Наталья Шагаева – Опасный пациент (страница 28)

Я при параде. Костюм, часы стоимостью как вся его ментовская гнилая жизнь, и совершенно спокойное лицо. Это значимая для меня встреча. Мы посмотрим друг на друга совсем другими глазами. Мне важно показать ублюдку, с кем он имеет дело, если он, мать его, забыл.

Следователь молодой, чуть за тридцать. Мужик с уставшими глазами, но хорошо поставленным голосом. Фамилия на табличке - Кузьмин. Запоминаю, на всякий случай.

— Владислав Сергеевич, садитесь, — кивает он на стул напротив стола.

— Пожалуй, присяду, садится не планирую, — усмехаюсь я, играя его формулировками.

Кузьмин не комментирует, плотно сжимая губы. Ну что ты такой скучный? Не понимаешь шуток? Или ещё не привык, что есть люди, которые не боятся заходить в этот кабинет?

Присаживаюсь, принимаю расслабленную позу, поправляю манжеты рубашки. Мы в кабинете не одни. Перевожу взгляд на человека, который стоит спиной ко мне у окна.

Авдеев… Ну кто бы сомневался. Его погоны и должность не позволяют вести допросы лично, тем более он заинтересованное лицо. Но присутствовать он, конечно, хочет.

Авдеев медленно оборачивается ко мне. Рассматриваю гниду внимательнее. Особенно его руку, на которой обручальное кольцо. Вот с этой руки я и начну ломать ему кости, мразь.

Мои мысли никак не отражаются на лице. Я спокоен и непроницаем, меня этому научил брат. Ад может с полным скучающим покер-фейсом читать стихи на могилах врагов. А вот наш мент горит изнутри и не может этого скрыть. Он сразу же транслирует мне концентрированную ненависть. Руки в карманах его брюк нервно дёргаются. Расправляет плечи, пытаясь давить статусом.

Как страшно, я уже должен был обоссаться? Сдерживаю усмешку.

— Добрый вечер, господин Греховцев, — цедит он сквозь зубы.

Склоняю голову, не отвечая на приветствие, переводя взгляд на Кузьмина.

— Да, — прокашливается тот, вспоминая, что он здесь ведёт допрос. — Мы пригласили вас по делу о пропаже Эвы Авдеевой. Вам знакома эта женщина?

— Почему здесь присутствует посторонний? — указываю взглядом на Авдеева, который, кажется, давится собственной злобой.

— Я не посторонний, — сухо произносит Авдеев.

— Если не ошибаюсь, майор Авдеев является мужем пропавшей, — поясняю я Кузьмину, намеренно игнорируя этого гандона. — То есть заинтересованное лицо. А согласно статье 61 УПК, он подлежит отводу от участия в производстве по данному делу.

Да, я по образованию юрист. Мог бы тоже стать ментом, если бы захотел. Но я предпочёл другую сторону баррикад.

Кузьмин хлопает глазами. Авдеев делает шаг ко мне, выходя из тени.

— А у нас, я смотрю, законник! — выплёвывает он. — Изучаете статьи на досуге, чтобы понять, что вам грозит?

Плохой ты мент, Авдеев. Слишком много эмоций, которые не можешь сдержать.

— Я здесь как представитель потерпевшей. Имею полное право находиться на допросе, — выдавливает он.

Насчёт потерпевшей он прав. Только она жертва не моя, а его.

— Представитель? — растягиваю слово, смакуя. Мне нравится его нервозность. И это только цветочки, Авдеев. Ягодки ещё впереди. — То есть есть постановление о вашем допуске?

Тишина. Конечно, у него ничего нет. Он же привык, что всесилен. Кузьмин снова бегает глазами, не зная, что сказать. Авдеев давит на него взглядом, свирепея и багровея.

— Вы формально правы, — наконец оживает Кузьмин. — Но поскольку майор Авдеев является супругом пропавшей и заявителем, я разрешил ему присутствовать в качестве наблюдателя. Это не запрещено, — разводит руками.

Разрешил он. Это ему разрешили провести этот допрос. Но мы участвуем в цирке, и мне даже весело.

— Ну пусть наблюдает, — снисходительно разрешаю я, откидываясь на спинку стула.

Авдеев вновь становится к окну, прислоняется к подоконнику бедром, складывает руки на груди, словно надзиратель. Кузьмин деловито надевает очки и открывает папку.

— Владислав Сергеевич, расскажите, когда вы в последний раз видели Авдееву Эву?

— Три дня назад. Вечером, около девяти. Мы ужинали в ресторане «Соваж». Она просила у меня работу, я отказал. Расстались около десяти. Больше я её не видел.

— И на этом всё? — Кузьмин поднимает глаза поверх очков. — Просто поужинали?

— Просто поужинали. Вежливо попрощались. Всё.

— И куда она направилась после ресторана?

— Понятия не имею, не интересовался.

— Может, видели, как она садилась в такси? Марку, цвет, номер?

— Нет. Я не провожал её.

— Ложь, — голос Авдеева звучит тихо, но отчётливо. Он не меняет позы, но в его голосе столько отвращения ко мне, что я почти кончаю от удовольствия.

Медленно поворачиваю голову в его сторону.

— Простите, что?

— Я говорю, вы лжёте, господин Греховцев. Она не могла просто уйти и не вернуться домой.

— Вам лучше знать, что могла или не могла ваша супруга. Я здесь ни при чём.

Гнида сжимает челюсть, но замолкает.

— Владислав Сергеевич, а персонал ресторана может подтвердить ваши слова? — вмешивается Кузьмин.

— Может, — уверенно киваю я.

— А вы не знаете, почему в ресторане в тот вечер не работали камеры? — интересуется Кузьмин.

— Не знаю, это не мой ресторан. Возможно, технические неполадки, — развожу руками.

Ресторан не мой - он моего брата.

— Удобно, — снова подаёт голос Авдеев. — Камеры не работают, и «Соваж» принадлежит господину Адамову. Какое совпадение.

— На что вы намекаете? — вздёргиваю бровь, давя на него взглядом. Мне вообще-то плевать. Могу прямо сейчас сознаться, что Эва у меня. Она свободная женщина и может добровольно находиться где угодно. Но мне интересно подрачить Авдеева, заставить нервничать и совершать ошибки, которые вышестоящие ему не простят.

— Просто констатирую факты, которые играют против вас, — цедит Авдеев.

— Владислав Сергеевич, где вы были после расставания с Эвой Авдеевой? — возвращается к допросу Кузьмин.

— Я направился домой.

— Один?

— Нет, с охраной.

— Кто-то может это подтвердить?

— Да, моя охрана.

— А майор Авдеев утверждает, что его супруга у вас.

— Майор Авдеев может утверждать всё что угодно.

— А если мы сейчас устроим обыск в вашем доме?

— Пожалуйста, только с соответствующими документами, присутствием понятых и моих адвокатов.

Демонстративно смотрю на часы, намекая, что меня утомляет этот допрос.

— У вас есть ещё вопросы? Я спешу.

Кузьмин пролистывает папку, но ничего не находит, снова поглядывая на Авдеева, который должен подсказать дальнейшие действия.

— Можете быть свободны, господин Греховцев, — говорит Кузьмин. — Только покидать город без уведомления следствия вам нельзя.

— Обязательно проконсультируюсь по этому поводу со своими адвокатами, — поднимаюсь с места и направляюсь к двери. Спину прожигает гнилой взгляд Авдеева.