Наталья Мамлеева – Истинная для демона, или Коснись моих воспоминаний (СИ) (страница 34)

– Моего отца, – прошептал Ямин и быстро пробежался по строчкам письма, с каждым мгновением всё больше багровея от злости. – Они использовали мантикору, чтобы заманить его в ловушку, где он не смог колдовать, а король Абикарда спас его своим «хитроумным» планом, хотя на самом деле мантикоры были ему подвластны и действовали на его стороне.

– Таким способом он вынудил твоего отца дать ему обещание защиты, а иначе…

– Иначе он бы понёс смертельное проклятие, – кивнул Ямин и вздохнул. – Суть проклятий всегда слишком неожиданна, поэтому её невозможно контролировать и лечить. Это идеальное оружие – связать человека его же обещаниями. Но непонятно, зачем он вообще решил включить в схему моего отца, когда мог просто управлять мантикорами?

– Инквизиция. Он боялся её. Об этом тоже говорится в письмах. Он уже думал, что в Абикарде наступило спокойствие, и прекратил свои исследования по чёрной магии, но, как видишь, для Абикарда ещё ничего не было кончено. Он ошибся. И не смог спасти свою семью в нужный момент.

Главное, что смог спасти самое ценное, что у него было, – Грету.

– Он много раз ошибался, – поморщился ас-алердин.

– Увы, – согласился Тамим. – Алтарь мне удалось найти по сигналу магии, а там обнаружил останки. Благодаря небольшому расследованию я смог выйти на дочь того самого Тильмана Шлейма, который занимался алтарями, и от неё узнал о живом и здоровом наследнике. Кстати, когда ты с ним виделся, проследил за ним? Я так и не нашёл его логово.

– Он сам нам про него рассказал. Его покровительница графиня Розали Хизаст. Они либо в одном из её поместий, либо в основном замке.

– Замечательно! Мы сможем лично поговорить с ним. Вдруг он что-то знает о тайных увлечениях своего отца?

– Знает, – заверил Ямин и раскрыл следующее письмо, хотя ему нужно было время, чтобы изучить их обстоятельно, а не между делом. – Но просто так не скажет. Не будет сотрудничать. Мне пришлось выбивать сегодня информацию о договоре силой, уверен, он знает, где копия. Я планирую к нему наведаться, быть может, в присутствии своего маленького сына он будет более сговорчив?

– Хочешь действовать грязно?

– Не хочу, – вынужден был признаться Ямин, – хотя он провоцирует меня. Отказывается расторгать помолвку. А я не планирую давать ему козырь в виде нашего с Гретой брака. Пока не подтвердится, что он не участвовал в нападении на моего отца, я не собираюсь родниться с ним.

Тамим помолчал.

– Грета… она такая маленькая и наивная.

– Она тоже хороша. Безоговорочно верит своему братцу, а на меня смотрела как на чудовище.

– Грета? Обычно она ко всем добра. Что ты сделал?

– Пытал её брата, – нехотя покаялся наследник Рагная.

– Неудивительно, – фыркнул Тамим. – Ты бы ещё убил его, а потом ждал, что она бросится в твои объятия.

Ас-алердин вспомнил, что вообще-то она так и сделала. Несмотря ни на что, доверилась ему, когда они улетали назад. Не ждала подвоха. Значит, она не злится за то происшествие и понимает его чувства? Возможно, он поступил плохо, но делал это на эмоциях, во взвинченном состоянии и из страха за отца. Фредерик определённо что-то знает, но говорить не хочет. И брак Ямина и Греты нужен ему исключительно исходя из собственных мотивов, а не для защиты сестры.

– Я был сегодня так зол, что вполне мог бы не рассчитать силу, – тихо произнёс ас-алердин. – На кону жизнь моего отца.

– Ему становится всё хуже?

– С каждым днём приближения свадьбы Греты. Видимо, проклятие обрело силу в тот момент, когда Роффе решил жениться на ней, приказал вернуться и начал подготовку к свадьбе: судьба принцессы была решена, женихом был не я, и магия взяла верх. Но отец будет жив, пока Грета не выйдет замуж, пока она свободна. – Тамим не ответил, и Ямин решил сменить тему: – Эти письма – единственное, что ты нашёл? Быть может, было что-то ещё?

– Остаточные следы магии и кости того, кто занимался вызовом мантикор. Кажется, его убрал сам король. Судя по сохранённым письмам, они не особо друг другу доверяли.

– Когда занимаешься противозаконной деятельностью, сложно друг другу доверять. Они оба находились в подвешенном состоянии.

– Что ты намерен делать, Ямин?

– Сложный вопрос, – тихо ответил демон. – Нам нельзя вмешиваться, Тамим. Абикард должен идти своим путём.

– Но это родина Греты. Тем более, если здесь замешаны мантикоры, это становится не просто абикардской проблемой, а аронхолльской.

– До свадьбы Греты осталось три дня. Завтра и послезавтра мы должны собрать доказательства причастности Фредерика к вызову мантикор. Если удастся, мы предъявим ему обвинения на мировом суде.

– Грета нам этого не простит.

– Она умная девочка, должна понять, чем могут грозить его увлечения для Аронхолла. – Ямин поднялся на ноги. – Но ещё до того, как Грета дойдёт до алтаря, один из нас должен забрать её отсюда. Если этого не сделаешь ты, сделаю я.

– Решим потом, – кивнул Тамим, вставая и протягивая руку ас-алердину.

Всё это время монтри сидел тихо. И лишь когда Тамим вышел, подал голос:

– Я тут что подумал… зря ты у неё на глазах брата пытал. Теперь она точно за тебя замуж не выйдет.

От такого заявления Ямин аж рот приоткрыл. Это когда он в женихи набивался? Он мог бы ответить монтри, но не стал, лишь вздохнул и прикрыл лицо рукой, думая, как выбраться из этой ситуации.

Больше всего его заботило ухудшающееся с каждым днём здоровье отца. Он прекрасно знал действие проклятия: оно окончательно заберёт жизнь алердина, если условие станет невыполнимым. В тот момент, когда Грета станет чужой женой, его отец вздохнёт в последний раз. И надо во что бы то ни стало успеть до этого времени.

Но что, если доказательства не удастся найти? Или наоборот, они найдут доказательства непричастности Фредерика? Сможет ли Ямин жениться на дочери того, кто своим решением едва не убил его отца?

Глава 15. Всё не так, как кажется

Утро не принесло желаемого облегчения. Сны теперь снились не только с участием отца, но и Фредерика – он выхватывал из ножен меч и бросался защищать меня, сражаясь с мантикорами. А когда монстр оказывался повержен, брат почему-то представал в образе Ямина…

Несколько раз за ночь повторялись одни и те же картинки, неудивительно, что проснулась я вымотанной и несчастной. Приподнявшись на локте, я вскрикнула, увидев в своей постели не только Сивиллу, но и Глеба. Пока я не разбудила его своим воплем, он спал между нами кверху лапками, смешно высунув язычок. Открыв глаза от моего визга, он поморщился.

– Кажется, он всё-таки относится к семейству волчьих, а не кошачьих, как мантикоры, – прошептала Сив, изумлённо взирая на зверька.

– Я не тот и не другой. И вообще не сравнивайте эволюцию нашего мира с вашей, – пробрюзжал монтри и, широко зевнув, уставился на меня. – Доброе утро, принцесса. Разговорчик есть.

– Я в ванную, – решила ретироваться Сивилла.

Подтянув к себе одеяло, я недовольно взглянула на зверька. Когда фрейлина скрылась за дверью, повесила вокруг нас полог тишины и спросила:

– Ну и какие же неотложные дела привели ко мне самого князя в такую рань?

– Обсудить кое-что надобно. Видишь ли, вчера мой подопечный… Ямин то есть, на твоих глазах мучил твоего же брата…

– Хочешь и ему слабительного подсыпать? – почему-то пришло в голову.

Монтри застыл, несколько обескураженный, и протянул задумчиво:

– Почему мне раньше не приходила такая мысль? Надо обмозговать. Позже. А сейчас я хотел о серьёзных вещах побеседовать.

– Вчерашний инцидент исчерпан. Я понимаю чувства Ямина, да и Фредерик, скажем так, его провоцировал. Я не настолько несправедлива, чтобы не заметить очевидного. Если ты пришёл сюда по просьбе ас-алердина…

– Ещё чего, буду я его просьбы сердечные выполнять, – фыркнул монтри. – Я тут по собственной инициативе. Послушать твои мысли о брате, спросить, как ты себя чувствуешь после столь шокирующих известий.

– Хорошо, – тут же ответила я и, чуть подумав, добавила: – Отлично! Мой брат жив. Разве это не повод для радости?

– Ямин её не разделяет.

– Я заметила, – едко промолвила, – и это его личные проблемы.

– Зря ты так. Он за тебя беспокоится.

– Он беспокоится за своего отца, – возразила я и обняла себя руками. – Впрочем, спасибо за поддержку. Если на этом всё, можешь быть свободен.

Развеяв полог тишины, я поднялась с постели, собираясь идти искать Сив, когда монтри добавил:

– Ты не доверяешь фрейлине, которая оберегала твою тайну весь вечер, рискуя собственной репутацией. У тебя явно проблемы с доверием.

– И неспроста.

– Я ведь помочь хочу!

Искоса глянув на зверька, я призадумалась. Если он действительно хочет помочь…

– Проси что угодно. Я ведь и раньше был полезен. Например, подсказал чудесные решения для платья.

О да, помню я эти «решения». Однако кое-что для него найдётся.

– Мне нужно проверить своих горничных. Кажется, одна из них или обе доносят на меня его величеству. Не знаешь, что можно с этим сделать?

Монтри прищурился и призадумался. Потом кивнул и испарился.

Прекрасный помощник.