Наталья Мазуркевич – Эльфийский для профессионалов (СИ) (страница 40)

– Ну, кроме тех, чьи тела теоретически хотят заселить другими жильцами, – определенно нет. – Аларис перевел взгляд на Алеста. – Юный отпрыск благородной семьи, а знаешь ли ты, почему твоему отцу приносят присягу именно после дня Лунной жатвы? – Эльф покачал головой. – Молодец, – неодобрительно буркнул дух. – Тари, а почему среди гномов так важен Третий день Отлива?

Дикарт прыснул со смеху, но быстро взял себя в руки, заметив мой мрачный взгляд. Да уж, нашел из-за чего смеяться.

– Давно, когда Подгорное царство еще не занимало такие территории и заселение подгорных земель только начиналось, гномы продвинулись так далеко и глубоко, что во время Великого Прилива затопило больше десятка поселений. За то время, что стояла вода, гномы потеряли пятую часть населения. Об этом стало известно лишь на Третий день после Отлива, когда из всех оставшихся и близлежащих к местам затопления поселений пришли списки выживших. В истории Царства это было первое, но не последнее затопление. Делались выводы, зоны катастроф становились меньше, правила – серьезнее, а наказания за халатность – жестче. Таких затоплений, как в день Великого Прилива, больше не происходило, но ежегодно в Третий день Отлива в Царстве проводится перепись населения. – Я тяжело вздохнула. – Об этом дне в Царстве знают все. Это наше горе и наша ответственность. Наглядный пример, к чему может привести неразумное использование силы даже с благой целью.

Повисла пауза. Алест сглотнул, догадываясь, что и с их Лунной жатвой дела обстоят нерадостно.

– Спасибо, – Аларис кивнул, будто учитель, принимавший выученный урок. – Все запомнили, чем памятен Третий день? Что касается Лунной жатвы, – дух мечтательно закатил глаза, – во многом этот праздник темного искусства стал памятен эльфам благодаря мне. По официальной версии.

– А фактически?

Дикарт хотел докопаться до истины. Алест бросил на него тяжелый взгляд, но промолчал.

– Фактически большинство приведенных в исполнение в тот день проклятий было направлено свыше. Ловцы подчинялись напрямую Владыке, а жертвами темных сил в тот день стали его политические оппоненты. Плохи они были или нет – вопрос не ко мне. Мы всего лишь исполнители, собравшие Жатву. Практически бескорыстно, хочу отметить.

– Темные не действуют бескорыстно, – напомнила прописную истину Аника. – И вы не тот… эльф, который стал бы работать даром.

– Не даром, но денег нам за это не прислали.

– Услуга?

– Что вы потребовали взамен? – понимая, что Аларис не хочет распространяться о выгоде для себя, поинтересовалась я.

Игнорировать мой вопрос дух не мог.

– Спокойные годы для работы и… все те души, что должны были покинуть этот мир. Убийство эльфа – преступление в глазах Эсталиана, а мы не хотели вечных мук в его чертогах. Убийство собратьев без их согласия – порок. Вот по их личной просьбе…

– Обойдемся без таких подробностей, – оборвала я.

– Как прикажете. – Мне шутовски поклонились. – Большое кладбище в Эстари, старой столице, до сих пор полно их живых тел. Но без душ это просто тела, практически трупы, разве что дышат иногда. Медленно-медленно. И будут дышать, пока кто-нибудь не отпустит души назад или не уничтожит их. Сейчас это уже не такое большое преступление – большинство тех эльфов лишилось своих привилегий. Они же пропустили Бал Цветов! – Аларис фыркнул. – И другие, если потребуется, пропустят. Корни аорской лихорадки так и не установили, верно?

Ответом ему была тишина. Аргументов ни за, ни против его версии у нас не имелось. Алест сидел бледный, как погребальный саван. По дрожащим губам можно было подумать, что эльф или вот-вот расплачется, или, напротив, разразится гневной тирадой в защиту предков. Но ничего не происходило. Алест смотрел в пол, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони.

– Достаточно. – Я поднялась и подошла к другу. – Ты себя ранишь. Думаешь, им легче станет, если прольется твоя кровь? Те, кого тогда прокляли, едва ли знают о твоем существовании. Да и Аларис любит приукрашивать действительность, – с нажимом на последние слова произнесла я.

Правда или нет, но эльфу лучше считать, что дух в очередной раз преувеличил, чтобы поиздеваться над ним лично и над всеми эльфами в его лице.

– Как вам будет угодно, – ехидно согласился дух.

– Тарь, не надо, – тихо попросил Алест. – Если моя семья виновата, то и я должен нести ответственность.

– Понесешь, – согласилась я, – если станешь Владыкой. А не станешь – незачем себя корить. Не ты таким образом прокладывал дорогу к трону.

– Но я должен…

– То, что ты должен, ты сделаешь. И чем дольше проживешь, тем больше успеешь. И для семей тех, кто пострадал, если тебе угодно. Но если будешь вот так пускать себе кровь, ничего дельного не выйдет. Нос выше! И мысли лишние убрать. Помогать нужно в порядке очереди. Первый в списке магистр Даналан, раз уж Эркина выручает дядя Алеста.

– Не лишено смысла, – подтвердил Дикарт и ехидно добавил: – Или ты испугался и решил выйти из дела?

– Я не трус! – закономерно выпалил эльф, порываясь сбросить напряжение проверенным мальчишеским способом – подравшись с оппонентом.

Его собеседник довольно усмехнулся.

– Не трус, но иногда пытаешься им выглядеть, – согласился Дикарт. – Вернемся к нашим эльфам. Про кладбище живых понятно, но зачем нам это знать?

– Всем обделенным склонностью к темному искусству лучше проводить ритуалы поближе к таким местам, – пояснила я. Хоть что-то полезное от чтения неодобренной литературы получила. – Тогда меньше потребуется собственных сил и нет риска умереть от потери крови. Разве что заражение получишь, но тут уж как духи распорядятся. – Я перевела взгляд на духа. – Ты считаешь, что магистра потащат туда?

– Если он уже не там. Эстари – старый город, строился в те времена, когда о союзах и договорах еще не думали. Эстари – не просто город. Крепость, которую не удалось взять даже гномам.

– Гномы не пытались, – буркнула я, припомнив, однако, все известные походы.

– Это не противоречит моим словам, – хмыкнул дух.

– Не знала, что духи эльфов тоже склонны к занудству.

– Как и все живые, – наставительно ответил Аларис. – Я и сам несколько лет провел в Эстари. Идеальное место для тайника. – Дух подлетел ко мне и шепотом, на ушко добавил: – Мы же заберем парочку моих игрушек?

– Смотря что ты хочешь взять, – не стала поспешно отказываться я.

Мало ли что и для чего имеется у эльфа? Кроме того, рычаг давления на крайний случай тоже не стоит терять.

– Дядя нас не отпустит, – выдал Алест, качая головой. – Мы же ему скажем?

Дикарт посмотрел на него, как на ребенка. Ну да, об опасных предприятиях только взрослых предупреждать, чтобы лишить себя перспективы погибнуть во цвете лет. Прекрасной перспективы.

– Скажем, – согласно кивнула я. Дикарт недовольно поджал губы. – Дик, ты хочешь войны? Если ты пострадаешь на территории Аори, начнется межрасовый конфликт. Поэтому тебя вообще брать нельзя. Одно то, что ты здесь присутствуешь, – уже нехорошо. Но мы будем считать, что Дикарт – частное лицо, а не наследник соседнего государства, и ни в какие сомнительные предприятия мы его высочество не втягиваем. По той же причине следует сообщить и магистру Реливиану. Чтобы потом у тебя не было проблем, если речь дойдет до разбирательства. Ты и так соврать не сможешь, что ничего не знал. Зато с чистой совестью скажешь, что не участвовал.

– Тари, ты меня пугаешь, – заявила Аника. – Ты так говоришь, словно наш план провалился.

– У нас его еще и нет толком. Тем не менее перестраховаться стоит. Знаешь почему?

Оборотница покачала головой.

– В Царстве говорят: если у тебя есть страховка, с вероятностью в девяносто девять процентов она не понадобится. А вот если ее нет – готовь кошелек к стремительному похудению. А я не хочу, чтобы мы по глупости влетели даже не на деньги, а на жизни. Поэтому, если мы полезем в Эстари, магистру нужно сказать все от и до. Да, героизма станет меньше, но выживаемость увеличится в разы. А я не хочу рисковать никем из вас. Возражения есть? Нет? Отлично, давайте решим, что сообщим старшим и в какой форме.

Магистр слушал меня внимательно и не перебивал. То и дело его взгляд соскальзывал на Алеста, оставшегося в комнате в качестве моральной поддержки. Аника и Дикарт стояли за дверью, хотя сомневаюсь, что они ограничились ожиданием и не подслушивали. Впрочем, от магистра можно было ожидать и такой подлости, как звуконепроницаемый купол.

– …мы считаем, что должны ему помешать, – закончила я. – К сожалению, прямых доказательств у нас нет, а потому любые действия по пресечению готовящегося произвола в рамках закона для нас невозможны. К тому же, если лорду Лаврану удастся задуманное, никто и не сможет его обвинить. Старый эльф закономерно скончается, а магистр Даналан явится на присягу как глава семьи. Аларис сказал, что обнаружить подселенца через сутки после проведения ритуала крайне проблематично. Аура затянет все прорехи. В случае с близким кровным родством процесс пойдет еще быстрее. И если мы правы, то на присяге появится уже не наш магистр, а его отец.

– И вы хотите вмешаться, я правильно понимаю?

Магистр говорил спокойно, без намека на обвинение или пренебрежение нашими выводами.

– Да.

– И для этого вы намерены?.. – эльф приподнял брови, желая выслушать наши предложения.