Наталья Соболевская – Опекун (страница 8)

Медленно разворачиваюсь к Дамиру, встречаюсь с его победно торжествующим взглядом, и мне окончательно становится не по себе. Права была Ба! Фролов и я под одной крышей на постоянной основе – это неправильно. Мы только вошли и до сих пор топчемся в прихожей, он ещё не застукал меня ночью на кухне со стаканом воды в ночнушке, которую, разумеется, случайно и так основательно зажевала же моя жо… пятая точка, а я не видела его, выходящего из душа в одном полотенце на бёдрах, а чувство неловкости у меня уже зашкаливает.

– Я осмотрюсь? – нервно сглотнув, поинтересовалась я и, дождавшись согласного кивка от Дамира, на всякий случай уточнила: – Есть места, куда мне нежелательно заходить?

Фролов отрицательно мотнул головой, а после ещё ответ и озвучил:

– Это теперь твой дом, какие могут быть запреты, – с иронией в голосе произнёс мужчина, вновь поднял мою сумку и, сообщив, что отнесёт её в мою комнату, удалился. Я же, сбросив туфли, пошла на экскурсию, иначе не скажешь, потому как в квартире у Фролова определённо найдётся на что посмотреть.

Бродила долго, поначалу, каждый раз забредая в новую комнату, загибала палец, но быстро сбилась со счёта и бросила это гиблое дело. Современный стиль квартиры был выдержан в каждом углу и закутке, нельзя сказать, что жилище громко кричало, что его владелец – одинокий мужчина, но преимущественно серые и бежевые тона интерьера и минимальное количество мебели – на данный факт ненавязчиво намекали.

Одинокий мужчина? Хм-м. Думаю, со словосочетанием я промахнулась. Холостой мужчина – будет точнее. У Дамира наверняка же есть любовница, а может, и не одна. И она… или опять-таки они, должны быть отчаянными, не каждая же решится провести ночь в постели с вредной глыбой льда.

Распахнув очередную дверь, наткнулась на кабинет. Было уже попятилась прочь, всё-таки для деловых людей рабочее место чуть ли не свято чтимо и всё такое… но, вспомнив, что хозяин в любое помещение мне дал зелёный свет, вошла.

Глава 6

Такое чувство, что я резко в офисное здание перенеслась, и сейчас в кабинет в строгом костюме и стильных очках из приёмной зайдёт секретарь и поинтересуется: «Не желаете ли кофе?» Если что, я желаю и очень, кто-то же крайне противный не только душа, но и завтрака лишил.

Любопытно, у Дамира так само выходит, или он документы в стопку по линейке кладёт? У меня на столе тоже всегда, ну практически всегда, аккуратно, но здесь явно клинический случай. Возле моноблока лежит белая клавиатура и ни на одной из клавиш ни пятнышка. Я также, когда дома, ноутбуку предпочитаю стационарный компьютер и цвет клавиатуры у меня белый. Но как часто я бы кнопки не протирала, на буквах «а», «о», «н» и «пробеле» всегда тёмные круги жили.

Крутанулась вокруг себя, мечтая, что когда-нибудь и я до такого кабинета дорасту, а когда остановилась, замерла, потому как у стены заметила аквариум. Застыла я, естественно, не из-за самого аквариума, а из-за его обитателей. Дабы убедиться, что зрение не обмануло, подошла ближе, чуть склонилась и более пристально посмотрела.

Ох ты ж… Акулы.

Маленькие. Сантиметров двадцать – не больше, но от своих здоровенных сородичей, кроме как размером, ничем не отличаются.

Б-р-р, мелкие, а всё равно страх внушают.

Все себе кошек, собак, попугаев там разных заводят, а у Этого всё не как у людей, домашние питомцы – акулы.

– Успокаивает, правда? – неожиданно раздалось позади, и мысленно за испуг я обматерила и самого Дамира, и его предков вплоть до пятого поколения.

Вот, спрашивается, для чего к человеку бесшумно подкрадываться со спины и после внезапно и громко у него что-то спрашивать? Только для того, чтобы у него сердечный приступ спровоцировать, ну или, чтобы оконфузился, сделав лужу.

– Что? – машинально переспросила я, хоть после смысл вопроса до меня и дошёл.

– Полезно наблюдать за жизнью в аквариуме. Успокаивает. Приводит мысли в порядок. Где-то даже читал, что артериальное давление нормализуется, – пояснил Дамир, и что самое странное, мне даже показалось, что у него взгляд потеплел, когда он смотрел на зубастых питомцев.

Да?

Кхе-кхе, ну не знаю…

Может, конечно, и так, но только если разглядывать золотых рыбок, а от вида этих мелких монстров лично у меня давление лишь скачет, в голове играет та-дам… та-дам… саундтрек к фильму «Челюсти». А перед глазами стоит картина, как девушка пытается забраться в лодку, выходит это у неё, конечно же, туго, а позади виден огромный плавник, что на приличной скорости рассекает водную гладь.

– А чем они питаются? Случайно, не пальцами ваши… твоих гостей? – поинтересовалась я и взяла с подставки баночку, предположительно с кормом. – Этим?

– Ольга, нет! – всполошился мужчина и, довольно грубо выдернув у меня банку, поставил на место. – Запомни, никогда и ни при каких обстоятельствах их не корми, руки в воду не опускай, никакие приборы не включай и не выключай. Аквариумом занимаюсь только я сам.

Да, ну… интересно-интересно, по-моему, я только что у Мистера Бессердечность нащупала слабое место.

Проверим…

– То есть если я недоем, например, котлету, рыбкам не предлагать? – хоть я и задала вопрос явно в шутливой манере, Дамир побледнел.

Прелесть какая, широко и коварно в душе расплылась от улыбки.

Если мне когда-нибудь понадобится Дамиру хорошенько подгадить, просто испеку ему рыбный пирог. Акульи плавники – страшный деликатес.

– Ольга!

– Да поняла я, поняла. Кормить, руки в воде ежедневно мочить и что-то там ещё делать… Шучу. И близко к аквариуму не подойду, – пообещала я и направилась в сторону выхода.

– Уже уходишь?

Кивнула.

– Задержись, я бы хотел обговорить некоторые нюансы, – притормозил меня Фролов, когда уже тянулась к ручке двери.

Ну-у, началось, сейчас всю мою жизнь распишут на строгие правила. После того как закатила глаза, развернулась к Дамиру лицом, он к этому моменту уже успел занять своё кресло. – Присаживайся, – мужчина взглядом указал мне на стул, что стоял от него по другую сторону стола.

– Ольга, думаю, не надо объяснять, что больше у тебя нет кредита доверия, – начал монотонно Дамир и понеслось…

Уходить из дома можно лишь по предварительному согласованию, причём это касается не только долговременных вылазок, но и обычных получасовых походов, например, в магазин. Гостей приглашать можно, но только тогда, когда Фролов находится дома, и их имена и фамилии также должны быть известны заранее. То есть на самом деле звать друзей мне нельзя. Гардероб мой будет перетрясён в ближайшие дни, и если он не соответствует моральным стандартам приличной девушки, отправится в урну, а новый Дамир мне выберет лично сам. Ага, в монастыре. Любопытно, трусы и лифчики тоже будет смотреть и подвергать критике? Ещё, несмотря на то, что водительские права у меня есть, садиться за руль самостоятельно запрещено, вплоть до того момента, пока Фролов лично не удостоверится, что управляю я автомобилем с умом и безопасно…

И так далее… Дамир скрупулёзно, ни одного момента не упустив, воздвиг вокруг меня четыре глухие стены от внешнего мира.

– Это всё?! – сквозь зубы спросила я, когда длинный список из пунктов всё же закончился.

Так, где этот аквариум? Меня нестерпимо тянет расколотить его вдребезги. Честное слово, и разбила бы, если бы там живые существа не плавали.

– Да, можешь быть свободна, – у кого-у кого, а у Дамира, похоже, на душе хорошо, прямо птицы поют и цветы пахнут. Конечно, напился моей кровушки – теперь сыт и доволен. – Ольга, и вот ещё что, – окликнул Фролов, когда уже встала со стула, – Ты же не будешь против, если моя домработница возьмёт отпуск?

– А-а-а при чём тут вообще я и моё мнение?

– Ну как при чём, работа по дому именно на тебя ляжет.

Глава 7

Чтобы слинять из тюрьмы под названием «Квартира Фролова», лично я видела только два пути, и лежат они даже не в противоположных направлениях, а вообще в разных вселенных.

Первый – в угоду Дамиру выполнять все его маразматичные требования, всеми доступными способами изображать из себя покорную овцу, помешанную на учёбе. Вот тогда есть шанс, что опекун, а если быть точнее, то теперь надзиратель, решит, что мой поход в клуб и последующие события не что иное, как великое недоразумение из-за внезапного и кратковременного помутнения рассудка его подопечной.

Второй – никого чужого из себя не корчить, быть просто собой, но на полную катушку врубить режим стервы. Устроить Дамиру настолько «весёлую» жизнь, чтобы он взвыл и самолично пинками вытолкал из своей квартиры. А вдогонку крикнул бы, что ничего из меня путного не получится, он умывает руки и навсегда бросает это гиблое дело – из такой оторвы, как я, лепить приличного человека. Естественно, перед тем, как испариться из моей жизни, Фролов должен будет мне выплатить всё, что положено.

Второй вариант мне, конечно же, более по душе, хоть он и нервозней, зато веселей и прикидываться не надо, но опять же нельзя не брать в расчёт упрямый характер Дамира. Сколько времени этот твердолобый будет терпеть мои выходки и сопротивляться неизбежному? Месяц? Год? Два года? Рядом с Фроловым я столько не выдержу.

Как ни крути, но первый путь надёжнее, и именно его я пока выбрала, но только пока. Если увижу, что он не работает, бегом перескачу на план «Б». Как следствие, была вынуждена согласиться батрачить на Дамира. Никуда не денешься, придётся теперь драить все его тридцать три комнаты, ну или сколько их там…