Наталья Леонова – Я и Князь оборотней (страница 2)

– Не бойтесь, леди Стелла! Мы, собственно, к вам по делу. Вожак нашего клана просил разыскать вас и домой доставить.

Вот это новости! Домой? А где этот дом? Да еще кланы какие-то. Образование нам, конечно, давали не ахти какое, но я занималась самообразованием и много читала, потому про земные кланы представление имела. Из того, что знала, следовало, что клан и я ― понятия несовместимые. Меня в детском доме-то не брали ни в одну группу или коалицию, ущербной чужачкой считали. А тут прям клан, и их дела какие-то, со мной связанные, интересно-о-о-о!

– А вы точно уверены, что именно я вам нужна?

Мужчины недоуменно переглянулись между собой. А мой мозг, справившись с первоначальным испугом, приметил еще одну немаловажную деталь: рунные татуировки на шее незнакомцев. Рэперы? Байкеры? Уголовники? Или все же маги?

– Не уверена, что могу вам чем-то помочь, молодые люди, особенно в делах неизвестного для меня клана.

Полумесяц тяжело вздохнул. Разговор явно ему давался нелегко. Еще бы ― мужчине, да брутальной наружности, что-то объяснять женщинам вообще не положено. Мы, то есть женщины, в его понимании мироздания явно должны слушать его, открыв рот, и уповать на его благосклонность, а тут я, такая ущербная и непонятливая. Ухмыльнулась про себя и стою, дальше слушаю, но при этом все еще просматриваю удобные пути отступления.

– Леди Стелла, ― почти прорычал Полумесяц, ― давайте мы вас к вашей тете приведем, она вам все и объяснит.

Мои брови поползли вверх: тетя? Да я все свои двадцать один год родственников ждала, неважно, каких ― близких, дальних, хоть седьмая кровь на киселе, главное, близкие люди ― и никого, а тут целая тетя. Мой интерес возрос, но осторожность, привитая прожитыми годами в «гостеприимном» детском доме, не позволяла так быстро сдаваться.

– Вообще-то я сирота, ― объяснила я очевидные вещи, ― соответственно, у меня не может быть тети, ― и развела руками, пожав плечами.

Сказала, а червячок надежды все же приподнял голову. Ведь меня же кто-то родил, значит, и родственники могут быть.

Мужик-Полумесяц опять тяжело вздохнул и переносицу в отчаянии потер. «Ну я же не вру!» ― хотелось мне крикнуть. В гости ко мне никто не приезжал, на выходные и каникулы не забирал, даже не звонил никто ни разу, а тут оп ― и тетя, и понадобилась я ей зачем-то. Интересно, конечно, но информация в целом напрягающая.

– Мы предвидели вашу строптивость и нерешительность. Поэтому простите нас за дальнейшие действия, но другого выхода я не вижу. Мы долго вас искали, а время поджимает. ― И Полумесяц кивнул стоявшему в стороне второму мужчине. Тот раскрыл ладонь и дунул в мою сторону каким-то белым порошком. Я напряглась, попыталась отступить в сторону, но белый порошок достиг своей цели, и последнее, о чем успела подумать, когда мое сознание уплыло в темноту ― «усыпили, сволочи».

***

В себя я приходила тяжело. Голова гудела, как будто я в дупло с дятлами попала, а уж соображала-то как плохо ― словами не передать. Глаза пока тоже подводили. Открываться они не хотели. А может, я не хотела, чтобы они открылись и потрясли меня увиденным. Потому как, пусть и плохо я себя чувствовала, но память осталась при мне. Прекрасно помню странных мужиков и наш с ними разговор о предстоящей встрече с тетей.

Да я уже почти согласилась! Нужно-то было еще чуть-чуть информации уточнить, и все ― «Здравствуйте! Я ваша! Тетя!» А они ― усыплять! Ух, собаки облезлые, чтоб вас блохи закусали! На своем опыте знаю, неприятно это.

Был у нас в детском доме случай один. Привел Леонид, мальчишка лет десяти, озорной, с тонким чувством юмора ― это когда все вокруг от его юмора плачут, а он смеется… Так вот, привел он бездомную псину. Потайными тропами притащил и устроил ей лежанку под своей кроватью. Собаку жалко было, она грязная, худая, с печальными карими глазами, так на нас смотрела, что все притащили ей часть своего ужина. Впоследствии завтрак, и так каждый раз: что-нибудь да принесем ей из столовой.

Меня она к себе почему-то не подпускала, рычала, стоило только мне появиться в ее поле зрения. Это меня расстраивало. Мне тоже хотелось ее погладить, прижаться к теплому пушистому боку, даже против не была, чтобы она облизала мое лицо, как делала это другим ребятам (хоть я и предполагала, что это негигиенично!) Но нет. Та только рявкала на меня да шерсть дыбила.

Ах, ладно, отвлеклась я. Так вот, прожила собака у нас тайно всего-то ничего, недели две. Никто ее, конечно, не мыл, нас самих-то мыли один раз в неделю, а тут собака. В общем, блохи от нее перешли на кровать Леньки. От него ― на других пацанов и добрались в скором временем до нашей, девичьей спальни. В течение дня мы их не замечали, но вот ночью было туго. Они вроде и не больно кусали, но чесалось это место похуже комариного укуса, и бляшки после еще появлялись.

Воспитатели за голову хватались, не понимая, откуда у всех ребят такие пятна. В общем, собаку они нашли, нас всех наказали (лишили прогулки на неделю и сладкого), обработали все наши комнаты и кровати, да и нас заодно. У меня, как оказалось впоследствии, аллергия на укусы блох была. Так что пусть эти мужики непонятные тоже помучались бы! Вдруг и у них аллергия на блох есть!

Ну а теперь о насущном. Сколько я нахожусь в неизвестном месте? Непонятно. Порадовало одно: лежу точно на хорошей кровати, матрас мягкий, подушка ортопедическая, похоже, постельное белье пахнет луговыми травами, одеяло легкое, но теплое. Так, стоп! Если я под одеялом, значит, меня раздели, и кто, интересно? Не эти ли мужчины маги недоделанные, которые за мной приходили? Убью, если они! От мстительных мыслей отвлек меня неизвестный, но приятный слуху женский голос.

– Я вижу, ты уже пришла в себя. Не притворяйся, я чувствую, что ты проснулась.

Ну что на это ответить? Чувствуешь? Молодец! Проснуться я, может, и проснулась, а вот прийти в себя ― понятия расплывчатое, как и мое состояние. Но любопытство было всегда моей слабой стороной. Я открыла глаза и какое-то время смотрела прямо перед собой. Учитывая, что я лежала на спине, взгляд упирался прямо в балдахин из легкой бежевой ткани. Полюбовалась и перевела пытливый взгляд вбок.

В кресле перед кроватью сидела красивая женщина с горделивой осанкой. На вид ей можно было дать лет сорок, не больше, но посмотрев в ее светло-карие глаза, обрамленные черными ресницами, поняла: лет ей уже очень много. Такого проникновенного, умудренного жизненным опытом, но при этом доброго и любящего взгляда не может быть у сорокалетней женщины. Да и в восемьдесят редко такой взгляд у людей встречается. Может, она, как и те мужчины, тоже маг?

Загадочности в вопросе возраста придавали и каштановые вьющиеся распущенные волосы ― лишь слабо перетянутые лентой несколько локонов на макушке. Эта простая прическа открывала ее лебединую шею и обрамляющие декольте драгоценности. Овальное лицо с острыми скулами, прямой нос и чувственные алые губы завершали образ. Длинное платье из синего бархата обтягивало ее стан как вторая кожа, подчеркивая стройность и гибкость. Узкие запястья покоились на подлокотниках кресла, а тонкие пальчики с длинными ноготками, покрашенными белым лаком, отбивали только ей понятный ритм. Я терялась в догадках. От удивления приподнялась на локтях, но так, чтобы одеяло с груди не сползло.

– Вы кто? ― решила уточнить.

– Меня зовут леди Катарина Кипари. Старшая сестра твоей матери. Сейчас ― жена вождя клана Северных волков. Ты, ― улыбнулась она, ― можешь звать меня леди Катарина или просто ― тетя.

– Ага, ― прищурилась я: не тот ли это клан, в который меня так настойчиво хотели сопроводить мужчины-маги? Только при чем тут волки? – думал мозг, а сердце трепетало: «Так вот ты какая, тетя моя! И где же тебя черти все это время носили?»

– Не надо на меня злиться, ― став серьезной, произнесла тетя.

– С чего вы это взяли? ― почти добродушно ответила я.

– Ты очень выразительно пыхтишь и прищуриваешь глаз, ― получила в ответ. ― Прежде чем обвинять меня в чем-то, может, послушаешь, что я хочу тебе рассказать? Узнать о себе и своих родителях?

Не стоит, наверное, напоминать, что я и так была на взводе, можно сказать, на грани нервного срыва? Так вот ― брехня! Вот именно сейчас у меня слетела крыша. Не совсем понимая свои действия, я ― зарычала! Вот в прямом смысле, взяла и произвела гортанный рык. Тетя от испуга изменилась в лице. Да что там тетя?! Я сама себя испугалась. Вернее, рыка своего.

– Что это было? ― спросила я у нее удивленно. Тетя прикрыла рот ладошкой и тоже удивленно на меня смотрела.

– Светлоликая! ― воскликнула она. ― Ты что, ни разу не оборачивалась?

– Почему это? ― не меньше нее удивилась я. ― Всегда назад оборачиваюсь, как через правое, так и через левое плечо. У нас в детском доме всегда нужно знать, что происходит у тебя за спиной. Жалко, что глаз на затылке нет, пригодились бы. Так что оборачивалась я часто.

– Помоги нам, Светлоликая! ― опустила она лицо в ладони.

– Да что такое-то?

– Тебе ведь исполнилось двадцать лет? ― приглушенно спросила тетя.

– Двадцать один, ― кивнула я головой, ― если быть точной. Месяц назад исполнилось.

– Прекрасно, ― приподняла она лицо, ― тогда еще не все потеряно.

– А поконкретней можно? И вообще, мне бы одеться.