Наталья Самсонова – Невеста Черного Герцога, или Попала в драконий переплет! (страница 27)

Пропустив Шайлу вперед, я покинула свою комнату.

С Ферхардом и Лиирой я встретилась уже в холле. Взволнованная драконочка сжимала в руках драгоценную брошку, которая своим стилем перекликалась с тиарой и ожерельем.

Гувернантка с поклоном приняла шаль из моих рук и обернула ее вокруг плеч девочки. А после сколола брошью.

– Спасибо,– Лиира робко улыбнулась.

– Тебе спасибо,– я подмигнула ей. – До тебя я ни разу не встречала таких славных и смышленых драконочек.

Если честно, я боялась, что девочка откажется от моей шали. Меня бы это огорчило, но достаточно умеренно.

Вообще, мне кажется, что Софьеррель пыталась вызвать в Лиире ревность. Очень часто дети пытаются не допустить чужого взрослого в свою налаженную жизнь.

Быть может, здесь иные нравы? Или это малышка Эль-Ру такой уникум? Ведь даже с поддержкой Вердани она не стала «нападать» на меня.

«Хотя, возможно, я не до конца осознаю, как сильно давит на нее статус бастарда», отметила я про себя.

Через несколько минут мы уже сидели в карете. Гувернантка Лииры вполголоса напоминала ей правила, а я подслушивала.

Оказывается, в этом мире не принято хлопать в ладоши. Вместо этого маги и колдуньи создают сияющие шарики света. А немаги используют для этого специальные артефакты. К концу представления актеры получают «приз зрительских симпатий» в виде шариков. Каждый зритель сам решает, к кому подлетит его творение.

Разговаривать нельзя. Охать, ахать – тоже. Допустимо лишь прикрывать ладонью рот – это для женской части зрителей. Мужчины должны претерпевать эмоциональные муки молча.

В этот момент карета остановилась, и кучер открыл дверцу.

– Мы не пойдем через холл? – расстроилась Лиира,– зачем тогда это все…

Она потянула себя за брошку. И тут же ойкнула, когда ее по руке шлепнула тонкая указка гувернантки:

– Разве так следует благодарить за доброту? Не смотрите так, каддири Юлия. Это не больно.

Но я, не веря, протянула свою руку и жестом попросила хлопнуть меня.

Ох.

– Холодно,– отметила я.

– Причинять детям боль есть наивысшая глупость, призванная запугать малыша,– гувернантка пожала плечами,– а это просто охлаждающий артефакт. Он привлекает внимание, но не причиняет боли.

– И не унижает,– герцог повел плечом,– аристократов воспитывают столь же жестко, сколь и обычных жителей нашего королевства.

Ага. Если бы я еще знала, насколько все это строго… Хотя, помнится, в наших Академиях в прошлом секли розгами. Что ж, полагаю, некоторые моменты быта этого мира и моего перекликаются.

– Мы меня прячем,– серьезно сказала я малышке. – Стала бы я стесняться, что такая славная девочка согласилась принять мою шаль?

Лииру такой ответ поставил в тупик. Она явно не представляла себе, что могла бы отказаться.

– Она мечтала о том, что хоть кто-то признает ее существование,– весомо проронила няня, когда неугомонная малышка первой выскочила из кареты.

Герцог, выскочивший следом за племянницей, ничего не услышал. А я, пользуясь моментом, тихо спросила:

– Но ведь тригаст Эльтамру души в ней не чает.

– И она в нем. Но это совершенно другое,– гувернантка улыбнулась,– вы поймете позже.

– Вы уверены?

– Абсолютно.

Герцог, поймавший Лииру, подошел к карете и подал мне руку. А после кучер помог выбраться диррани Авайр.

– Это не черный ход, а личный крытый переход,– наставительно проговорила гувернантка, перехватившая свою подопечную. – И поверьте старой диррани, нас увидит достаточное количество благородных зрителей.

Она оказалась права. Мы шли по отгороженному колдовскими барьерами коридору, но там, за мерцающей преградой, находился большой, ярко освещенный зал. Зал, по которому плавно фланировали группки аристократов. Они не пялились на нас открыто, но я нет-нет да и ловила на себе чужие взгляды.

Пройдя в личную герцогскую ложу, мы заняли центральные места, а спустя десяток минут к нам проводили чету Вердани.

И я могу поклясться, что Софьеррель перекосило, когда она увидела шаль на плечах малышки Лииры.

– Самое болезненное, это публичный отказ от связи,– проронила драконица,– надеюсь, моей племяшке не придется пережить такую боль.

Даже в полумраке ложи мне было видно, как побледнела маленькая драконочка.

– Клянусь своей силой, что решение признать существование Лииры Эль-Ру было осознанным,– холодно проронила я. – И так же я не вижу ни единой причины, по которой могла бы совершить такое чудовищное преступление. Предать доверие ребенка… Нет, диррани Вердани, такая низость убьет меня раньше, чем я успею сказать хоть слово.

Драконица пошла пятнами.

И тут в мою голову закралось подозрение… Неужели она могла так поступить с малышкой Лиирой?! Публично сорвать с ребенка одежду и…

«Нет, даже у подлости есть границы», я покачала головой. «Софьеррель змея, но ведь она любит свою племянницу».

В зале медленно погас свет.

Представление началось.

И я забыла, как дышать. Мне казалось, что никто и ничто не сможет меня впечатлить, но…

Смогли. Дивные голоса, мелодичные песни и невероятная пластика актеров. Бесподобные одежды и магия.

Это было полноценное кино, ведь иллюзии заменяли декорации. Здесь были и горы, и долины, и реки с озерами. А еще в зал неслись и порывы ветра с цветочным ароматом, и едва ощутимые брызги чистейшей горной воды.

Свой первый огонек я разожгла с чувством непередаваемого восторга.

После второго акта, погрузившего нас в атмосферу колдовского леса, я хотела зажечь десяток огней – настолько мне все понравилось.

– Быть может, мы закончим вечер в ресторации Гильермо? – небрежно бросила Софьеррель.

– Вы намеренно забываете о присутствии Лииры? – удивилась я.

По губам диррани Авайр, что все представление простояла позади нас, скользнула тонкая усмешка.

Но Софьеррель выкрутилась довольно ловко:

– У Гильермо подают великолепные десерты.

Только что сонная малышка тут же встрепенулась. А я, улыбнувшись, разыграла старую карту:

– Я бы предпочла отправиться назад в особняк Эльтамру и не портить семейный вечер.

Драконочка задумалась, а после подошла ко мне и тихо сказала:

– Я с вами, каддири Юлия.

Ох. Возможно, этот покров и правда больше, чем просто формальность?

– Что ж, решено,– герцог холодно улыбнулся,– было приятно видеть вас, дирран Вердани, диррани Вердани.

Ого. Его слова произвели эффект ведра с водой. Кажется, эти напыщенные драконы были уверены, что герцог их уже простил.

Та-дам. В следующий раз будете думать, что и кому говорите.

В дороге Лиира уснула и не проснулась, даже когда остановилась карета. Кучер открыл дверцу, и герцог, подняв племянницу на руки, вышел наружу.

Я, с помощью кучера, так же соскочила на подъездную дорожку и…

– У нас гости?

Гувернантка, сошедшая следом за мной, нахмурилась: