Наталья Мамлеева – Превращение Гадкого утенка (страница 8)

– Здесь говорится что-то про ундов.

Опять про них? Как же я устала от этого народа! Везде он фигурирует!

– Кто вам вообще сказал, что это не смонтировано? – устало спросил Фил.

– Я, между прочим, университет информации с отличием окончил! – огрызнулся Марк, нахмурившись, – и смогу отличить подделку от оригинала!

– Тише-тише, не ссорьтесь, – прервал молодых людей Стивен и посмотрел на своего внука. – Что-нибудь еще на корабле нашли?

– К сожалению, у штаба было скудное финансирование, поэтому и экспедиций осуществилось немного. В основном, это бортовые записи с компьютера. Может, что-то есть в столичном архиве? Там всё-таки бумажные экземпляры имеются, а судя по качеству голограммы, она была сделана очень давно. Так кто хочет заняться новым делом? Кому информацию скидывать всю?

– Скидывай всем, – ответил Стивен, чуть улыбнувшись, и в его взгляде заметно прочиталась гордость за родственника, – а дальше разберемся, что делать будем.

Согласились все. Получив файл, я погрузилась в чтение. Хотя ненадолго. Информации тут, действительно, было скудное количество, в основном это бредовые записи голоса капитана, которые гласили примерно одно и то же.

«Нас втянул переход между системами. Я попал куда-то, не знаю точно, обитаема ли это планета, но сейчас идет шестидесятый день экспедиции, и я надеюсь, что на этой неизвестной планете мы хоть кого-то найдем».

«Шестьдесят первый. Мы обследовали участок планеты. Продовольствие тут есть, живности различной очень много, но среди них совершенно неизученные виды. Растительность привычного зеленого цвета, хотя солнце радует своим теплом не очень-то приветливо. Горы… они буквально окружают нас! Кажется, у нас сломались биометрические датчики и датчики слежения. К чему бы это?»

«Восемьдесят восьмой день. Мне кажется, что здесь кто-то есть, в воздухе, но на земле мы никого не видели».

«Сто десятый день. Мы освоили местную флору и поняли, что она вполне пригодна для жизни, в частности для папугаитян».

«Сто двенадцатый день. Я не оставляю надежд увидеть местных жителей. Кажется, это драконы. Раньше я встречал нескольких только в первом круге систем. Мой экипаж стал отрицать увиденное, списывая это на галлюцинации».

«Сто пятнадцатый день. Корабль сломан. Экипаж улетел на спасательных капсулах. Я остался. Один».

Это всё. Все записи, которые имелись в наличии. Ни координат этой планеты, ни данных о других членах экспедиции, ни сроков, ничего. Я нахмурилась и посмотрела на время. Уже пора закругляться.

Даррелл сегодня был на автокаре, о чем я немного сожалела. Так хотелось вновь прокатиться на гравицикле! Хотя о чем это я? Хорошо, что босс вообще предложил подбросить до автомастерской! За день я ужасно устала, сказывался конец рабочей декады, салон был удобный, и молчать в компании Даррелла было необычайно комфортно.

– Истэт?

– Да? – отозвалась я, смотря на проплывающую мимо огромную статую, символизирующую мир во всем мире, причем изображалась она в виде солнца, захваченного в руки.

– Я завтра заеду за тобой в шесть часов утра, тогда отправимся в космопорт.

– Нет-нет, – замотала я головой, – ни в коем случае! Тебя не должны видеть мои родственники, давай лучше встретимся непосредственно на месте? Хорошо?

– Как скажешь, – нехотя согласился мужчина, он был какой-то напряженный.

– У тебя что-то случилось? – аккуратно поинтересовалась я, а мужчина чуть заметно поморщился.

– Родители. Они никогда не зовут меня просто так, – вздохнул он, – чувствуется мне, что ничего хорошего они мне не сообщат.

Он же его светлость? Значит, родители герцоги. Я его прекрасно понимаю, в таких семьях тяжело жить без давления сверху.

Тем временем мы приехали. Шеф аккуратно припарковался около автомастерской, чуть улыбнувшись мне и попрощавшись. Мы разошлись, чтобы меньше чем через сутки встретиться вновь.

– Береги себя, девочка, – расцеловала в обе щеки меня матушка, после чего наклонилась к уху, прошептав: – посмотри на столичных женихов, может, приглянешься кому?

– Мама! – воскликнули мы с сестрой, так как её шепот все-таки был достоянием моего окружения.

– Любава, я ведь просил тебя…

– Молчу-молчу! – поджав губы, ответила родительница, после чего сделала шаг назад, тогда обнял меня отец.

– Глядишь, свидимся раньше, чем ожидается, – сказал мужчина, и мы с сестрой наградили его изумленными взглядами. Но расспрашивать что-то у родителя было бессмысленно, как политик, он знал, что слово – серебро, а молчание – золото.

– Берегите себя тут, не скучайте, – улыбнулась я, потрепав брата по золотистой макушке.

Ребенок чуть нахмурился, но потом порывисто обнял меня за талию. Даже для дракона он был очень высоким мальчиком. Я улыбнулась Колину, чмокнув его в щеки, и развернулась, помахав родственникам на прощание. После чего уверенным шагом вошла в многоярусное стеклопластиковое здание космопорта, сразу же приметив своего шефа, который нервно смотрел на часы и перебирал в руке два металлических кубика – билеты в столицу.

Завидев меня, он облегченно выдохнул и кивнул, направившись ко мне. Сама картина мне понравилась: красивый и умный, уверенный в себе мужчина стоит и дожидается меня, нервно поглядывая на часы, а потом видит мою скромную персону и идет встречать меня.

Мелкие факты, такие как деловая поездка и мое небольшое опоздание, стоит опустить. Они явно лишние и не добавляют радости моему израненному самолюбию! Да-а, это был мой огромный минус! Никак не могла правильно распределить свое время! Хотя в свою защиту могу сказать, что последние дни являюсь на работу исправно.

– Ты опоздала, уже пошли пять минут резервного времени, – раздраженно констатировал Даррелл, после чего схватил меня под локоть и повел в сторону турникетов.

Резервное время… фи, подумаешь! У меня и похуже было, когда рейс задерживали из-за меня по звонку папы! А сейчас оставалось еще десять минут до тех пор, пока оно истечет, и корабль поднимется в воздух. Я прекрасно об этом была осведомлена (в виду опытности в данной ситуации).

Этот же педант вел себя очень нахально, поэтому я грубо выхватила свою руку из цепкой хватки и другой рукой ударила шефа по ладони, будто ребенка, взявшего сладкое в неположенное время, и с гордо поднятой головой направилась к турникету. Правда, вовремя опомнилась, поняв, что билет все равно у босса, остановилась и с невозмутимым видом дождалась его. В глазах мужчины мелькали победоносные нотки, на что я только фыркнула. Даррелл подал два кубика контролеру, мы прошли через турникет, скинув вещи на «ленту».

Кубики нам уже отдали в развернутом состоянии в форме карточек с указанием платформы, рейса, времени, места и прочей информации. Нас довезли до нужной площадки на открытом шаттле, после чего стюардесса проверила у нас билеты, дав нам с боссом возможность вновь оказаться вдвоем. Мы зашли в продолговатый обтекаемый корабль, прошли на второй этаж и уселись на свои места, пристегнувшись ремнями безопасности.

– Вот скажи мне, ты вообще с часами знакома? – тут же начал начальник.

– Что ты на меня ворчишь? – насупилась я, сморщив носик, – думаешь, я единственная такая опоздала?

– Уважаемые пассажиры, вас приветствует компания ПассажирКарТранс! Пристегните, пожалуйста, ремни безопасности, после взлета их можно будет отстегнуть, – раздался голос из динамика наверху.

Я еще больше насупилась, буркнув:

– Ну, может, и единственная…

Мужчина усмехнулся, но ничего не ответил (что было его совершенно правильное решение!), достав планшет и принявшись за чтение. От работы я устала, не была заядлым трудоголиком, в последнее время и так слишком погрузилась в раскрытие тайн ундов, так теперь еще и мысли камнем желаний заняты были. Вот чего Марку не сиделось спокойно? Так бы ничем не интересовалась и спокойно жила бы, а теперь любопытство съедает изнутри.

Я включила на свернутом в две тонкие полоски планшете музыку, наушники уже были подключены к нему через беспроводную сеть. Раздалась классическая музыка, и я закрыла глаза, погружаясь в сон, все-таки было еще раннее утро.

К сожалению, проспала я недолго. Меня разбудил крик грудного ребенка, который вопил и рвался к маминой груди, а она пыталась впихнуть ему в рот бутылочку с белой жидкостью. Сейчас мало кто кормит своих детей материнским молоком, предпочитая ему искусственную смесь, в которой, по заявлению торговых компаний, содержится больше полезных элементов, чем во всей природе вместе взятой. Я повернулась к Дарреллу, который с неким недовольством смотрел на развернувшуюся всему салону картину.

– Не любишь детей? – тихо спросила я, и начальник даже удивился, помотав головой.

– С чего такие выводы? Пока не пробовал себя в роли няньки, но, мне кажется, что я был бы не против иметь своего малыша, – ответил мужчина. – Всё-таки, мне уже пятьдесят девять лет.

– Да вы старик, – с сарказмом усмехнулась я, прекрасно понимая, что это самый расцвет сил. – Почему же тогда смотришь таким недовольным взглядом на ребенка?

– Перестань скакать с «вы» на «ты», выбери уже одну линию общения, и я предпочту, чтобы это был второй вариант, – мягко улыбнулся шеф. Я кивнула, всё еще ожидая ответ на свой вопрос. – Просто женщины, особенно в высшем обществе, совершенно обленились и не хотят выполнять прямые обязанности по кормлению детей. Я понимаю, иногда молока не хватает, но сейчас медицина легко лечит молодых мамочек. К чему тогда прибегать к помощи искусственных кормов? Нация слабее становится, – горько добавил Даррелл, а я прямо заслушалась его речью, приятно было наблюдать такую позицию мужчины.