Наталья Корнева – Тень Серафима (страница 29)

— Тише, — резко оборвал Себастьян, быстро глянув по сторонам. — Я знаю. Но откуда, откуда это у тебя… Они же стоят целое состояние! Одна работа потянет на кругленькую сумму, а цена материала… вообще немыслима…

— Ну, я же всё-таки племянница главы «Нового мира», — хитро улыбнувшись, девушка скоро спрятала артефакт. — Должны же мы хоть как-то бороться за жизнь. Такие вещицы здорово помогают.

Сильф криво ухмыльнулся в ответ, борясь с навязчивым приступом дурноты. А девица-то не так проста, как кажется. Может, если подучить немного, и без него не пропадет? Не таскать же её за собой до конца жизни, в самом деле. Это плохо сказывается на его душевном покое. И сложных отношениях с собственной совестью.

— Я тут прибралась немного, пока ты спал.

Себастьян перевел взгляд на пол. Тот был чист, похоже, даже чище, чем когда они сюда въехали. Но опытный взгляд ювелира всё же подметил кое-где оставшиеся следы тщательно замытой свежей крови. Пришедшая в неприглядный вид рубаха тоже была застирана и сушилась тут же, в комнате, не привлекая лишнего внимания. Сам он был заботливо переодет в чистое, лицо и руки тщательно омыты.

— Спасибо.

Ювелир одобрительно кивнул и устало откинулся на подушки, давая понять, что собирается спать и дальше, спать до самого рассвета. Смышленая девочка всё-таки. Хорошо, что некоторые вещи не приходится ей объяснять.

Однако он потерял много крови. Слишком много: во всем теле, руках, ногах, голове разливалась непривычная, тяжелая слабость, как после продолжительной болезни. Долго же придется восстанавливаться.

Так что же всё-таки случилось? Неясно. Заклинание поиска вроде бы удачно активировалось… Но дальнейшее развитие событий не укладывалось ни в какие рамки. Неужели произошел сбой? Но по какой же причине? Прежде такого не бывало… Одни вопросы.

Может быть, минерал слишком мощен и требует излишне много энергии для поддержания активности, то есть, в его случае — много крови? Или же в камень была предусмотрительно встроена ловушка на возможность таких вот нетрадиционных действий? Хм, это было бы очень странно, учитывая ничтожно малую вероятность использования магии крови сильфов… эта древняя раса практически исчезла и не выходит на контакт с людьми. Значит — самое страшное! — при активации камня проявился побочный эффект проклятия?

Ответить на эти вопросы однозначно мог только опытный маг. К сожалению, Себастьян вовсе не был магом, поэтому ему оставалось только гадать и надеяться на лучшее. Как бы то ни было, ритуал также оказался бесполезным в поиске пропавшего шерла-близнеца. Нужно было спешно искать другие пути. Но какие? Кажется, он уже всё испробовал.

Среди прочих мыслей неожиданно затесалась одна мелкая, противная, привязчивая. Не мысль даже, а так — мыслишка. А может — ну его, это расследование? Уж очень тяжело оно идет. Дни тают, как снег под весенним солнцем, а он не продвинулся ни на единый шаг: все следы привели в тупик. Больше зацепок не осталось. Никаких.

Что же делать — вернуть аванс и бежать прочь из города? Куда? Да неважно куда, лишь бы подальше от Ледума. Здесь становится слишком опасно. Бежать, пока его самого не схватили охотники Кристофера или ищейки особой службы и не обвинили во всех смертных грехах… За ними не заржавеет.

Стоп, стоп. Себастьян мысленно одернул самого себя. Такое поведение недостойно громкого, прославленного имени Серафима. Он взялся выполнить заказ, и он его выполнит, никуда не денется. Дабы не уронить чести ювелира и не испортить свою безукоризненную профессиональную репутацию.

Даже самому стало смешно. Вот же чертов перфекционист.

Без каких-либо явных причин Себастьяну вдруг вспомнилась Маршал. Вот уж кто настоящий профессионал своего дела… Но как же всё-таки странно вела себя женщина в их последнюю встречу. Отбросив недомолвки, можно даже сказать — подозрительно. Из головы ювелира не шел голос убийцы, убедительно советовавший не лезть в это дело.

Но — почему? Со стороны такого рода заказ выглядел вполне безобидно — всего-то навсего поиск пропавшего камня. Может быть, Маршалу в самом деле известно нечто большее, нечто, о чем она не пожелала распространяться? Это объяснение кажется правдоподобным. Но каковы истинные причины такого поведения убийцы?

Себастьян задумался и помрачнел. Об этом не говорят прямо, да и вообще предпочитают не рассуждать на такие темы вслух, но… В определенных кругах многим очевидно, что Маршал работает под покровительством лорда Эдварда, которое тот скрытно оказывает убийце еще со времен её бегства из Олеандра.

Но помощь правителя Ледума вряд ли бывает бескорыстной. Мягкое, полезное во многих смыслах покровительство фактически обернулось для Маршала зависимостью, разорвать которую та не в силах. Конечно, женщине грех жаловаться — по существу она превратилась в самого высокооплачиваемого и практически легального наемного убийцу Ледума. Всегда при работе, всегда при деньгах. Не секрет, что все её последние крупные заказы были за пределами города и касались лиц, так или иначе перешедших дорогу лорду Эдварду. В самом же Ледуме Маршал теперь почти не работает. Ну разве только «бытовые» убийства, не имеющие какой-либо политической окраски, которые не могут серьезно нарушить расстановку сил в высшем свете.

Зная свободолюбивый нрав Маршала, Себастьян мог предположить, что рано или поздно ей станет невыносимым такое положение дел. По сути, она обрела хозяина. А убийца была не из тех, кого легко приручить, не из тех, кто любит получать приказы.

Но уж больно глубоко она завязла здесь, в этом хищном городе. Как и многие, привлеченные сюда мечтами о свободе и легких заработках. Слишком радужные для серого Ледума мечты.

Неужели Маршал решилась предать своего лорда? Тогда она затеяла ту самую опасную игру, от которой отговаривала ювелира. Но предать — кому?

Подозрения неминуемо падают на лорда Октавиана Севира, — он один из немногих, кто может выступить против обладающего изрядным могуществом правителя Ледума на равных. В этом случае, Маршалу стоит опасаться попасть в зависимость к новому хозяину, едва избавившись от нынешнего… менять шило на мыло. Неужели женщина этого не понимает?

Или всё это просто плод его воспаленной фантазии и расшалившихся от последних событий нервов? Не стоит, и правда, простому смертному лезть в высокую политику.

Себастьян внезапно осознал, что не может вспомнить цвет глаз Маршала. Вот ведь удивительно — не один раз её видел, а даже черты лица смутно всплывают в памяти. Поистине, Маршал обладала внешностью идеального убийцы — незапоминающейся и легко изменяемой. Но всё-таки — каков же цвет глаз? Голубой? Зеленый? Карий? Серый? Хотя бы темный или светлый? Вновь и вновь ювелир мучительно пытался припомнить, но всё тщетно. Черт с ним, может, завтра, на свежую голову… а может, еще доведется встретиться, пока он здесь, в северной столице. Не то чтобы слишком хотелось, припоминая ее последние, лениво брошенные на прощанье слова.

Усталость постепенно наваливалась, спутывая ясность мышления, а из глубин подсознания медленно поднималась не оформившаяся в четкие образы липкая муть. Проклятый черный турмалин… Могущественный лорд Эдвард, нелепо погибший наследник Эдгар, жертва роковой случайности… Утонченный Кристофер, полная тайн Маршал, неудачливый Стефан, не в меру бдительный служащий вокзала, привязчивая глупышка София, любимая Моник… Моник… Снова София. Всё смешалось и спуталось в голове ювелира, клубком змей сплелось в диковинный многоголовый узел. Отбросив попытки контролировать этот иррациональный бред, Себастьян сдался и закрыл слипающиеся веки, проваливаясь в муторный, тягостный сон, который так нужен был его организму.

Пятый лунный день подошел к концу, завершившись так же безрезультатно, как и первые четыре.

Глава 13, в которой приходится скрываться от инквизиции, решая в процессе уйму морально-этических проблем

Спал Себастьян беспокойно.

Сон этот до обидного мало походил на желанный отдых: ни на одну минуту ювелир не прекращал ворочаться, судорожно дергать конечностями, вздыхать и произносить отдельные неразборчивые слова.

Весь остаток ночи, до самого рассвета, дождь без устали барабанил по стеклам и жестяным карнизам, и навязчивый голос воды рождал в душе неясную тревогу. Реальность просачивалась в сон, путаясь и сплетаясь с ним. Ювелиру снились лихие погони, перестрелки и таинственные враги, по неизвестным причинам упорно жаждавшие его смерти. Проснувшись засветло, Себастьян почувствовал себя измотанным и уставшим. Неосознанные, запертые где-то в самых глубинах души чувства исподволь отягощали сознание. Словно и не отдыхал почти целые сутки.

Чертовски хотелось глотнуть свежего воздуха. Как же давно не слушал он голоса ветра в траве, в листьях высоких, наполненных жизнью древних деревьев, мощными кронами подпиравших самое небо… Обитая в каменных застенках городов, ювелир успел уже позабыть, каково это — дышать глубоко, дышать полной грудью, не опасаясь, что воздух отравлен. Отравлен пылью бесконечных строек, грязными выбросами и сточными водами фабрик, ядовитым дымом заводских труб или, что еще хуже и опаснее, модифицирован беспрерывными излучениями драгоценных камней…