Наталья Шевцова – Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде - 2 (страница 37)
Карающий клинок облегчённо шумно выдохнул. Провёл ладонью по лицу. Снова сжал кулаки.
— Рорик, держи... — это уже тише, себе под нос, почти молитвенно. — Держи, дружище, ну пожалуйста, ну...
Купол мигнул. Потускнел ещё на четверть.
А буквально в следующую секунду одно из щупалец всё же достало Грейва — хлестануло по плечу, вспоров при этом и кожаный наплечник и кожу под ним.
— Да чтоб тебя!!! — взорвался герцог, и в его голосе было столько гнева, что я буквально физически ощутила — сейчас что-то будет…
И предчувствие меня не подвело — он вскинул руки, и воздух вокруг и между его ладоней мгновенно раскалился и задрожал, сгущаясь в плотный, гудящий от мощи огненный шар.
— Ух ты! — восторженно выдохнул Уилл.
— Ого! — глядя на ещё недавно ненавистного столичного важняка как на сошедшее со страниц легенд божество, подхватил Ивко. — Круто!
— Вам же нельзя! — вырвалось у меня. — Вы ранены и...
Я осеклась, потому что — толку…
Ослепительно-яркий шар пламени уже сорвался с его ладоней — и летел прямиком в беснующееся море щупалец.
Удар. Оглушительный грохот. Столб огня взметнулся к небу, разбрасывая горящие ошмётки во все стороны. Щупальца, ещё мгновение назад хлеставшие по куполу, корчились в пламени, сворачивались, обугливались на глазах.
— Юху-у-у! — Ивко подпрыгнул на месте, вскинув кулаки над головой, голос сорвался на визг. — Вот это мощь! Гори-гори ясно! Чтоб не погасло!
— Опачки! — вскинул вверх руки Уилл. — Вот вам! — он выпустил в сторону кустов серию хуков. — Вот вам гады, получайте! Это вам за моих овец!
Воздух между тем пропитался вонью — удушливой, сладковатой, липнущей к нёбу. Тошнотворный до рвотных порывов. Уилл закашлялся, зажимая нос рукавом. Ивко позеленел и согнулся пополам. Меня тоже замутило, но я заставила себя смотреть.
Несколько десятков щупалец, ещё секунду назад терзавших защиту, судорожно отдёрнулись от купола. Они бились в агонии, скручивались в чернеющие спирали, шипели, истекая кипящей слизью, и опадали на землю безобразными обугленными ошмётками.
Но вспыхнувшая было в груди радость и надежда, погасли даже быстрее, чем сам огонь.
И словно этого было мало, из глубины каменной чаши катились новые шары.
Много.
Слишком много.
Они лезли отовсюду — из-за валунов, из расщелин, из самих теней. Ползли прямо по дымящимся останкам своих «сотоварищей», давя их в кашу — и смыкали ряды.
Скрипнув от досады зубами, карающий клинок снова вскинул руки. Я видела, как вздулись на его шее и лбу вены, как побелели костяшки стиснутых пальцев, как он весь напрягся, вкладывая в удар всю свою ярость, все свои силы до последней капли, но еще не оправившееся после ранения тело предало его…
Между его ладонями зажегся гораздо более тусклый и слабый огненный шар, который сорвавшись с его пальцев лишь опалил щупальца, заставив их оторваться от купола лишь на мгновение.
— Ещё! — завопили Уилл и Ивко. — Нужно ещё!
Дэмиан Эйрхарт и сам понимал, что нужно ещё.
И он попытался…
Я видела, как исказилось от усилия его лицо, как задрожали его руки, как он стиснул до скрежета зубы. Я видела как он пошатнулся и как на его груди выступило, расплывшись по ткани кровавое пятно…
— Давай же… — прохрипел он.
Но жалкий сноп искр и струйка сизого дыма было и всё, что он смог из себя выжать.
— Проклятье... — схватившись рукой за грудь, прохрипел он. — Как же я так?.. Боюсь, ребята, я переоценил себя, — криво усмехнувшись, ответил он мальчишкам.
И если бы только это, но он ещё и привлек внимание кустов к себе, а значит, и ко мне и мальчишкам…
Глава 30
Часть покрытой слизью мерзости, словно повинуясь невидимому приказу, отделилась от терзающей купол Рорика основной массы и, развернувшись, устремилась к нам…
Сначала медленно — почти лениво — будто пробуя воздух на вкус, принюхиваясь к нашему страху, смакуя его.
Так медленно, что я даже успела понадеяться — может, они ещё передумают, может ещё пронесет.
Не пронесло…
Возможно, конечно, мне это лишь казалось — у страха, как известно, глаза велики — но в их неспешном движении было что-то настолько зловеще плотоядное, что у меня возникло стойкое ощущение того, что они…
Просто знали, что мы никуда не денемся и наслаждались нашим ужасом, впитывали его, как, за несколько секунд до этого впитывали магию из купола Рорика.
— Твою ж... — выдохнул Ивко, и голос его упал так же стремительно, как взлетел секунду назад.
Уилл опустил кулаки. Замер. И во все глаза уставился на надвигающуюся орду.
Я перевела взгляд на Дэмиана Эйрхарта.
Он стоял, тяжело дыша — бледный, с каплями пота на висках. Ладони его всё ещё дымились. Но огня между ними больше не было.
— Что будем делать?.. — голос мой прозвучал сдавленно и хрипло.
— Бегите… — прохрипел он, пытаясь выпрямиться, но ноги его не держали. Но он всё же выхватил меч и встал между нами и надвигающейся угрозой. Рука его заметно дрожала. Пятно крови на груди расползалось пугающе быстро, пропитывая камзол темным, влажным пятном. — Уводите детей, Аннет! Живо!
— Но вы не справитесь сами, — прошептала я. — Вы...
— Уводите детей, я сказал! Живо!
Я обернулась назад.
Единственным путём к отступлению была узкая тропа, петляющая между валунами вверх по склону. Та самая, по которой мы пришли.
— Ивко, Уилл! Вы слышали?! Руки в ноги и бегом! — скомандовала я, хватая Ивко за плечи и разворачивая его к тропе.
Оба таращились на меня огромными глазами, бледные, перепуганные до полусмерти — и… не двигались с места.
— Бегом, я сказала! Так чтоб только пятки сверкали! — в прямом смысле слова, взашей, толкнула я их на тропу.
— Но… — заспорили они в унисон.
— Проклятье. Ну же!
Но мы слишком долго спорили…
Отвратительные клубки слизи, словно бы почувствовав, что часть добычи вот-вот уйдет, резко ускорились. Не то слово резко! Не прошло и секунды, а первые несколько шаров уже оказались в трёх шагах от нас — их щупальца хлестнули по воздуху там, где мгновение назад стояли Ивко и Уилл. Я буквально за мгновение до этого зашвырнула мальчишек себе за спину. Глупо. Безнадежно. Но инстинкт был сильнее разума.
— Бегите! — заорала я. — Нам нужна помощь! Неужели не видите!
На сей раз они меня послушались, но…
Беда вот таких долгих панических переговоров, когда умная мысля приходит опосля, в том, что, пока договоришься, уже бывает слишком поздно.
Дэмиан Эйрхарт был отличным мечником, но он был ранен, а силы были слишком не равны.
Первое, второе и третье щупальце отсек он, четвертое достало его, хлестнув по ноге — он упал на одно колено, но не выпустил меч. Рубанул снизу вверх, отсекая ещё одну плеть.
— Беги... те... — прохрипел он, не оборачиваясь.
Но бежать было некуда…
Тропу была перекрыта. Не знаю, как и когда, но несколько шаров оказались за нашей спиной.
Я сказала шаров? Нет уже не шаров, а чудовищ с обнажившей склизкое, жадно чавкающее нутро распахнутой пастью…
Уилл вцепился в мою руку так, что я почувствовала, как немеют пальцы. Ивко прижался ко мне с другой стороны — я ощущала, как бьётся его сердце. Часто-часто. Как у пойманного в силки зайца.