Наталья Самсонова – Невеста Черного Герцога, или Попала в драконий переплет! (страница 47)
– Зачем они здесь? – сощурилась я, увидев диррани Вердани.
На плечах драконицы лежал подбитый мехом плащ. И я ясно чувствовала свой цветок, который покоился где-то в складках богатого одеяния.
«Молодец, Лидан», мысленно похвалила я ворона. И в ту же минуту он плавно опустился на мое плечо.
– У них был тот же вопрос,– усмехнулся дирран Кассери. – Они хотели остаться дома, чтобы проследить за приготовлениями к вашему возвращению.
– Мое возвращение явно не планировалось,– вздохнула я.
Ответ целителя не сделал происходящее понятней. И я, оглядевшись, нашла взглядом Ферхарда. Вздернув Крессера на ноги, он магией волок мерзавца к каретам.
– Что происх…
– Тише, тригастрис, молю. Полог неприметности тяжелая вещь,– прошептал дирран Кассери.
Крессер, бившийся в жгутах магии Ферхарда, выглядел так жалко и сломлено, что мне хотелось смеяться. Нет, меня не радовал его страх…
«Не лги себе», подумала я. «Мерзавец заслужил все и даже больше. Что бы ни происходил дальше, Крессер все это заработал. Стоит начать с того, что смерть Эльсиной Тремворн на его совести».
И мне, если честно, это было до дрожи непонятно. Ведь ясно, что влюбленная девочка за толику ласки и тепла весь мир окутает своей силой! Увы, но мне не достало воспоминаний о том, как Крессер впервые пришел к ней с семенами.
«Матушка так сильно запугала Эльсиной, что девушка и слышать ничего не хотела о развитии своего дара», прошелестел в моей голове голос Богини.
«Вы здесь, Пресветлая».
«Я была здесь с самого начала брачного ритуала. Если бы твой дракон не пришел, то мне бы достал силы вмешаться. Но дальше я мало что могу сделать. Найду тебе сестер по дару и усну. От меня мало осталось», голос богини не внушал былого трепета.
Либо я привыкла, либо она действительно изрядно ослабла.
«Боги сильны человеческой верой», вспомнила я. «Что ж, думаю, в Черном Герцогстве не будут против почтить Пресветлую».
– Это он!
Тонкий взвизг Софьеррель заставил меня вздрогнуть.
– Фер, клянусь, это один из служителей Киссар. О боги, он обманул нас всех.
Драконица прижала руки к губам и явно готовилась упасть в обморок, вот только…
– Да что ты,– едко выплюнул Крессер,– еще бы ты меня не узнала. У Киссар ты без меня справилась, красавица.
Все-таки мое похищение это совместная работа Софьеррель и Крессера, но неужели все прошло без Тайверри?
– Как ты смеешь обвинять меня? Я едва не сошла с ума! Лишь осознав, что Эльсиной в салоне я сразу же, сразу же поставила в известность нашу охрану! Ни минуты не потратила зря,– выкрикнула Софьеррель.
Крессер же захохотал. Он заливался смехом, а после потребовал, чтобы его развернули лицом к герцогу:
– Знакомы ли тебе длинные изумрудные серьги? На витой цепочке, с инкрустацией из бриллиантовой крошки? Серьги парные, но выглядят по разному – левая подобна виноградной лозе, а правая в виде плюща. И все это от того, что…
– Что раньше это было две пары серег,– выдохнул герцог,– а после по одной было утеряно.
– Вид не имел значения, ведь истинная ценность была в изумрудах – они несли в себе чистую магию. Магию, которая помогала женщинам выносить ребенка,– продолжил Крессер. – Ты найдешь эти серьги в моей келье, в сундуке.
Лидан каркнул и несколько воронов слетели с близлежащих деревьев.
– Здесь весь клан? – нервно спросила Софьеррель.
– Я искал свое сокровище,– ровно проговорил герцог.
Но я видела, что ему не по себе.
«Что-то пошло не так», ясно осознала я. «Какие-то серьги, беременные женщины… У Ферхарда есть беременная любовница?!».
Поежившись, я вышла из-под полога неприметности и медленно направилась к герцогу. У него достало сил улыбнуться мне и шепнуть:
– Я не хотел впутывать тебя в это все.
– Мне казалось, я итак по уши в этой истории,– тихо рассмеялась я.
Крессер бросил на меня взгляд полный ненависти:
– Все из-за тебя, мерзавка.
– Ты не смеешь обращаться к тригастрис,– резко произнес герцог и чуть шевельнул кистью.
Это этого движения жгуты крепче сжали тело Крессера и тот едва слышно застонал. Ему было больно и страшно. Как мне.
– Мы поменялись местами, Крессер,– тихо проговорила я. – Не думаешь, что стоило отступить?
– Я видел, как ты играла с цветами,– прошипел он. – И я пришел тебе на помощь, когда ты осталась одна. Но ты не захотела чаровать для меня!
– Я многого не знала, а ты ничего не объяснил,– скупо проронила я. – Прошлого не изменить.
– Зато можно посмеяться,– выплюнул он.
– Над чем? – я недоуменно вскинула брови.
В этот момент из церкви вышел высокий, худощавый мужчина. В руках он нес холщовый мешочек. Передав его герцогу, оборотень вновь обратился вороном и взлетел.
Вытряхнув на ладонь украшения, герцог с болью прошептал:
– Те самые. Откуда у тебя родовые артефакты Эльтамру?!
И Крессер захохотал. Его «посмеяться» превратилось в громкий, заливистый хохот. Пугающий хохот – нормальные люди не издают таких звуков!
– А-а-а,– выдохнул он, когда растратил силы,– узна-ал. Ты не думай, я эти цацки не с трупа снял. Выкупил у разорившегося артефактора. Он все свое состояние за них отдал, надеялся, что сможет очистить и перезачаровать. Помнишь, на соседней с вами улице жил старый Боуи?
Вздрогнув, я медленно покачала головой:
– Матушка не позволяла далеко уходить.
– И вырастила в итоге беспомощную тряпку,– хохотнул Крессер. – Боуи писал мне, просил помощи в очищении камня. Но мы их даже из оправы вытащить не смогли, надежно зачарованы твои артефакты, Эльтамру.
На герцога было больно смотреть – напряженная линия закаменевших плеч, пустое выражение лица и слепая ярость в глазах.
– Зачем ты рвешь себе душу, Ферхард,– к нам подошла Софьеррель,– упокой мерзавца, пока он не принес еще больше бед.
– На чужой земле я не могу вершить правосудие без присутствия королевских слуг,– скупо бросил Ферхард. – Как ты расплатилась с семьями магов, что погибли, удерживая свод вашего рудника?
– Что? – вздрогнула диррани Вердани. – Это было семь лет назад, Фер. Думаешь, я помню?
– Семеро одаренных магов погибли в обвалившемся руднике,– Ферхард стиснул в кулаке серьги,– ваша семья должна была разориться на выплатах семьям, ведь кроме рудника у вас ничего не было. За голову мага платят тысячу золотых монет ежегодно или пятьдесят тысяч единоразово – именно столько, по мнению королевских чиновников, стоит жизнь одаренного. Даже мне было бы трудно вытащить столько монет из казны.
– Мы ежегодно решаем этот вопрос, Ферхард,– скупо проронила Софьеррель. – Ежегодно. У нас нет столько денег, чтобы выплатить единоразовую сумму. Эти пиявки присосались к нам и… Я не хочу об этом говорить! Ради Пресветлой, когда мы уже вернемся домой? Здесь холодно и страшно.
– Так же холодно и страшно, как в тот день, когда ты вырвала эти серьги из ушей собственной сестры? – прямо спросил герцог Эльтамру.
Я не рухнула в снег только благодаря диррану Кассери.
«Что?!», в моей голове пульсировал лишь этот вопрос. Я подозревала Вердани в том, что они хотят воспользоваться ситуацией и заполучить герцогство, но никак не в том, что они изначально все это начали!
– Я начал приводить в порядок дела, Софьеррель,– Ферхард криво усмехнулся,– запросил документы из банка. Твоя сестра одалживала тебе крупные суммы, верно?
В этот момент ворон на моем плече тихонечко, но очень саркастично каркнул.
– Верно,– согласился герцог,– она дарила тебе крупные суммы, потому что ты никогда не возвращала. Но рудник иссяк. Вместо того чтобы с умом распорядится оставшимися запасами, вы решили углубить его. Загнали туда магов и…
– Закрыли,– Софьеррель тряхнула головой,– кто мог знать, что эти недоучки обрушат своды рудника себе же на головы?! Это не мы должны их семьи содержать, а они нас! Их недомаги уничтожили достояние моей семьи!