Наталья Медведская – Вернуться на рассвете (страница 6)

Доедая свою порцию, Ирина усмехнулась: «Прекрасно и без меня справились. Не очень вкусно, но никто не отравился и не остался голодным».

После короткого отдыха все снова собрались возле костра. Исай Зиновьевич озвучил планы на будущее.

– Место отличное. Здесь останемся и на следующий день. До посёлка Пшада с учётом сегодняшних пройденных осталось двадцать восемь километров, ещё четырнадцать до водопадов. Если будем двигаться в прежнем темпе, то на месте окажемся через три дня, ещё два потратим до точки назначения: «Большой водопад». У нас целых пять дней в запасе, их распределим на отдых в удобных местах. В конце концов поход не спортивный, а просто развлекательный. Кстати, кто знает, что означает слово Пшада.

– Посёлок назван в честь реки Пшада. У этого названия два объяснения. Одни считают, что оно произошло от адыгского пшъэдэ то есть лещина, лесной орех. Другие тоже от адыгского пщэды, окутанное туманом место, – проявила познания Эльвира.

Ирина тихо хмыкнула. Кто бы сомневался, подруга опять использовала, рассказанное ей накануне. Ирина внимательно изучала будущий маршрут отряда. Сейчас Котова ещё поведает всем о дольменах. И Эля не подвела. С апломбом оповестила:

– А слово дольмены, которые мы собираемся осматривать от dolmen – от бретонского tol – «стол» и men – «камень». У адыгов есть своё название дольмена – «исп-ун». Переводится оно как «дом карлика».

– Молодец, девочка! Умница, Элечка. Вот так надо готовиться к походу.

Ирина украдкой посмотрела на восхищённое лицо Олега, он буквально пожирал Эльвиру глазами. Она попробовала глянуть на подругу его взглядом. Эля красивая, как Мальвина из сказки, только не с голубыми, а белыми волосами. И как он думает: умненькая, милая и добрая. Что ж Олежек вперёд и с песней, теперь она не встанет у него на пути.

Вечером в палатке Эля чуть смущённо поинтересовалась:

– Ты не сердишься, что я озвучила то, что ты поведала мне о дольменах. Нет же разницы, от кого ребята об этом узнают?

Укладываясь в спальный мешок, Ирина буркнула:

– Всё нормально.

А про себя подумала: «Почему я не замечала, что Эля часто выдавала её поиски и знания за свои?»

Хотя если размышлять справедливо, то никто не мешал первой рассказать, сама же промолчала. Перед глазами встал Олег, то, как он, стараясь не выдать себя, всё время смотрел на Элю. А когда наступил вечер, и у костра стали петь песни, уселся рядом с ней. Ирина не помнила, чтобы в прошлом он так активничал. Вроде тогда был более застенчивым и осторожным. Или она, будучи влюблённой по уши, просто не замечала?

Глава 3

Проснувшись, Олег обнаружил, что в больничной палате непривычно темно, не просто темно, стоял полный мрак. И это очень странно, ведь никаких ночных штор, кроме короткой тюлевой занавески на узком, безликом, пластиковом окне не висело.

Вероятно, ещё ночь, та самая, страшная, безлунная, глухая ночь, именно в такую он и боялся умереть. Он осторожно вдохнул, опасаясь ощутить сильную резь в груди, от которой хотелось выть и проклинать весь мир. Олег давно возненавидел своё слабое, никчёмное тело и если бы не страх смерти, то хотел бы прекратить эти муки. Три года назад его не слишком крепкого физически, но вполне здорового мужчину разбил инсульт. Правая половина тела полностью отказала, он превратился в беспомощного калеку. Впасть в уныние не позволила жена. Ирина верила, что он поправится и встанет на ноги. В больнице она не отходила от него, обтирала, кормила, ухаживала. Потом, научившись, делала массаж, поднимала ему настроение, ругала, когда он падал духом, хвалила за малейший успех. После выписки взяла дополнительный отпуск и продолжила реабилитацию дома. Когда он срывался и кричал на неё, она молча уходила на улицу и долго гуляла на свежем воздухе. Возвращаясь, спокойно, без упрёков, принимала его извинения. Только пару раз он слышал, как она плачет, и этот тихий плач рвал душу сильнее, чем уговоры. Благодаря ей, смог подняться, вышел на работу и целый год ощущал себя обновлённым человеком, пока один за другим сердечные приступы снова не уложили его на больничную койку. Последствия инсульта оказались катастрофическими, требовалась пересадка сердца. Олег знал, что не доживёт до этого. Как ни скрывали правду о болезни родители и жена, в больнице всё становится известным. У него оказалось слишком много времени на раздумье, особенно долгими ночами, когда измученная Ирина ненадолго засыпала. Олег вспоминал всю свою жизнь и пришёл к выводу: если бы у него появился второй шанс, выбрал бы другую женщину. Ту, о которой иногда грезил, что оказалась недосягаемой мечтой. Для него Эльвира осталась прежней воздушной девушкой, незамаранной пошлой обыденностью, нетронутой тяжёлой прозой жизни. Увидев её спустя двенадцать лет с момента последней встречи, он поразился тому, что она почти не изменилась, стала только краше. И хотя она стала матерью двоих детей, её сыну исполнилось одиннадцать лет, дочери девять, сохранила отличную фигуру и тонкий девичий стан. Будучи к тому времени в браке с Ириной десять лет, он настолько привык к жене, что воспринимал её как что-то постоянное, обыденное и давно изученное. Может, если бы у них появились дети, то их супружеская жизнь была бы интереснее и насыщеннее. Ирина и Олег были здоровы, это подтвердили и врачи, только вот наследники так и не появились ни через год, ни через два, ни позже. Брать малыша из детского дома Олег категорически отказался, боясь, что не полюбит чужака. Уверил жену, что им и вдвоём неплохо живётся.

После скоропалительного замужества Эльвира переехала жить в Подмосковье, где у её мужа имелся небольшой бизнес: комбинат по производству пластиковых труб. Бросив институт на третьем курсе, к учёбе она больше не возвращалась. Все эти годы Ирина поддерживала отношения с подругой, поэтому о событиях в жизни Эли Олег знал со слов жены. Пока Эльвира отсутствовала, он если и вспоминал о ней, то редко, вполне был счастлив с Ириной. Но когда семья Даньковых вернулась в Крымск, и муж Эльвиры Вячеслав открыл в городе прежний бизнес, они стали видеться чаще. Их семьи начали встречаться на праздниках и днях рождения. Невольно Олег сравнивал жену и Эльвиру. Он отдавал себе отчёт: Ирина замечательный друг и хорошая жена, но его сердце трепетало лишь при виде очаровательной, весёлой и лёгкой на улыбку Эльвиры. Она была какая-то необычная, неземная, ей хотелось читать стихи, держать за руку, любоваться с ней облаками. Она и одевалась как-то по-особому привлекательно, незаурядно и немного экзотично. Если случалось так, что на короткое время они оставались одни, Эля не любила шумных игр, к собственным детям относилась с холодком, то она ласково смотрела на него и вздыхала. Как-то, с печалью произнесла:

– Славик, меня совсем не понимает. Всё-таки разница в двенадцать лет сказывается. Часто бухтит, как старик и рассуждает, как динозавр. Так грустно жить с прагматичным и неромантичным человеком. Он мне словно крылья подрезает. Тебе не кажется, что мой муж и твоя жена похожи?

Олег так не думал, однако признавал: Ирина рассудительный человек и далека от спонтанных творческих порывов. Если у неё с Вячеславом и есть что-то общее, то это любовь к подвижным играм с детьми. Она с удовольствием возилась с сыном и дочкой Даньковых, возможно, этим восполняла отсутствие своих.

В другой раз Эльвира пожаловалась:

– Теперь я знаю, разница в возрасте препятствие не только для понимания, но и вообще…

Что за вообще? Она не уточнила, но на её прелестном лице застыла такая невыразимая тоска, что у Олега от жалости навернулись слёзы на глаза.

Эльвира грудным мягким голосом продолжила:

– Чем дальше, тем больше осознаю: выбрала не того человека. В тебе, Олег, я чувствую родственную душу, а Слава так и остался для меня чужаком.

Олег понимал, к чему клонит Эля, но совместного будущего не видел. Не готов ломать привычный, устоявшийся быт. От одной мысли, что может потерять жену, расстроит родителей, души не чаявших в невестке, предаст доверие Ирины, душа холодела, а сердце сжималось от страха.

Какое-то время Ирина не замечала его особого отношения к Эле. Но когда обнаружила, то начались упрёки и обиды.

Олег поморщился, вспомнив, самую первую ссору. Даньковы с детьми были приглашены на день рождения Ирины. Погода стояла тёплая, даже жаркая не смотря на середину сентября. Стол накрыли в летней беседке. Поздравив именинницу и вдоволь наевшись, дети потащили Ирину на спортивную площадку играть в вышибалу. К ним присоединился и Вячеслав. Отпив из бокала глоток вина, Эля отрешённо рассматривала лепестки роз, колыхающиеся на ветру.

– Ирина, когда-нибудь признавалась, что после того похода к дольменам, я передала через неё записку. Пригласила тебя на свидание, – вдруг заявила Эльвира.

– Что? – удивился Олег. – Ты приглашала меня на свидание?

– Именно.

– Но почему через Ирину? Почему не сказала сама?

– Я и сейчас не слишком храбрая, а тогда совсем стесняшка была. Поэтому попросила Ирину, отдать записку. Так она отдала?

– Нет, – признался Олег. – Ни о какой записке я не знал. – И хотя с тех пор прошла куча времени, Олег вдруг разозлился на Ирину за обман.

– Жаль я не знала этого. Решила, что ты меня отшил. От злости согласилась на свидание с Маратом.