Наталья Шевцова – Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде - 2 (страница 39)

Сердце пропустило удар, потом второй, а затем забилось где-то в горле, мешая дышать.

Он — совершенно неподвижный, наполовину засыпанный серым прахом — лежал в паре шагов от меня и мальчишек.

Ноги сами понесли меня к нему.

— В-ваше Сиятельство, — позвала я, присев рядом с ним, но не решаясь прикоснуться. Точнее, руку-то я протянула, но она так и зависла в воздухе…

Это не было робостью. Это был страх — пока мои пальцы не прикоснулись к его сонной артерии в поисках пульса и не убедятся, что его нет — была надежда. Но как только…

Одно прикосновение — и неизвестность превратится в реальность. И я либо выдохну с облегчением, либо…

Я не была готова к этому второму «либо», и потому просто смотрела на неподвижную грудь, на мертвенно бледное лицо и пыталась уловить хоть малейшее движение, хоть какой-то признак, что этот красивый, сильный, смелый и самоотверженный мужчина жив.

Мой страх не был продиктован влюблённостью. Скорее — предчувствием её. Робким, осторожным пониманием того, что этот человек мог бы стать кем-то важным. Очень важным. Если бы только у нас было время. Время на разговоры ни о чём. На молчание, которое не тяготит. На то, чтобы он перестал быть «его сиятельством» и стал просто Дэмианом. Но у нас не было этого времени, и, возможно, уже никогда не будет…

От этой мысли в груди разливалась такая тупая, такая ноющая боль, как если бы я теряла не почти незнакомого человека, а кого-то, без кого мир станет неправильным.

Неполным.

Пустым.

Я смотрела в его бледное лицо и сама себе удивлялась…

Когда он успел стать кем-то, чью потерю я не готова принять?

Когда его голос, его взгляд, его присутствие рядом стали чем-то, чего мне будет не хватать?

Когда?

Ведь не только же что?!

«Нет, не только что, — честно ответила я себе, вспоминая нашу первую встречу, после которой у меня из головы не шли строки из песни «Я шоколадный заяц», и заставивший ускориться мой пульс вчерашний его пристальный взгляд. — Только что, я просто поняла, что, если он больше никогда не откроет глаза, моя жизнь утратит радость и краски. Не навсегда, конечно, но…»

Додумать я не успела…

Медленно, со стоном, он приподнялся на локтях, стряхивая с себя ссохшиеся останки хищной флоры.

Его взгляд, мутный от боли и потери крови, скользнул вокруг, затем сфокусировался на мне.

— Поверить не могу, я всё-таки всех спас?.. Хммм

На меня накатила такая волна облегчения, что я просто не расслышала, что он сказал, зато каждое его слово прекрасно услышали Уилл и Ивко…

Глава 32

Глаза мальчишек, и без того круглые от пережитого шока, округлились ещё больше, брови полезли на лоб.

— Э-э-э... — протянули они в унисон, переглянувшись друг с другом.

— Вы это серьёзно, сейчас? Или пошутили? — уточнил Уилл.

Ответом ему стал не просто недоуменный взгляд, а с оттенком, мол, а я что похож на шутника?

Уилл понимающе хмыкнул. Ивко фыркнул.

— Ваше Сиятельство, при всем моём уважении… — начал первый.

— Ага, — поддакнул второй, — при всём нашем уважении…

При этом в голосе обоих звучала столь явно выраженная смесь скепсиса и ехидства, что я, хотя и не совсем понимала, в чем дело, невольно закусила губу, чтобы не улыбнуться — за что тут же поплатилась: губа треснула и рот наполнился солоноватым привкусом крови.

— Вы, конечно, крутой, и файерболы у вас ого-го! — продолжил Уилл.

— Точнее, файербол. Первый который, — поправил его Ивко. — Второй уже был так себе, а третий…

— Короче, Ваше Сиятельство, и нас и вас спасла госпожа Аннет, — резюмировал Уилл. — А вы…

— В отключке валялись! — закончил за него Ивко и добавил, очевидно, для большой ясности. — Как куль с мукой!

Дэмиан Эйрхарт моргнул. Один раз. Второй. Третий. Затем поморщившись от боли — то ли головной, то ли в шее — перевел взгляд на меня.

— Вы?.. — хрипло переспросил он и я, в прямом смысле слова, увидела, как в его серых глазах, всё ещё слегка мутных и не способных сфокусироваться, связываются воедино какие-то известные лишь ему факты.

— Ага, она! — с жаром заверил его Ивко, переключив тем самым внимание герцога на себя. — Всё она! Наша госпожа берегиня! Она как… как… — он набрал в грудь воздуха, пытаясь подобрать достойное сравнение, но оно, видимо, всё не находилось и не находилось, поэтому через несколько секунд он просто экспрессивно махнул руками: — Как глянет! Как руками и глазами сделает вот так! — он выставил перед собой руки в защитном жесте и выпучил глаза. — И они все пшшш и в труху!

— Ага, — подхватил Уилл, — а те что не пшшш, — всплеснув руками и разведя ладони в стороны, продолжал он, — схватили ноги в руки и дали деру!

— Угу, — задумчиво кивнул карающий клинок и медленно перевел взгляд сначала на свои перепачканные серой пылью руки, затем на кучки пепла, бывшие когда-то монстрами, потом на Грейва и Рорика — к этому моменту они уже смогли встать на четвереньки — после чего, наконец, снова посмотрел на мальчишек.

— Значит, «пшшш и в труху»? — переспросил он у них с улыбкой.

— Именно так, сэр, — важно кивнул Уилл.

— И без всяких там файерволов! — выпятив грудь и раздувшись от гордости так, словно это была его личная заслуга, добавил Ивко.

— Вот оно как, — задумчивый взгляд серых глаз вновь обратился ко мне. — То есть, вы их иссушили?..

Я неопределённо пожала плечами.

— Наверное.

— Ничего себе берегиня… — покачал он головой.

Я была с ним согласна — то, что я сделала меня и саму напугало. Тем не менее, мне стало обидно.

— Уж какая есть! — раздраженно огрызнулась я.

— Аннет — самая лучшая берегиня! — тут же вступился за меня Ивко. — А вы… вы просто завидуете, сэр! А это нехорошо!

— Ага! Да! Самая лучшая! — энергично закивав, поддержал его Уилл и объяснил для некоторых — непонятливых: — Берегиня — бережет. И она нас всех сберегла! И вас, между прочим, тоже, сэр!

— Простите, — покаялся пристыженный «сэр». — И вы Аннет простите. Это я о своём. Я просто всегда думал… — он замолчал, не договорив. — Просто я не знал, что… — он снова замолчал, очевидно, не зная, как выразить свою мысль так, чтобы при этом снова меня не обидеть. — В общем, просто простите. И спасибо, что спасли мне жизнь.

Я кивнула и, прежде чем успела подумать, как это прозвучит, на автомате выдала чистую правду:

— Да не за что. Я случайно.

— Всё равно спасибо, — усмехнулся Дэмиан Эйрхарт. — И за ребят тоже, — кивнул он на ковылявших к нам Грейва и Рорика.

Выглядели они так, словно их прожевали и выплюнули — впрочем, где-то так это и было — одежда висела на них лохмотьями, лица были в саже и слизи, всклоченные волосы торчали во все стороны.

— Рад видеть вас среди живых, — с усталой улыбкой приветствовал их босс.

— И мы тоже, — ответили ему с такой же улыбкой.

Грейв при этом сплюнул вязкую слюну, а Рорик тяжело опустился на ближайший валун, предварительно смахнув с него покрывавший его слой пепла.

— А я думал уже всё, — признался он, посмотрев на меня. — Спасибо, я ваш должник.

— И я, — кивнул Грейв. — И думал, что всё. И должник.

Я смущенно кивнула, мол, да ладно вам.

— А я думал, что это я вас всех спас, — очевидно, чтоб немного разрядить обстановку, с кривой, самоироничной полуулыбкой сообщил Дэмиан Эйрхарт. — Эх, не ведать мне теперь медали! — нарочито страдальчески тяжело вздохнул он.

Грейв и Рорик переглянулись и дружно заржали.

— Да как же не видать! Без тебя мы б точно пропали, шеф! — хлопнув себя по колену, «возразил» Грейв. — Я даже представить себе не могу, чтоб было, если б ты так качественно не прикидывался мертвым!