Наталья Шагаева – Пошел вон, Чернов! (страница 6)

– Не лапай, – дергаю ногой, когда он поглаживает пальцами мою ногу.

Он надевает на меня носок и намерено понимает мою ногу так, чтобы увидеть мои прелести. Сжимаю колени, натягивая джемпер ниже.

– Как был фетишистом, так и остался, – усмехаюсь.

И я сейчас не язвлю. Всем мужчинам нравится раздевать женщин. А Чернов любит одевать. Его любимое – это чулки, носочки и трусики, естественно. При этом он всегда лапал меня. И меня тоже приводило это в восторг. Но не сейчас.

– Я все такой же, Слава. Я не поменялся, – справляется со вторым носком, и я тут же снова пожимаю под себя ноги.

– К сожалению, нет, – качаю головой. – Хотя почему «к сожалению». К счастью, – язвительно отвечаю.

– Значит, будем сидеть здесь до тех пор, пока ты снова в меня не поверишь, – выдыхает он.

– Значит, до конца жизни будем сидеть.

– Значит, будем, – отворачивается, подбрасывая в камин поленьев. Огонь разгорается, дрова трещат, становится уютнее и теплее. – Ужинать будем? – интересуется у меня Руслан.

– Что в этом заведении подают на ужин? – выгибаю брови.

– А что ты приготовишь, то и подают.

– Я приготовлю?

– Да, приготовь свой фирменный плов. Соскучился по нему, – так искренне просит он.

Не врет же гад. Первым порывом, конечно, хочется показать ему средний палец и уйти наверх. Но так я долго отсюда не выберусь. Поэтому строю из себя «хорошую девочку», киваю и поднимаюсь с кресла, направляясь в сторону кухни.

– Помощь нужна? – догоняет меня Чернов. Мясо порезать?

– Ну порежь. Только… – резко оборачиваюсь. – Сними эту порно-жилетку и надень нормальную футболку.

– Порно-жилетку? – смеется Чернов. – Возбуждает? – играет мышцами на руках.

– Ой, иди в жопу! – отмахиваюсь я.

– Да я с удовольствием. Дашь?

– О, рубрика «Шутки за триста». Не смешно. Ты же знаешь, я ненавижу пошлые шутки.

– Я знаю, Слава. Я все про тебя знаю… – как-то уже невесело произносит он…

Глава 5

Ярослава

Поужинали мы спокойно. Мирно. Я была очень «хорошей» девочкой. Милой до тошноты. Беседовали ни о чем. Словно ничего не произошло, и у нас спокойный «семейный» ужин. Накормила я Чернова отменно. Всё подкладывала и подкладывала ему своего плова. Был бы яд под рукой, подсыпала бы. Но увы.

Можно было бы его и напоить. Руслан запасся алкоголем. Основательно так запасся. Тут и вино, и мое любимое игристое, и коньяк, и текила. Видимо, в его планы входит еще и споить меня. Пьяная я…

О-о-о, лучше вам не знать, какая я подшофе. Шальная императрица нервно курит в сторонке.

Чернов, кстати, настаивал на вине. Но, к сожалению, мне его никогда не перепить. Я вырублюсь первая и вместо того, чтобы бежать этой ночью, буду крепко спать. А пьяный Чернов ничем не отличается от трезвого. Только пристает больше и наглеет. Вот если бы мне надо было его разговорить. То да, пьяный Чернов очень откровенен. Но мне сейчас его откровения не нужны. Мне вообще ничего от него не нужно. Поэтому надеюсь, что после сытного ужина он будет спать крепко и долго.

В общем, я даже мило пожелала ему спокойной ночи и поднялась наверх. Осталось только ждать. Дверь специально оставила приоткрытой, чтобы контролировать его действия внизу и меньше шуметь ночью, не потревожив его сон.

А эта редкостная сволочь никак не засыпал. Бродил там, посудой гремел. Три раза выходил покурить и поговорить по телефону. Я украдкой наблюдала в окно. Часа через три мне это надоело, и я прилегла, чтобы набраться сил. Внизу всё затихло. Но я решила подождать еще полчасика, чтобы гад уснул крепче. Сон у него нечуткий. Это я точно знаю. Его разбудить можно, только если опушкой. Вот и пусть спит спокойно.

Но вся проблема в том, что, когда Чернов вроде бы уснул, я тоже благополучно уснула. Просто вырубилась, как по щелчку.

И сон мне снился такой сладкий, из прошлого. Его голос, его запах, его руки. Я провалилась в момент, когда только всё начиналось. Когда мне дико нравился этот мужчина и льстило его настойчивое внимание ко мне.

– Слава, можно вопрос? – спрашивает Руслан, когда я подхожу к его столику.

Так вышло, что моя подруга Монро и его друг Богдан снюхались и замутили «фиктивный» брак. Фиктивный в кавычках. Потому что эти двое сами ещё не понимают, как подходят друг другу. И как смотрят друг на друга. Я вообще в чужих отношениях специалист. А в своих…

Но тогда всё только начиналось, и мне, дуре, казалось, что этот высокий харизматичный мерзавец – идеальный мужчина. Дерзкий, наглый, настойчивый, с чувством юмора и уверенный в себе. В общем, герой моего романа.

– Ярослава Андреевна, – строго поправляю его, строя из себя недотрогу.

Я не такая, я жду трамвая.

А сама слюни на него пускаю, и сердце начинает колотиться, когда он появляется в нашем кафе.

А появлялся Чернов постоянно, почти каждый день, иногда по два раза. Приходит на завтрак и обед. Такой весь пафосный и соблазнительно пахнущий. От него веет тестостероном за версту и сражает наповал всех женщин, которые попадаются ему на пути.

А мне, идиотке, и это нравилось. Нравилось, как на Чернова облизывались бабы. А он мой. Я тогда еще не знала, что этот шлюхан общий.

– Ох, простите, Ярослава Андреевна, – усмехается, а сам трогает меня своими невыносимо зелёными глазами. Я поначалу думала, что Чернов линзы носит. Но нет. Как говорится, это его натуральный цвет. – Не велите казнить, царица, велите слово молвить, – и глаза горят на меня. Там такой огонь, что становится жарко.

– Разрешаю, – царственно киваю я. А у самой внутри всё переворачивается. Впервые мне так нравится мужик, что хочется отдаться ему тут же. Но, конечно, я так не сделаю. Промариновать и подинамить – это святое. Чтобы Чернову жизнь мёдом не казалась.

– Отчего такая богиня господам прислуживает? В официантках пропадает. Эти ручки и ножки не созданы для такой работы, – ловит мою руку и целует ладонь. Снисходительно позволяю.

– Чем плоха работа официантки? – выгибаю брови.

– Ничем не плоха. Но вам по статусу не подходит, Ярослава Андреевна, – ведёт глазами по моему телу и останавливается на груди. – Идёмте ко мне в офис. У нас как раз освободилась вакансия секретаря, – лукаво подмигивает. – Тёплый уютный кабинет, работа непыльная.

– Смешно, – ухмыляюсь я. – То есть, Руслан… Как вас там по отчеству?

– Давидович.

– Так вот, Руслан Давидович, вы предлагаете мне сменить шило на мыло. Также подавать кофе и быть девочкой на побегушках, но уже вашей личной. Меня, знаете ли, здесь всё устраивает. Как управляющую и дочь хозяина заведения.

– Ах, вот оно, оказывается, как. Точно царица. Присядьте, Ярослава Андреевна. Мне право неудобно смотреть на вас снизу вверх.

– А мне, знаете ли, очень удобно смотреть на вас сверху вниз.

– Да куда уж нам, холопам, – закатывает глаза. – Так что же вы, как дочь хозяина этого чудного заведения, на побегушках здесь бегаете? Принеси, подай. Работников не хватает?

– А мне, знаете ли, нравится быть внутри команды и изучать бизнес с этой позиции. Ну и я очень люблю общаться с людьми.

– Ясно. Смилуйся надо мной, кошечка, удели мне вечер.

– Это приглашение на свидание?

– Определённо да. Мне вас так мало, Ярослава Андреевна. Хочу больше, – понижая тон, сексуально хрипит он. А у меня мурашки по коже. Он всегда на меня так влияет. Это та самая химия, в которую я никогда не верила, пока сама не вляпалась.

– Да вы, батенька, много хотите. Свидание – это банально. Придумайте что-то увлекательнее. Заказывайте уже свой обед, не задерживайте меня, – пафосно его отшиваю. Мало быть просто женщиной-загадкой. Надо быть такой шарадой, чтобы сломать мужику мозг. Иначе они быстро теряют интерес.

Какой реалистичный сон. Разве можно во сне ощущать запахи и мурашки по коже от его взглядов, прикосновений. Стоп. В моём сне меня никто не касался!

Открываю глаза, не сразу понимая, где нахожусь. Голова не соображает, а тело очень даже чувствует. Как мою талию обвивают сильные мужские руки, а моя пятая точка прижимается к паху Чернова. И запах. Он мне не снился… И мурашки, потому что эта сволочь дышит мне в шею, опаляя горячим дыханием. Первым порывом, естественно, хочется вытолкнуть этого гада с кровати и надавать по наглой морде. Как он вообще смеет меня трогать?

Но потом замираю, прекращая дышать. Спит он крепко. И даже хорошо, что спит здесь, а не внизу. Ещё лучше, что спит без штанов. Слава богу, в трусах. Мне остаётся только аккуратно выбраться, умыкнуть его штаны и спуститься вниз. Да он вообще облегчил мне задачу своей наглостью.

Решаю полежать ещё немного, чтобы точно убедиться, что Чернов крепко спит.

Сглатываю, прикрывая глаза, пытаясь дышать ровно. Это невыносимо. Дышать им, чувствовать тело, тепло, дыхание. Мне и убить его хочется, и одновременно прижаться сильнее. Чтобы ещё несколько минут обмануться и почувствовать его последний раз.

Дыхание само собой учащается, грудь сдавливает. В горле встает ком. Я даже на секунду решаю простить его и…