Наталья Шагаева – Квест. Одержимый (страница 3)

Мы почти бежим по коридору и спускаемся вниз, на цокольный этаж. Как же это символично – обитель демона не наверху, а внизу, под землёй.

Здесь такая же шикарная обстановка: мрамор на полу и абстрактные картины на стенах. Только гораздо холоднее, чем наверху. По коже пробегают мурашки, я чувствую, как меня потряхивает.

Обнимаю себя за плечи, когда Рейчел подводит меня к той самой двери из чёрного дерева. Королева стучит, ещё раз критично меня осматривая. Ей никто не отвечает, но она открывает дверь и вталкивает меня в комнату первой. Спотыкаюсь, снова оказываясь в помещении с камином и круглым мраморным столом. Рейчел становится позади меня, прикрывая дверь.

Мастер сидит в кресле. Его страшный чёрный пёс лежит у его ног, водит ушами и рычит в нашу сторону. Я отступаю, вжимаясь в Рейчел. Не знаю, кого боюсь больше – пса или мужчину.

Мужчина отрывает глаза от книги, которую читал, и осматривает меня, медленно скользя взглядом. Понимаю, что под длинным платьем не видно, что на мне нет трусиков. Но я уверена, он знает, что их нет, и потому начинаю гореть от стыда, сжимая ноги.

— Рейчел, спасибо, — отсылает он её взмахом руки. — Свободна.

— Расслабься и получай удовольствие, — вкрадчиво шепчет она мне на ухо и уходит.

Вздрагиваю от звука закрывающейся двери.

— Добрый вечер, Птичка, — уже бархатным голосом произносит Мастер, поднимаясь с кресла, и идёт ко мне.

Я честно пытаюсь расслабиться и принять неизбежное, но выходит, что сжимаюсь и закрываюсь ещё больше.

Мастер берёт мою холодную руку, подносит её к своим губам и целует ладонь. Так аккуратно, прикрывая, словно от наслаждения, свои стальные глаза. А потом поднимает взгляд на меня.

— Я очень скучал и с нетерпением ждал нашей встречи, — вкрадчиво произносит он. — Ты прекрасна в своем страхе.

Глава 3

Яна

— Мне не нравится твоя бледность, — хмурит брови Мастер.

Всхлипываю, когда его большая ладонь обхватывает мой подбородок, Мастер пристально всматривается в моё лицо. — Ты хорошо питаешься? Может, есть особые пожелания? — так серьёзно спрашивает он, словно искренне беспокоится. Странная забота от хозяина этого ада. Он заманил нас сюда, чтобы убивать, и одновременно переживает о моём рационе.

— Всё хорошо, это пудра, — поясняю я, пытаясь дёрнуть головой, но его пальцы сжимаются сильнее, причиняя лёгкую боль.

— Пудра? — удивлённо переспрашивает он. — Не смей больше пользоваться ей при встречах со мной. Мне нравится естественность, — холодно бросает мужчина.

— Это не я. Это Королева её нанесла, — оправдываюсь.

— Рэйчел, Рэйчел… — усмехаясь, качает головой. — Перестаралась. Не позволяй ей прикасаться к твоему лицу.

Выдыхаю, когда он отпускает мой подбородок. Его пальцев уже нет на моей коже, но кажется, будто они оставили след. Не могу избавиться от ощущения, что нахожусь на поводке. Хотя, наверное, так оно и есть.

— Прогуляемся? Ты так мало дышишь свежим воздухом, Птичка моя.

Меня раздражает эта птичья кличка. Словно я безмозглая курица.

— Разве нам можно выходить в сад?

Мы все хорошо усвоили урок: выхода из Эдема нет. Для нас отведена отдельная «клетка» на втором этаже, и любой шаг за её пределы жестоко карается.

— Со мной тебе можно всё, — снисходительно сообщает Мастер. — Тор, гулять! — командует он псу.

Огромная махина радостно вскакивает и, как щенок, несётся к двери, виляя обрубком хвоста.

— Прошу, — Мастер открывает дверь, галантно пропуская меня вперёд.

Пес мчится по лестнице, зная дорогу. Мы выходим на крыльцо. Сумерки, почти стемнело, но огромный сад освещён напольной подсветкой, выхватывающей из тьмы дорожки.

— Прохладно, — констатирует Мастер, когда ветер бьёт нам в лица.

Мастер снимает с себя пальто и накидывает его мне на плечи. Хочется сбросить эту вещь, пропитанную его запахом. В нём нет ничего отвратительного, но мне априори неприятен аромат восточного парфюма и мужского тела. Сглатываю, задерживая дыхание.

Мастер подставляет мне предплечье, предлагая взять его под руку. Я не хочу прикасаться к нему. Замираю, закусывая губу.

— В чём проблема? — поднимает брови Мастер.

— Ни в чём, — хватаюсь за его руку и смотрю перед собой.

Спускаемся вниз и медленно идём по дорожке, петляя среди лабиринта из цветов и зелёных кустов. Оглядываюсь, осматривая территорию, и только сейчас замечаю, что вдоль забора расставлена охрана в чёрной форме с автоматами. Здесь и мышь не проскочит, не то что я.

Несколько минут мы молча идём. Чтобы не нервничать и не трястись, я сосредотачиваюсь на собаке, бегущей впереди. Кажется, только он по-настоящему доволен этой прогулкой.

— Неправда ли, здесь прекрасный воздух? Такой чистый, насыщенный, — мужчина глубоко вдыхает. — За одно это стоит любить Эдем. Ни грамма фальши.

Я бы и рада поддержать беседу, но не могу. В горле стоит ком. Мне кажется, это какая-то изощрённая игра Мастера. Его галантность, забота, разговоры о погоде – всего лишь прелюдия. Вот-вот, через минуту или через десять начнётся треш и новая кровавая фаза. Ведь тем же голосом и с теми же манерами он отправляет игроков на смерть.

— Задай мне вопрос, который боишься озвучить, — предлагает он и другой рукой накрывает мою холодную ладонь, лежащую на его предплечье.

Ладонь Мастера, в отличие от моей, горячая, почти обжигающая. А я будто язык проглотила. Ветер колышет моё лёгкое платье, под которым нет белья, и я в панике ловлю широкий подол.

— Ну же, Птичка, смелей. Я не караю за вопросы. Мне хочется знать, что творится в твоей голове, кроме страха, — произносит он с маниакальным предвкушением.

— Я не понимаю, зачем я здесь. К чему все эти встречи и беседы? — наконец, выдавливаю из себя.

— Вполне логичные вопросы. Ты здесь для моего удовольствия.

Мастер останавливается где-то в центре цветочного лабиринта и отпускает мою руку.

— Под «удовольствием» я пока подразумеваю созерцание твоей красоты, наслаждение твоим запахом и голосом. Мне хочется впитывать твои эмоции, и я не скрываю, что получаю от этого удовольствие. Я хочу, чтобы и ты наслаждалась нашими встречами так же, как и я. Хочется разделить это с тобой. Но пока даже Тор получает от прогулки больше радости, чем ты, — усмехается он, кивая на пса, который продолжает носиться вокруг, что-то вынюхивая в кустах.

Я замираю, когда Мастер обходит меня и встаёт сзади. Так близко, что я чувствую его дыхание над ухом. Когда главный демон Эдема дышит тебе в затылок, паника накрывает сама собой.

— Но давай посмотрим на это с другой стороны, — вкрадчиво, почти шёпотом, произносит он мне на ухо.

Всхлипываю, когда его ладонь ложится мне на живот и прижимает меня к себе. Закрываю глаза, потому что его рука лежит так низко, а под тонкой тканью отчётливо чувствуется, что на мне нет трусиков.

— Я ни в коем случае не хочу сравнивать тебя с моим псом. Просто разберём животную природу и модель поведения. Хорошо? — выдыхает он мне в ухо.

Я молча киваю. Моё тело напряжено, как струна, а сердце колотится так, что заглушает всё вокруг.

— Мой пёс понимает, кто его хозяин. Он доверяет мне, уважает и беспрекословно слушается. И для него это не неволя, а чувство защищенности, — продолжает он хрипло нашептывать мне в ухо, а затем шумно вдыхает запах моих волос. — У него есть определённая, контролируемая мной свобода в установленных границах. Не самая плохая участь, не находишь?

Грубые губы Мастера скользят по краю моего уха, вызывая мурашки.

Леденящие мурашки страха.

Широко раскрываю глаза и смотрю на пса, с которым меня сейчас сравнивают.

— Можешь не отвечать. Я чувствую по твоему напряжению и лёгкой дрожи, что ты со мной не согласна.

А я не согласна с тем, что его ладонь на моём животе начинает скользить по шёлку платья, вырисовывая круги. Живот сводит болезненным спазмом паники.

— Ты всё ещё веришь в другую реальность. Надеешься, что есть выход из Эдема и вас всех спасут. Веришь в справедливость, в честность, в кару свыше для такого исчадья ада, как я, — зло усмехается он мне в ухо.

Взвизгиваю, когда Мастер смыкает зубы на моей мочке, слегка прикусывая.

— Но спешу тебя разочаровать: такого мира не существует. Другой реальности у тебя больше не будет. Увы. Эдем никого просто так не отпускает. Вход есть, выхода нет, — холодно, словно вынося приговор, произносит он. — Но в моей власти создать для тебя другую реальность. Убедительную иллюзию, в которую ты сама начнёшь верить.

Его вторая рука ложится мне на шею, пальцы поглаживают место, где бешено бьётся пульс. Меня сковывает ужас. Ни вздохнуть ни выдохнуть. Кажется, он сейчас сожмёт мне шею, и моя реальность погаснет.

— Ты будешь спать на шёлковых простынях, пить дорогое вино, носить самые изысканные наряды и баснословно дорогие украшения. Любой твой каприз будет исполнен в пределах Эдема. Для меня нет ничего невозможного, Птичка. Твой страх уйдёт и станет лишь фоном. В Эдеме будет твориться ад, но тебя он не коснётся. Ты перестанешь быть слабым игроком без шансов и станешь зрителем, а в будущем – моей самой гениальной актрисой и украшением этого места. Ты будешь не просто ждать своего часа, а по-настоящему жить в нашем маленьком параллельном мире. Выбор за тобой. Скоро новая фаза игры, и твои шансы выжить минимальны. Но у тебя есть выбор. Всего одно твоё добровольное «да». Продай мне свою душу, моя маленькая Птичка. Отдай мне контроль, верность, покажи покорность и… — он снова глубоко вдыхает запах моих волос, словно упиваясь своей фантазией.