Наталья Корнева – Драконья Игра (страница 72)
— Брось, Рэйв, — лениво махнул рукой маг. — Не верю, что великий Лиарх опустился до того, чтобы посылать своих лакеев убить простого смертного. Иначе это и вовсе последний день, не только для меня, но и для мира.
— Ты прав, — вынужден был признать оборотень, по-прежнему не выходя на свет. — Хоть ты и не простой смертный, и твое существование изрядно уязвляет самолюбие Лиарха и, напротив, услаждает непомерно раздутое самолюбие Высшего.
— Не я причина их раздора, — отрезал заклинатель. — Так значит, тень Лиарха снова гуляет без ведома хозяина?
Оборотень хрипло рассмеялся.
— Великий знает, что я здесь. Он был так добр, что послал меня выяснить, что случилось с тобою.
— Случилось то, что случилось, — пожал плечами лорд, чувствуя, как с каждым сказанным словом напряжение в этом странном разговоре только нарастает. — Ещё вопросы есть?
Глава 33, в которой из шкафа вытаскивают скелет
Это был вечер откровений.
Впервые в жизни Серафим видел ворона — представителя одной из древнейших и самых загадочных рас Бреонии. Причем именно что
Как ни в чем не бывало лорд Эдвард продолжал стоять к оборотню спиной, даже не повернув головы. Со стороны эта демонстрация уверенности смотрелась впечатляюще, но Себастьян склонялся к мысли, что заклинатель просто не хочет лишний раз провоцировать движением хищную птицу, изготовившуюся атаковать.
Сильф не ошибся: правитель знал, что, даже обернувшись, не сумеет разглядеть нелюдя во тьме. А вот способности ювелира, кажется, вызывали у него сомнения. Беловолосый продолжал смотреть наемнику прямо в глаза, но выражение лица чуть изменилось. Прочитав вопросительный взгляд, Серафим едва заметно кивнул.
— Надеешься, что боги на твоей стороне? — снисходительно предположил меж тем ворон. — Напрасно.
— А
— Больше не ты. А тот, кому положено по праву. Скоро горожане будут возносить свои молитвы другому.
Лорд Эдвард неприязненно поджал губы: темный от крови рот превратился в тонкую линию, алый штрих на бледном как полотно лице.
— Лиарх открыл Кристоферу правду, так? — бесцветным голосом предположил он.
— Ошибаешься, — не сразу ответил сателлит, с удовольствием наблюдая за реакцией правителя. — Хотя и мыслишь в верном направлении: между ними была Игра. Но Кристофер не знает твоих секретов — он задал великому другой вопрос. Впрочем, если это утешит, вопрос всё же касался твоей персоны… будто вокруг нее вращается мир!
— О чем вы двое говорите? — чуть слышно подал голос Эрик, нутром ощущая какую-то новую, тщательно скрываемую тайну и уповая, чтобы она не оказалась еще страшнее той, что сломала ему жизнь.
Гончар уже был научен — чужие тайны почти всегда бывают отвратительны и смертоносны, особенно если они касаются лорда Ледума. Нет, юноша решительно не желал больше связываться с тайнами отца и сам не понимал, зачем задал злосчастный вопрос, ответ на который и слышать не хотел.
Ворон наконец материализовался в человеческом облике — и смерил стоящего рядом инфанта уничижительным взглядом, который мог бы, кажется, прожечь насквозь.
— Лично я рассчитывал на тебя, Эрик, — презрительно фыркнул спутник, — хоть великий и заверил, что у тебя кишка тонка. Ни на секунду Лиарх не допустил мысли, что пленник Маяка представляет опасность для стража Высшего и может помочь свершиться злому року. Должно быть, ты надеялся вызвать его на бой и умереть, наконец прекратив своё бессмысленное существование? Ты просчитался. Твой лорд слишком жесток, чтобы убивать быстро…
— Хватит, Рэйв, — резко оборвал правитель, неожиданно выступив в защиту сына. — Довольно твоего фирменного пафоса. Говори, зачем пришел и проваливай. Мы самую малость торопимся.
Гримаса раздражения, коснувшаяся его губ, не ускользнула от внимательных глаз оборотня.
— Беспокоишься, что я раскрою маленькие секреты прошлого? — в голос расхохотался ворон. Неприятный смех его и в самом деле напоминал птичий клекот. — Не всё ли равно теперь — хуже уже не будет. Похоже, ты еще не осознал, не смирился, но это конец. Ты потерял свой драгоценный город — отныне им будет править законный хозяин. Как и должно. Как и предсказывал великий Лиарх. Всё возвратилось на круги своя!
— Не возвратилось бы, если бы этой старой порченой ящерице не взбрело в голову вмешаться! — сквозь зубы процедил заклинатель, наконец снизойдя до того, чтобы развернуться и бросить взгляд спутнику прямо в лицо.
Если бы Рэйв не был так бледен от природы, при этих словах он наверняка эффектно побелел бы от ярости. А так кожа оборотня, кажется, аж позеленела, и он сделался похожим на мертвеца, который вот-вот пойдет трупными пятнами. Зрелище было не для слабонервных, особенно если принять в расчет обстоятельство, что для стороннего наблюдателя ворон внезапно исчез — и в ту же секунду появился рядом со своим обидчиком.
И если раньше он мог еще ввести в заблуждение своим внешним видом, то сейчас даже у самых наивных не осталось бы сомнений: это не человек. Это чуждое древнее существо, мотивы и цели которого всегда останутся не ясными до конца. Дитя прежнего мира, живущее по другим законам, по другим векторам и параллелям, которым никогда не пересечься.
Никогда, ни в каких системах координат.
Лорд Эдвард не двинулся с места. Шансов избежать атаки не было — перемещения воронов почти невозможно предугадать. Маг находился на пределе физических сил и всё равно не успел бы избегнуть контакта с внезапно удлинившимися черными когтями, не уступавшими в прочности и остроте стали. Когтями, которые любовно тянулись к его открытому, ничем не защищенному горлу.
Но спутник сам вынужден был остановиться прежде.
Точнее, пара чьих-то слегка изогнутых клинков остановила его, мягко, но убедительно: один, нацеленный в горло, и второй, упиравшийся в узкую щель меж ребер, готовый уже в следующий миг войти прямо в сердце нелюдя. О да, несмотря на все различия, у него всё-таки было сердце — слабое, мягкое. Уязвимое место всех живых существ.
Ворон демонстративно закатил глаза, однако прежде — в них мелькнуло нечто, похожее на уважение. Давненько никому не удавалось опередить его в атаке! Если честно, оборотень даже не заметил чужого движения, пока не почувствовал упреждающий холод стали. Если еще честнее, он мог быть убит прежде, чем этот самый холод почувствовал…
Как можно было пропустить уверенные, широкие замахи? Как умудрился он подпустить врага так близко? Проклятье! Сильф закрывал собою правителя Ледума — небрежная поза таила опасность, холодная зелень глаз тускло отсвечивала лезвиями.
Определенно, перед ним опытный боец с прекрасной техникой и непревзойденными навыками скорости.
— Это лишнее, сильф, — буркнул Рэйв, предусмотрительно отступая на безопасное расстояние. — Хитрый змей просто манипулирует тобой. Я никогда не тронул бы стража Высшего, и он прекрасно знает об этом. Однако не думал, что однажды увижу сиятельного лорда в столь жалком состоянии, что ему придется прятаться за спиной полукровки.
— Разве я прячусь? — снова раздался прохладный баритон.
С такими словами на устах лорд Ледума спокойно шагнул вперед и плюнул ворону под ноги.
В изумлении от этой самонадеянной выходки, Эрик испуганно воззрился на беловолосого. Рэйв инстинктивно отпрянул, от неожиданности едва не прикусив язык, — в тот же миг черты его исказились от ярости.
Лицо ювелира, напротив, стало ещё бесстрастнее, стойка — ещё небрежнее. Рыжие волосы горели, как знамя иного, а клинки ненавязчиво перетекли в другую позицию, готовые вновь сорваться в атаку.
— Да как ты смеешь!.. — придя в себя, окрысился спутник. — Ты заплатишь за свою дерзость!
— Спроси с Альварха, — сдержанно посоветовал беловолосый. — Если отважишься.
Оборотня затрясло от гнева и невозможности немедленно наказать мерзавца. Правитель Ледума стоял прямо перед ним, беспомощный, слабый, но по-прежнему — недосягаемый.
— Клянусь, ты пожалеешь, — только и смог прошипеть спутник. — Я ещё увижу тебя, захлебывающегося собственной кровью!
— Ты опоздал, — апатично сообщил лорд Эдвард, откровенно начиная скучать. — Этот спектакль уже давали сегодня. Но мы выяснили и кое-что важное: тот, кто будет прикрывать мне спину, достаточно умел.
— Более чем, — сердито проворчал оборотень, понемногу начиная успокаиваться. В конце концов, он был послан сюда с миссией. — Смотри, как бы этот умелец сам не всадил тебе в спину нож. Он не твой.
— Конечно, нет. Я ненавижу рабство. Мой маленький сильф свободен.
Лорд Эдвард замолчал, а губы его, скривившиеся в красноречивой усмешечке, без слов добавили: «Пока».
Серафим ничего не сказал и, видя, что конфликт исчерпан, неторопливо вложил клинки обратно в ножны. Забавно, что эти двое обсуждают его при нем же, словно какую-то безделицу, вещицу, которой можно завладеть. Непосредственные как дети, ей-богу. Неужели нет сейчас дел поважнее, к примеру, убраться отсюда подобру-поздорову?
Тем временем спутник решил вернуться к теме их ушедшей не в ту сторону беседы.
— Лиарх не начинает искажения, — ледяным тоном произнес он. — Он созерцает первопричины и все вероятные следствия, и, решившись на вмешательство, никогда не воздействует прямо. Великий лишь выправил безответственно искаженные Альвархом линии судьбы. Ты знаешь, Эрик, как твой отец заполучил свой город? О, это увлекательнейшая история, и я доставлю себе удовольствие вкратце рассказать её. Ледум не всегда принадлежал лорду Эдварду, как принято думать. Не всегда был он лордом-протектором.