Наталья Соболевская – Опекун (страница 7)

– Помолчи и послушай. Вы с Софьей Дмитриевной, конечно, молодцы. Вижу, дружно живёте, но, к вашему сожалению, я не идиот. На многое закрывал глаза, кивал, делал вид, что верю, но всему есть разумный предел. Ты и Софья Дмитриевна лишились моего доверия. Собирайся, теперь ты живёшь у меня.

Если до главной шокирующей и просто кошмарной новости я стояла, низко склонив голову, и смотрела исключительно себе в ноги, то после неё уставилась на Дамира, словно у него вдруг выросла ещё одна голова или второй комплект рук.

– Ну уж нет! – выплюнула я и не знаю почему, возможно, из-за дикости происходящего, в прямом смысле расхохоталась. – Никуда я не поеду, мне и здесь хорошо, – просмеявшись, уже спокойно сказала я.

Дамир без единой эмоции на лице шаг за шагом медленно приближался, я инстинктивно попятилась, да далеко не ушла, позади стол.

– Ольга, тебе нравится твой образ жизни? – подойдя вплотную, с явным подтекстом поинтересовался мужчина, а когда я от него отвернулась, Дамир, взяв меня за подбородок, заставил смотреть ему в глаза.

Шантаж? Да, как пить дать, шантаж!

– Нравится, но если дело принимает такой оборот. Ничего – перебьюсь. Сейчас лето. Каникулы. Вместо отдыха могу и поработать.

Губы Фролова не дрогнули, но по его взгляду я поняла, он только что в душе надо мной посмеялся. Сволота.

– Подумай ещё раз. И теперь не о себе, в твоём возрасте, конечно, все эгоисты, но всё же… Например, посчитай, сколько Софья Дмитриевна тратит в день? А в месяц?

– А при чём здесь Ба? Её же наказывать не за что, – возмутилась я и мотнула головой, чтобы пальцы Дамира соскользнули с моего подбородка.

– Правильно, – растягивая гласные, произнёс Фролов. – Виновата ты. И исключительно по этой причине возьми ответственность на себя и не лишай бабушку долгожданного и недешёвого отдыха в Праге. Но решать, конечно, тебе. Как ты вчера заявила, ты уже взрослая. Даю ровно пять секунд на размышление. Да – собирайся. Нет – я ухожу. И в следующий раз встретимся… скажем, через три месяца. Поверь, Ольга, к этому моменту ты будешь гораздо сговорчивее.

– Нет! – выплюнула я.

 А что, действительно, устроюсь на работу, фиг с этой машиной, ездила же я как-то на общественном транспорте и до сих пор жива. Да, без перечислений Фролова нам придётся туго затянуть пояса, но и без плюсов не обойдётся. Ба будет вынуждена прекратить пить шампанское литрами и, возможно, бросит курить, а я научусь считать и ценить деньги.

Прорвёмся, где наша не пропадала.

С этими мыслями я, вздёрнув нос вверх, обогнула Дамира и вышла из кухни, но в коридоре наткнулась на Ба.

Она, конечно же, слышала, и то, что мы обсуждали, и то, какой я дала ответ.

Никто не знает Ба лучше, чем я, и она в ужасе, хоть и тщательно это скрывает.

– Всё правильно,– одними лишь губами беззвучно шепнула мне бабушка, и я осознала, что всё в точности наоборот.

Ба не заслужила на склоне лет из-за меня экономить. Хоть она всем и говорит, что ходит на массаж ради развлечения и удовольствия, но я-то знаю – нет, это не так. У неё больная спина, и без массажа она попросту не может уснуть. А ещё, если я устроюсь сразу на три работы, то всё равно не оплачу целую коробку лекарств, которую ей ежемесячно доставляют прямиком из Израиля. И ведь это только начало из длинного списка…

Ба всегда была на моей стороне, никогда ни в чём не упрекала, поддерживала даже тогда, когда я была не права. Всегда, даже в детстве, относилась ко мне как к равной, и моё мнение весило столько же, сколько её. Заменила мне маму и папу, не было момента, чтобы я ощущала себя сиротой, и ни разу в жизни не почувствовала, что семья у меня неполноценная.

И вот она – моя чёрная благодарность?!

Обернулась в сторону Дамира и, не глядя на мужчину, сказала:

– Я соберусь к шести вечера.

– Ольга, нет! Ольга, не смей. Если из-за меня… – Ба подскочила и, схватив за плечи, принялась трясти. – Мы справимся. Я тебя не как жертву воспитывала. Поступай так, как в первую очередь выгодно тебе, на меня не оглядывайся. Дамир, не ожидала я от тебя. Стыдно, должно быть, молодой человек. Стыдно.

– Ба, это не из-за тебя. Машину просто хочу. Очень. Если поеду, машина же за мной останется? – чуть обернувшись и более строгим голосом, обратилась к Фролову.

– Да.

Я-то раскатала губу – собираться до шести вечера. Ага, сейчас, Фролов взял и сразу согласился меня весь день ждать или ещё раз, добираясь до нашей с Ба квартиры, повторно «освежиться» в пробках. Нет, конечно же. Он мне на всё про всё выделил даже не час, а сорок минут. И его вообще не волновало, что из постели я выбралась минуту назад, что душ не принимала, туалет не посещала, и что мне только для одного макияжа требуется двадцать минут.

Пока набивала сумку вещами, Ба как с цепи сорвалась, она целенаправленно проедала на голове у Фролова плешь по поводу, что молодой девушке жить со взрослым холостым мужчиной – неправильно. Дамир в ответ рычал, но на грубость не переходил, хотя с каждым мгновением всё заметней и заметней проскальзывали агрессивные нотки. Из-за переживаний, что Ба не поздоровится, собралась даже быстрее, чем требовалось, и умудрилась вписаться в полчаса.

Перед тем как нам с Дамиром выйти, бабуля прижалась ко мне, крепко обняла и тяжко-тяжко вздохнула, словно она меня не к опекуну в комфортабельный дом провожает жить, а отправляет в Сибирь мотать срок.

Фролов, как и ночью, распахнул для меня дверцу переднего пассажирского места, но тут уж я не постеснялась и нагло проигнорировала джентльменский поступок. Сама открыла заднюю дверь, а когда забралась в салон, сложила на груди руки, нахохлилась, как индюшка, и демонстративно отвернулась к окну.

Молчаливую забастовку пришлось прекратить, потому как Дамир рулил непонятно куда.

– Мне кажется или мы не в ту сторону едем? – заметила я и тут же предположила. – Или вам ещё куда-то надо заехать?

– Почему не в ту сторону? – вопросительный взгляд Фролова вонзился в меня через зеркало заднего вида, но тут же на лице мужчины отразилось озарение. – Ты, наверное, не знаешь, но два года назад я переехал из дома в квартиру.

Вот же подстава. Насколько помню, дом у Дамира был каких-то невероятных размеров. Без учёта цоколя – пять этажей, несколько отдельно стоящих сооружений и территория в фиг знает сколько соток… или даже гектаров. Я на то и рассчитывала: в огромном доме можно неделями при желании не встречаться.

Интересно, а какая квадратура у квартиры?

– А по какой причине переехали? – чтобы задать главный вопрос, начала я издалека.

– Неудобно до офиса добираться – это раз. Слишком много забот и площади для меня одного – два.

– И что, сильно ваши заботы уменьшились?

– Весомо. Квартира совсем небольшая.

Твою же… Мне что, теперь с Дамиром попа об попу тереться?.. А ванная? Сколько ванных в квартире? Если одна, то я в ней на полотенцесушителе и повешусь.

Не то чтобы я такая уж прихотливая капризуля, у нас с Ба квартира стандартная, а из-за того, что не новострой и ванная одна. Но одно дело – делить уборную с родным тебе человеком и совсем другое – с Фроловым.

Представляю себе ситуацию: занырнула я в пену при свечах на полтора часа, а Дамир с газеткой в руках, суетливо переступая с ноги на ногу, ко мне долбится с требованием срочно впустить, потому как через минуту случится «авария». Жесть.

Вид многоквартирной многоэтажки, в парковку которой въехал автомобиль Дамира, не поднял мне настроение, а утопил его ещё глубже, куда-то в район уныния.

Дом явно среднего пошиба и розлива 90-х. Чем-то элитным даже не пахнет, а, значит, всё-таки скорее всего, «попа к попе, и привет возле двери в ванную Фролов и газетка».

– Если честно, никогда бы не подумала, что вы в этот дом могли бы переехать. Или?.. – начала я, но тут же умолкла. Может, Фролов перебрался сюда не потому, что очень хотел, а вынужденно, из-за финансовых проблем?

– Выбирал не дом, а месторасположение, – если Дамир и соврал, то правдоподобно. Новое место жительства действительно расположено достаточно близко к зданию его фирмы, ну, то есть, нашей.

Мне бы сейчас глоток любимого напитка Ба совсем не помешал, потому как что-то волнительно. И ночные приключения с переездом к Фролову – тут ни при чём. Дело гораздо серьёзнее. Тревожусь за сохранность наследства.

– Прошу, – мужчина, вытянув руку, жестом предложил мне первой просочиться в квартиру, и всего один шаг и беглый осмотр развеяли все мои опасения.

Полный порядок у Дамира с деньгами, а значит, и моё наследство должно быть цело и невредимо!

– Твоя комната вдоль по коридору, шестая дверь справа, – опустив мою сумку на пол, сообщил мужчина.

Какая-какая по счёту дверь? Шестая? Похоже, придётся чертить план, и по нему первое время здесь ориентироваться.

– У вас красивая квартира и светлая, – не оборачиваясь на мужчину, что стоял позади, сделала искренний комплимент, потому как с порога чувствовался размах и рука знающего своё дело дизайнера.

– Спасибо, – безразлично отозвался мужчина, и я услышала и ощутила, как он подошёл ближе. – Обращайся ко мне на «ты», – раздалось возле самого уха, отчего я и поёжилась, словно меня обдало ледяным воздухом. – Всё-таки мы теперь вместе живём.

«Вместе живём» – вроде бы обычная констатация факта, а фраза прозвучала то ли с угрозой, то ли с каким-то подтекстом, то ли всё вместе взятое.