Наталья Сапункова – Пряничные туфельки (СИ) (страница 5)

Рик пожал плечами:

— Вот об этом давайте сразу договоримся, леди. Не будем потешать народ и привлекать внимание. Поиграем в супругов. Я ничего не потребую, как обещал. Но я ваш муж, а вы моя дорогая жёнушка. Никаких леди, уж не серчайте. Доброй быть или злой, решайте сами. Понятно?

Она смешалась и не сразу нашлась, что ответить. А он дожидаться не стал, кивнул, словно ставя точку под сказанным, и потянул её к дорожке, ведущей в глубину парка.

Северный выход, маленькая калитка в глухом заборе! Откуда-то циркачи знали о ней. Там их ждала маленькая крытая парусиновым пологом повозка, Рик подхватил Ринну за талию и подсадил, почти закинул внутрь. Запрыгнули остальные, и возница тут же защёлкал кнутом.

Глава 2. Шаг вперёд

Музыкальный ящик, с которым явился Рик, валялся теперь на полу повозки между сидящими, а мешок один из мужчин небрежно бросил куда-то в угол. На мешок Рик и не взглянул — наверняка там было ненужное барахло. Вот музыкальный ящик он ободряюще хлопнул ладонью.

— Посмотрю потом, может, починю. Хорошо, что меня не заставили сыграть на этой сломанной тарахтелке. Откуда она?

— Купил за медяк у старьевщика на углу рынка, — ответил Ивар. — Думал, тебе понравится. Тебе ведь нравятся сломанные игрушки… и капризные невесты. Лёгкой жизни отчего-то не хочешь.

Ринна, услышав про игрушки и невест, вспыхнула от негодования. Разве что ещё раз попробовать объяснить этому невеже, с кем он имеет дело? Хотя… а смысл?

— Помолчи, брат, а? — мирно попросил Рик, устраиваясь поудобнее. — И вы тоже, дорогая супруга. Поболтать и потом успеем.

Ехали не меньше часа. То и дело Ринна ловила на себе осторожные и очень заинтересованные взгляды. Особенно красавчик, Ивар, не сводил с неё глаз, но поспешно отвернулся, когда она открыто на него посмотрела. Только Рик, пожалуй, ни разу на неё и не глянул. Им надо поговорить. Им очень надо поговорить!

Цирк ждал на развилке дорог — больше десятка разноцветных фургонов. Рик помог ей выбраться, точнее, опять подхватил и поставил на землю.

— Отдохните и разомните ноги — посоветовал он, — ехать придётся долго, к вечеру доберёмся до деревни, переночуем, завтра будем в городе Раби. Там стоим три дня и даём представления, у нас квиток.

Она только дернула плечом — ей какое дело до представлений и каких-то квитков? Раби… тоже город Венешей. Почти на границе графства.

— Нам надо поговорить, эсс, — сказала она. — Эсс Кан, да? — она решила держаться с ним учтивее, и заодно более официально.

— Просто Рик, — поправил он. — Ваш муж.

Он взял её под руку и отвел в сторону, показал на поваленное дерево, предлагая сесть. Сам тоже сел, вытянул ноги.

— Даже не думайте, что я действительно буду вашей женой, — на всякий случай уточнила она. — Это нелепость!

— Мы уже договорились, — он кивнул.

Она продолжала:

— Я оплачу вашу помощь. Пятьдесят дреров серебром будет достаточной платой за сопровождение меня в обитель Белых Сестёр? Это два дня пути отсюда. Если, конечно, не давать представления.

— Мы не можем их не давать, — возразил Рик спокойно. — Все эти люди должны заработать. Мне интересно другое: вы ушли из замка в чём были, откуда у вас деньги?

— Это не ваше дело, — огрызнулась она.

— Конечно, моё, — не согласился он. — Как я могу рассчитывать на деньги, если знаю, что их нет и быть не может? Хорошо ещё, что заранее ту плату взял, всё-таки пять золотых на дороге не валяются.

Он улыбался. Он был несносен!

— Я смогу расплатиться, — заявила Ринна, — настоятельница монастыря кузина моей мамы. Она одолжит денег и поможет в остальном. Я вовсе не нищая, что бы вы там ни думали. Просто проводите меня до монастыря!

— Хорошо, — Рик пристально посмотрел не неё. — Но по закону вы моя жена. Я отвечаю за вас, обязан заботиться, ну и всё такое. Каким образом я оставлю вас где-то в монастыре? Так не делается.

— Очень просто, мы разведёмся, — сказала Ринна. — Ведь это и подразумевалось?

— Не знаю, — усмехнулся Рик. — Напомню вам, что первый возможный срок для развода — три года, и то если брак бездетный. Хотите прожить это время в монастыре, формально являясь моей женой?

— Три месяца, если брак не осуществлен! — напомнила Ринна.

Запираться в монастыре на три года она не собиралась ни при каких обстоятельствах.

— Тогда придется назвать причину. Увы, но отказ невесты после венчания — не причина. По закону вы обязаны мне позволить гм… осуществить брак, да, — он улыбнулся, окинул её заинтересованным взглядом. — Я должен заявить, что неспособен?

— Почему нет? — сухо согласилась Ринна, — я и за это вам заплачу. Хотите ещё тридцать? Хорошо, я дам вам сто дреров, если довезёте меня и заявите, что вы… вы поняли.

— Целых сто дреров за то, чтобы так себя оговорить? — теперь он откровенно рассмеялся. — И это может случиться лишь через три месяца, ближе к Новогодью, значит. Так что нам не резон торопиться в этот ваш монастырь.

— Не выдумывайте, — отмахнулась она, — и давайте не будем усложнять. Проводите меня до монастыря, получите деньги, и мы можем забыть друг друга. Дальше я всё решу сама. Я слышала, что у вас, циркачей, венчание в Храме — не такое уж важное дело…

— Вы неправильно слышали, — перебил он, хмурясь. — Мы не всегда венчаемся, это верно, но, когда такое случается, это важно. Ладно, я понял. Доставить вас к тётушке? За сто дреров? Хорошо. Дальнейшие проблемы останутся вам? Договорились. А пока вам придется пожить с нами. Видите, у нас всё просто. Вам не станут прислуживать, уж простите. Но будут очень уважительно относиться — как к моей жене. И я против вашей воли пальцем вас не трону.

— Вот и хорошо, — согласилась она, в глубине души чувствуя себя задетой, хотя причину этого не понимала.

Он продолжал исподлобья её разглядывать, и о чём только думал, интересно? Она встала.

— Я вынуждена попросить у вас взаймы, эсс Рик. Дреров десять хотя бы. Сожалею, но я действительно вынуждена…

— Что вы, дорогая, — по его губам скользнула усмешка, — я ваш законный муж, а у мужей не одалживают. Я вот, знаете ли, вчера немного заработал, а вам надо приодеться. Приедем в город — пройдётесь по лавкам.

Значит, он подумал о том же самом — у неё нет одежды. Совсем нет, даже сорочки на смену! Это унизительно, это то, что она ещё припомнит королю! Но нет, не думать пока. Про короля и королеву, про Клайка и Бьюлу. Они все выбросили е ё. Прогнали. Радуются? Она мешала кому-то? Особенно королю, чтобы он захотел показать свою власть таким образом?

Ещё она тревожилась о Мике. Рысь ушла — куда? Она вернётся в Ленгар, не найдёт хозяйку, будет поймана и очутится в зверинце. А может, брат прикажет отпустить её в лес, он не жесток. По крайней мере, убивать не станет. Значит, всё поправимо.

— Ответьте мне, эсс…

— Прекратите всё же называть меня эссом, — попросил он мягко.

— Рик. Это ведь сокращение? Как будет ваше полное имя?

— Что? — кажется, он удивился. — О Пламя. Да за вами глаз да глаз нужен! Я имя в Храме называл. Вы сегодня замуж вышли, не слушая, за кого! А векселя подписываете, не глядя?

— Не смейте так говорить, вы, невежа! — вспыхнула Ринна. — Вам трудно мне ответить?

Циркач намекает на её глупость и неаккуратность? Да она ни разу ещё не подписала бумагу, не прочитав! Но сегодня, действительно, получилось плохо.

— Меня зовут Рик. Рик Кан, — сказал он, встал и отряхнул штаны. — отдыхайте, скоро трогаемся. И я бы на вашем месте прогулялся вон в те кустики, — он показал направление.

Она смутилась. Что за мужлан, разве благородный мужчина даст девушке такой совет! Она и сама прекрасно знает, что ей нужно, а что нет!

— Из-за вас потом весь обоз останавливать не хотелось бы, сами понимаете, — добавил Рик и отвернулся.

Совсем неплохо путешествовать в хорошей карете, с компаньонкой или родственниками, с горничными, среди кучи подушек, и чтобы можно было читать книги, а в ногах устраивалась Мика, от которой горничная и компаньонка старались бы незаметно отодвинуться. Теперь была повозка, к счастью, пустая — Ринна с ужасом ожидала, что придётся тесниться среди чужих людей, к тому же циркачей. Когда Рик подвёл её к этой маленькой кибитке и откинул полог, она вздохнула с облегчением. Ещё он принёс ей холодного жареного мяса на куске чёрствой лепешки и кружку душистого травяного чая.

— Чего-нибудь существенного поедим в деревне, — пояснил он, — а пока так. Отдыхайте, там внутри есть одеяла и подушки.

— Спасибо, — она взяла еду.

Вот вам и парадный завтрак, леди Ринна Венеш.

Остальные циркачи ели вместе, расстелив пеструю скатерть на земле между повозок, они разговаривали, смеялись, с любопытством разглядывали Ринну — издалека. И хорошо. Ей не хотелось бы оказаться за этим «столом». Она не стеснялась и перед высшей знатью всех королевств, но в том и дело, что там она была рыбкой в своем озере. А эти люди, циркачи, были другими.

Ринна наскоро поела и забралась в кибитку. Пол там покрывал кусок потертого шерстяного ковра, сбоку стоял сундук, пристёгнутый ремнями — чтобы не болтался во время езды, на нем — тюк из цветных лоскутных одеял. Две подушки в цветных чехлах валялись в углу. Спереди, где место возницы, и позади — просто сдвинутые занавески из такой же парусины, что и крыша, можно пройти сквозь повозку, не задержавшись. Ничего лишнего. Да чего уж там — ничего нужного! То ли дело удобные сиденья кареты, где к тому же можно закрыть дверь и даже запереть её изнутри!