечение к девушке. Быстро найдя объяснение своему состоянию: генерал давно игнорировал естественные потребности с головой погрузившись в работу, Дорго еще раз бросил взгляд на ткань туго обтягивающую грудь заклинательницы. Его рука невольно потянулась к ней в поисках конца материи, но замерла на пол пути. Снизу вверх на него глядели карие глаза.

– Сугхек, какого варгха, – как сквозь вату послышались ругательства.

Лица коснулась влажная ткань, легкими словно извиняющимися движениями вытирая ее кожу, генерал беспокойно хмурился. Огрубевшая кожа на ладонях генерала задевала нежную кожу, и Рэм показалось, что это были шрамы от огненных заклинаний. Такие же они часто врачевали в академии после неудачных тренировок, когда приходилось закрываться руками от бушующего пламени.

Сознание вернулось к Рэм, она тихонько застонала, и попыталась встать. Дорго не стал препятствовать и помог принять сидячее положение.

– Пришла в себя?

Рэм с сожалением поняла, что допрос продолжится. Нечего ждать жалости от генерала демонов.

– Мгмм, – неопределенно простонала Рэм.

Генерал наблюдал за ней, в его глазах плескалась эмоция, которую Рэм не могла распознать. Словно приняв какое-то решение, демон встал с кровати, и рявкнул что-то в направлении входа в шатер. Оттуда послышался ответ и удаляющиеся шаги. Не теряя времени на нежности, генерал поднял Рэм и усадил спиной к столбу. Сказав пару фраз, он наблюдал, как пояс, что ранее связывал Рэм, опоясывая талию, прижимает девушку к столбу.

– Разве в этом есть необходимость? – голос заклинательницы был еле слышен, кажется, еще немного и Дорго удастся сломать ее волю. Но прежде, решил генерал, необходимо усмирить возбуждение. Иначе вместо допроса, он распластает это нежное белое тело на полу палатки и будет брать ее пока они оба не обессилеют от оргазмов. Эта картина так живо предстала перед глазами Дорго, что, зажмурившись, он помотал головой, отгоняя сладкое видение.