Наталья Медведская – Вернуться на рассвете (страница 5)

С хворостом они заявились последними. На поляне уже горел костёр, окружённый камнями. На больших раскладных железных треногах висели два казана с крышками. На вытоптанном пространстве вокруг костра разместили толстые стволы деревьев. Их белые остовы, лишённые коры, напоминали гигантские кости невиданных зверей. Поодаль лежала большая куча хвороста и толстых сучьев. Ирина добавила хворост к общей куче, следом за ней Эля бросила свой.

– Котик, а ты не надорвалась, пока несла столько веток? – с улыбкой обратилась к ней Диана Михайлова.

Щёки Эли порозовели.

– Сколько смогла, столько и принесла, – пробормотала она.

– Не цепляйся к ней, – бросился на защиту Эли Сергей Камышин. – Не всем же быть сильными как Ира или Зина.

Ирина промолчала, но сравнение с Зиной ей не польстило. Зина Тополь занималась толканием ядра, выглядела мужиковато, была массивной, крупной, с широкими плечами и квадратной фигурой без намёка на талию.

Уставшие туристы разместились на брёвнах в ожидании трапезы. Устроившись поудобнее, Ирина рискнула посмотреть на Олега. Она опасалась острой реакции, но на этот раз душа лишь чуть дрогнула, обида и боль гасили прежние чувства. Он расположился напротив неё и Эли рядом со своим другом Маратом. Непривычно видеть его крепким и полным сил. Перед глазами всё ещё стояло худое, измождённое лицо Олега, лежащего на кровати в больнице. Неудивительно, что она влюбилась в него: он красив той нежной, юношеской, незамутнённой красотой, что так нравится мечтательным девушкам. Прямо-таки принц, сошедший со страниц сказочной истории. Поймав насмешливый взгляд Марата, Ирина отвернулась. Прежде внешность Олега заставляла её сердце замирать от восторга, а душа, пронизанная первой искренней любовью, трепетала от переполнявших чувств. Теперь после жестокого удара по самолюбию, по её гордости она ощутила лишь лёгкое волнение. Сейчас могла спокойно наблюдать за ним, за подругой, за другими ребятами. Чтобы изменить будущее, ей нельзя мешать сближению Олега и Эльвиры. Раз они так горели желанием быть вместе, то пусть так и случится, а она пойдёт иным путём.

– Ребята, пока ожидаем, давайте сыграем во что-нибудь, – предложила Зина Тополь.

Сергей Камышин, прищурив серые глаза, которые на белой, не загорающей коже казались слишком яркими, радостно поддержал её:

– А давайте. В правду или действие. Для действия пусть каждый придумает что-то интересное. Только без глупостей, – предупредил он. – Без всяких поцелуйчиков. Днём как-то не комильфо целоваться с кем попало.

Катя Беленькая фыркнула.

– А ночью нормально с кем попало целоваться?

– Ночью все кошки серы. Даже ты, Катюха, сойдёшь за красотку.

Катя обиженно поджала губы, глаза налились слезами.

«Надо же я не знала, что Кате нравится Камышин, а вот она его раздражает», – заметила Ирина.

Так же она обратила внимание, что на Диану, которая возилась за крохотным раскладным столиком, нарезая на деревянной доске лук, внимательно наблюдает Ярослав Петров. Она и не подозревала, что спокойный, веснушчатый, рыжий увалень запал на вторую красотку в их классе, соперницу Эльвиры, Диану Михайлову. Хотя обе девушки блондинки с голубыми глазами, Диана казалась менее утончённым, изысканным и привлекательным вариантом. Михайлова выше ростом, шире в костях, волосы не такие волнистые, глаза светлее, ресницы меньше, нос длиннее. О соперничестве одноклассниц Ирина в курсе, но вот то, что они обе заинтересовались Олегом, понятия не имела. Пока Петров не сводил глаз с самой Дианы, она то и дело посматривала на Загорцева.

Написав записки с пожеланиями, ребята сложили их в чёрный непроницаемый пакетик. Раскрутив бутылку минералки, уставились на горлышко. Оно показало на Юлию Кирову, сидевшую на бревне, ссутулившись, как старушка. Юля растерянно поправила очки на узком носу, подняла глаза на Зину.

Тополь, ехидно оглядев растянутую широкую футболку и мешковатые спортивные штаны Юлии, спросила:

– Правда или действие?

– Правда, – пробормотала Юля.

– Тебе кто-то нравится из сидящих здесь парней?

Марат фыркнул.

– Точно! Я сразу подумал, что ты об этом спросишь. Для вас девочки это самый животрепещущий вопрос. Даже скучно стало.

Тополь распрямила и без того широченные плечи.

– Если тебе скучно можешь валить на все четыре стороны. Только я уверена: вам мальчикам это тоже любопытно.

– Из сидящих здесь парней мне никто не нравится, – вдруг ясно и чётко произнесла Юля.

– О как! – Зина покосилась на Тараса Крылова, который в это время засыпал в казан рис. – А не из сидящих?

Юля поджала узкие губы, в зеленовато-карих глазах промелькнула насмешка.

– Это второй вопрос.

Снова закрутили бутылку.

Катя Беленькая выбрала действие. Вытащив бумажку из пакета, прочитала:

– Погладить по голове Варвару Германовну и сказать: не расстраивайтесь, мы будем вас слушаться.

Под всеобщие смешки Катя приблизилась к преподавателям, расположившимся на живописной полянке с книжками в руках.

– Извините, Варвара Германовна, но мне выпало действие. – Проведя рукой по волосам учительницы, произнесла нужную фразу.

Засмеявшись, Варвара Германовна похлопала Катю по плечу.

Потом Эльвире, выбравшей правду, достался вопрос от Марата.

– По каким критериям определяешь, что друг настоящий?

Услышав вопрос, девушки разочарованно застонали.

– Можно было и поинтереснее задать.

Марат спокойно ответил:

– Мне это интересно.

Эльвира задумчиво провела пальчиком по губам, похлопала длинными коричневыми ресницами.

– Друг должен всегда поддерживать, помогать, для него ты всегда на первом месте.

Марат хмыкнул:

– Ясно. Похоже на критерии для слуги.

Услышав это, Ирина покраснела, догадалась камешек в её огород. А ведь он прав. Она всегда ставила интересы подруги на первое место, уступала во всём, всегда приходила ей на помощь. Не отдала только Олега и ошиблась, надо было отдать, не получила бы нож в спину.

Эльвира сделала обиженный вид, выглядело это весьма трогательно.

– Чушь!

– Как скажешь.

Игра продолжилась. Кому-то выпадало отвечать на вопрос, какой их любимый цвет, песня, блюдо? Другим, чем они занимаются по выходным, что предпочитают в одежде, каких животных содержат? Те, кто не желал отвечать, выполняли пожелания в записках. И тут уж посмеялись. Марату пришлось прыгать на одной ноге вокруг костра и бить себя кулаком в грудь. Ярослав Петров заунывно читал отрывок из Бородино. Рыженькая Алеся Бронская кукарекала и кудахтала. Олег спел куплет из забытой всеми песни Пугачёвой «Эй кто там наверху». Дошла очередь и до Ирины. Она выбрал правду. Катя Беленькая повторила вопрос Зины Тополь.

– Ира, тебе кто-то из нашей группы туристов нравится? Я имела в виду парней, – хихикнула она.

– Когда-то нравился. Сейчас никто, – твёрдо ответила Ирина.

– Так нечестно, – ухмыльнулась Катя. – Тогда назови того, кто раньше нравился.

– Как там говорила Юля Кирова: это два вопроса. Что было, то прошло. Ничего стоящего.

Подобный вопрос упёртая Зина Тополь чуть позже задала Марату. Он снисходительно, как на несмышлёныша, уставился на Зину.

– Чего вас, тебя и Катю, так зациклило на этом?

– А ты что трусишь признаться? Мы ведь не просим называть имя и фамилию. Нас здесь восемь девочек, трудно будет определить, к кому относится твой интерес и есть ли он вообще.

– Тебе так не терпится узнать?

Зина провела по коротко стриженой голове, нос картошкой задрала вверх.

– В общем-то, да.

– Особо заинтересованным отвечаю. Да нравится.

– Кто!? – хором воскликнули Зина и Катя.

Теперь уже Марат, засмеявшись, произнёс:

– Это второй вопрос.

Игра не успела закончиться, как Диана позвала к ужину. Так как стола не имелось, каждый из туристов, получив свою порцию, пристраивался там, где ему удобнее. Большинство ело сидя на бревне, остальные расположились с чашками на траве. Плов оказался вполне съедобным. Во всяком случае, казан опустошили.