Наталья Нестерова – Рехаб (страница 3)

В ответ Ростислав только ехидно усмехнулся, явно наслаждаясь своей властью.

В этот момент дверь распахнулась, и в комнату вошла девушка, уткнувшись носом в какие-то бумаги.

– Ростик, распечатай мне… – она не успела закончить.

Влад молниеносно подставил ногу.

Девушка – хрупкая, в строгом сером костюме – с размаху рухнула на него.

– Чёрт! – она отскочила, как обожжённая, поправляя сбившиеся волосы. – Буйных что ли завезли? Предупреждать надо!

Влад оскалился, ощущая, как впервые за долгие дни в его жилах пробежалось что-то похожее на жизнь.

– Вечер перестаёт быть томным, – проговорил он, нарочито томно. – Здравствуйте, мадемуазель. Меня зовут Влад, и теперь я буду жить с вами. – Он откровенно язвил, наслаждаясь тем, как её зрачки сужаются от гнева.

– Жить вы будете с нами ровно столько, сколько потребуется для вашего лечения, – холодно ответила она. – Я ваш психолог. Ксения Ниловна. Всего хорошего.

Ростислав Борисович, этот пузатый клоун в золотых цепях, закричал: "Раздевайся!" Влад медленно стянул футболку, не сводя глаз с Ксении.

"Может, вы поможете? А то я, знаете ли, после детокса," – он сделал слабоумное лицо, наблюдая, как на ее лбу появляется первая морщинка раздражения.

Она резко развернулась на каблуках, но в спешке не заметила, как из её аккуратного пучка выпала шпилька. Влад поднял её, поднёс к носу. Металл пахло чем-то неуловимо тёплым – не духами, не шампунем, просто… жизнью.

– Может, вернём сюда моего психолога? – еле слышно пробормотал он, но в ответ Ростислав только рявкнул:

– Раздевайся, сказал!

Влад медленно стянул футболку, не сводя глаз с двери, за которой исчезла Ксения. Игра только начиналась.

Глава 5. ИГРЫ РАЗУМА.

Ксения почти бежала по коридору, чувствуя, как тяжелые пряди волос рассыпаются по плечам. Аромат сандала и чего-то еще – может быть, гнева, а может, возмущения – окутал ее, как облако. Она резко распахнула дверь своего кабинета и влетела в ванную, хлопнув дверью так, что зеркало дрогнуло.

Отражение в зеркале дышало жизнью: раскрасневшиеся щеки, блестящие глаза, губы, сжатые в тонкую ниточку. "Ну и что, что я выгляжу на двадцать пять? Они все равно меня боятся", – подумала она, с силой втыкая шпильку в едва собранный пучок.

Ее боялись. Особенно пациенты других психологов. В центре была практика ротации, но почему-то именно к ее лекциям выстраивались очереди. Может, потому что она не врала. Никогда.

"Если бы я могла спасти хотя бы половину из них…"

Мысль оборвалась сама собой. Венера скоро уедет, а что останется? Новенькие, сломанные, злые. И этот… "Как он посмел?!"

Она сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

– Надо видеть в нем больного, а не мерзавца, – прошептала себе под нос, выдыхая весь гнев.

В этот момент в дверь постучали.

– Входите!

Дверь открылась, и на пороге возник… он.

Ксения ожидала чего угодно: ярости, сарказма, даже очередной провокации. Но не этого.

– Простите, – сказал Влад, опуская глаза. – Был напуган. Вел себя как дебил. Обещаю исправиться.

Ее брови взлетели к потолку.

– Я не мог не попробовать, – продолжил он, и в его голосе зазвучали нотки того самого озорного мальчишки, каким он, возможно, был до того, как наркотики съели его душу. – Вы очень красивая. И вас… хочется спровоцировать.

Он протянул ей розу. Не настоящую – скрученную из больничной салфетки, но с такой тщательностью, что лепестки казались почти живыми.

– Хотел бы заказать настоящую, но пока не получил местную валюту. Дело времени, поверьте.

Его глаза встретились с ее – темные, глубокие, как пропасть. "Удав, который уже решил, что кролик его", – мелькнуло у нее в голове.

Ксения взяла розу, сохраняя лицо каменной маской.

– Спасибо. Поделки приветствуются. Развивают мелкую моторику и… гибкость ума.

"Непробиваемая", – подумал он.

– Рад знакомству, – сказал вслух. – Еще увидимся.

Дверь захлопнулась.

Ксения опустилась в кресло, все еще сжимая в руках ту самую розу. "Диагноз. Надо показать психиатру", – пронеслось в голове.

Она машинально поднесла бумажный цветок к носу… и тут же дернулась, будто обожглась.

"Что за черт?!"

Резким движением она швырнула розу в урну и потянулась к стопке анкет. "Следующий пациент. Нужно сосредоточиться".

Но почему-то взгляд снова и снова возвращался к мусорной корзине.

А роза, будто живая, лежала среди бумаг, напоминая, что живые бывают не только розы, но и психологи.

Глава 6. УВИДИМСЯ, ПСИХОЛОГ.

Ксения Ниловна провела день на грани выгорания. Очередной пациент – молодой парень с пустым взглядом – только что признался, что носит в рукаве лезвие и ждёт «подходящего момента». Она уговорила его отдать острое, но после сессии дрожали руки. «Ещё один такой – и я сама сорвусь», – подумала она, наливая себе крепкий кофе.

В дверь постучали. Венера. Девушка должна была уехать завтра, но сейчас её глаза блестели неестественным возбуждением.

– Ниловна, а если я не хочу уезжать? – прошептала она, сжимая в руках скрученный в трубочку листок. – Папа написал… Говорит, мама меня просто заберёт, а потом снова сдаст в дурку.

Ксюша почувствовала, как лёд скользит по позвоночнику. Она знала: если Венера передумает – срыв неизбежен.

– А ты ему что ответишь?

– Что он… Венера закусила губу, потом вдруг распрямилась: – Что он конченый наркоман и мне его не жаль.

Ксюша не сдержала улыбки. Прогресс.

– Значит, завтра едешь с мамой?

– Значит, завтра еду.

Они переглянулись – и обе фыркнули, как заговорщицы.

Такие отношения между психологом и пациентом, возможно, вызвали бы осуждение в академическом сообществе. Но пусть попробуют провести год бок о бок с человеком – две консультации в неделю, бесконечные групповые занятия, общие чаепития и прогулки по территории центра. Волей-неволей вы становитесь друг для друга чем-то большим. Не со всеми, конечно. Но если бы Ксения Ниловна встретила на улице любого из своих подопечных – трезвого, улыбающегося, живого, – она бы не задумываясь обняла его и сказала что-то тёплое. Просто потому, что все эти часы терапии, все эти разговоры не прошли даром.

Пока Ксюша задумалась, Венера ловко выскользнула из кабинета. Решив, что вокруг никого нет, психолог потянулась за телефоном – Миша наверняка уже заждался дома, – но резко обернулась, почувствовав чьё-то присутствие. Прямо перед ней возвышался Влад. Он стоял так близко, что ей пришлось запрокинуть голову, чтобы разглядеть его лицо. Оно было бесстрастным, но что-то подсказывало ей, что это лишь маска.

– У меня вопрос, – без предисловий выпалил он.

– Сколько длится программа или как позвонить маме? – съязвила Ксюша. – Стучаться не пробовал?

Она знала, что со стороны может выглядеть непрофессионально, но в реабилитации иногда именно такая прямота работала лучше дипломатичных формулировок.

– А вы точно психолог? – удивлённо спросил Влад.

– Нет, но очень люблю издеваться над людьми, поэтому сюда и устроилась.

Он замер на секунду, потом рассмеялся:

– Шутить изволите?

– Конечно. Ты врываешься ко мне без стука, когда рабочий день давно закончен, нарушаешь все границы – и мне молчать? Нет уж. – Резким движением она схватила сумку и потянулась за пальто, но Влад опередил её: