Наталья Копейкина – Мельница (страница 44)
– Я не удержу барьер, – Стефан сначала даже не узнал голос Эйлерта, настолько тот был тусклым. – Надо уходить!
Покосившись, Стефан увидел, что Эйлерт выстроил высокую ледяную стену, немного похожую на те замки, которые они создавали вокруг мельницы – от этого воспоминания на мгновение перехватило дыхание, и Стефан всхлипнул как-то совсем по-детски. По
Большими. Острыми.
Стефан тоскливо посмотрел на реку, но сопротивляться перестал. Марко был прав. Надо было бежать.
Только вот куда? У них больше нет дома.
– Ко мне. Я проведу, – сказала вдруг Джейлис. Она тоже шаталась, и под носом у нее виднелись следы крови – наверное, сумела в итоге передать часть своих сил Эйлерту. Палку она, правда, не опустила, сжимала обеими руками. Хорошо. Наверное.
– Если там твоя безумная тетка… – начал было Марко, но Джейлис бросила на него свирепый взгляд и принялась карабкаться по берегу.
– Надеюсь, два мага уж как-нибудь управятся с пожилой женщиной.
То, что она не посчитала магом его, раньше бы кольнуло, но теперь Стефан не почувствовал ничего. Кроме, разве что, пробирающегося под промокшую одежду холода.
Он двинулся следом за Джейлис, даже не оборачиваясь, не пытаясь помочь Эйлерту и Марко отгонять кабанов и, может, другую какую пакость.
Надежда испарялась с каждым мгновением. Мало того, теперь Стефан был почти уверен, что ее не было изначально. Да, Дитер мертв. Да, он пожертвовал собой, чтобы спасти своего самого нерадивого ученика. Самого бесполезного ученика.
Может, все те люди, которые отказывались брать его к себе, просто видели в нем эту гнильцу? Понимали, что если кто-то станет его родителем, то умрет?
Может, и настоящие его родители тоже погибли? Родился вот такой глупый младенец, чихнул на какой-то опасный артефакт, а он возьми и взорвись… Или улыбнулся незнакомцу, а тот окажись хтонью, и вот эта хтонь съела его отца, и маму тоже, а с ним поиграла и…
Кажется, он всхлипнул в голос, потому что Джейлис вдруг остановилась, посмотрела взволнованно. Стефан отвел взгляд. Почему-то сейчас сочувствие от нее только злило.
Они все должны его ненавидеть. Он отнял у них учителя. Он отнял у них дом.
– Эйлерт! – крикнула Джейлис, и поток магии тут же промчался мимо Стефана, ударил по появившейся будто из ниоткуда ледяной фее, подкинул ее выше крыши ближайшего дома и отбросил прочь. По ушам запоздало резанул дикий вопль.
– Какого ты их убиваешь?! Хочешь, чтоб нас весь лес возненавидел?! – заорал Марко.
Эйлерт безразлично дернул плечом, но все-таки пробурчал:
– Нечаянно.
– Почти дошли, сюда! – Джейлис бросилась между двумя заборами, стоящими так близко, что никто бы и не догадался, что тут есть проход. Зачавкала под ногами грязь – видимо, люди здесь ходили очень часто, запахло костром – кажется, Марко или Эйлерт что-то подпалили. Стефан на несколько шагов закрыл глаза, не желая ничего видеть, и со всего размаху врезался лбом в деревянную калитку.
– Ох! – Джейлис подскочила к нему, но, убедившись, что он не убился насмерть, только махнула рукой: мол, проходи.
Нужный дом с развороченным чердаком стоял прямо перед ними. Стефан отстраненно подумал, что внутри, должно быть, очень холодно, но эта мысль выскользнула из его головы почти сразу же после появления. Может, те прозрачные угорьки, которыми он угостился до ученичества, все-таки поселились в его голове, и скоро он сам станет рыбой?..
Может…
Входить первым Стефан не хотел, и Джейлис с недовольным шипением обогнала его и распахнула дверь. Стефан на какое-то время замер, разглядывая то, что открылось в проеме – люди успели натоптать внутри целый небольшой сугроб, грязный и тревожно неправильный, повсюду валялись обломки мебели и досок, возможно, раньше бывших лестницей. Как будто мельница, кроме дыры в чердаке решила все внутри переломать.
– Тетушка? – неуверенно позвала Джейлис. Из глубины дома донесся слабый стон.
– Осторожней! – крикнул сзади Эйлерт, но Джейлис замерла лишь на мгновение, а потом, нахмурившись, двинулась вглубь дома. Крупный сор под ее ногами похрустывал, как печенье. Их мельница делала отличное печенье, такое сладкое, тающее на языке…
Стефан затряс головой, чтобы все эти болезненные мысли вывалились прочь, и побежал за Джейлис.
Ее предполагаемая тетка – не то чтобы в их лицах было хоть что-то похожее – обнаружилась в дальней комнате. Она лежала на неразобранной кровати, прикрывшись меховым плащом, бледная, с покрасневшими глазами, одним словом, какая-то совсем больная. Джейлис махнула Стефану рукой, мол, не приближайся, но сама подбежала к кровати.
Ой, да больно ему надо.
– Джейлис, – прохрипела предполагаемая тетка, бессильно барахтаясь на кровати. Встать или даже сесть, опираясь на подушку, у нее совсем не получалось. – Ты… С тобой ничего не сделали?
– Я в порядке, – в голосе Джейлис звенело облегчение. – Все, ты больше не думаешь, что я убийца? Полегчало?
– Воду не пейте, – с трудом проговорила тетка, скривившись. Джейлис быстро закивала. Сзади затопали Эйлерт и Марко, грохнули входной дверью.
– Эй, хозяйка. Засова нет? – проорал Марко. Тетка фыркнула насмешливо, но тут же страдальчески поморщилась.
– Нету. Разрубила.
– Может, есть какие-то лечебные заклинания? – спросила Джейлис, оборачиваясь к стоящему в дверях Эйлерту. – У нас так-то травки есть, и я бы их заварила, но вода…
– Я могу растопить снег, – предложил Эйлерт. – Только…
Дом вдруг дрогнул от мощного удара. Остатки стекла брызнули внутрь, заставив всех присутствующих, кроме разве что болезной тетки, заорать от страха. Эйлерт сразу же махнул рукой, и окно засияло разноцветными переливами, ни дать ни взять мыльный пузырь.
– Только у нас деревня все еще полна нечисти, – любезно сообщил Марко. – Поэтому, уж прости, но не до головной боли твоей тетки, принцесса.
Джейлис бросила на него непонимающий взгляд и, дернув плечом, подошла к тетке поближе. Потрогала лоб. Прикусила губу.
– Вроде бы жара нет.
– Да отлежаться мне и все, не глупи, – проворчала тетка, продолжая барахтаться в постели. – Главное, воду не пейте! Я их замедлила, как могла… Поклялась, что в последний раз в жизни магией пользуюсь, и наколдовала, что не рады им тут… Но надолго этого не хватит, так что зовите вашего… взрослого вашего…
– Кому не рады? – быстро уточнил Стефан, лишь бы не думать о Дитере.
– Нам.
На подоконнике сидела молодая светловолосая девушка с красивым и злым лицом. Стефану вдруг больше всего на свете захотелось посмотреть ей в глаза, он сделал шаг навстречу, но внезапно его стукнули по спине. «Через него гляди», – сказал оказавшийся рядом Марко и сунул Стефану в ладонь цветное зеленое стеклышко. Эйлерт протягивал такое же Джейлис, а ее тетка просто закрыла глаза и отвернулась к стене.
Стефан посмотрел на девушку через стекло – все-таки лучше, чем совсем не смотреть, – и ему немедленно стало очень страшно и очень хорошо. Как будто он летел в пропасть, но летел ведь, как настоящая птица.
– Поможешь мне войти? – улыбнулась ему ледяная фея. – Я сделаю так, что тебе никогда больше не будет страшно, хочешь?
– Ага, и вообще никак не будет, – отбрил Марко. – Потому что замерзнешь изнутри. Проваливайте в свой лес, а?
Девушка пожала плечами.
– Мы бы с удовольствием, – вздохнула она, – но наши кабаны тоже ходили на водопой к вашей отравленной реке, понимаешь?
– Мне кажется, река теперь в порядке, – сказала Джейлис. – Тот, из-за кого это случилось, мертв.
– Отличная новость, – недобро усмехнулась девушка.
Она облизала губы острым язычком, и Стефану тут же захотелось коснуться ее лица. Позор, другие ведь как-то держатся!
– Только они теперь голодные. Да и мы не откажемся, знаешь ли.
– Проваливайте, – повторил Марко.
– А ты, я смотрю, ни вежливее, ни умнее не стал с нашей последней встречи, – фея мелодично рассмеялась. – Мы уйдем. Сначала напьемся вашей волшебной крови, потом накормим своих животных свежей человечинкой, а потом сразу уйдем восвояси. Наверное, вы надеетесь, что вас защитит Эльсино колдовство? Что ж, на пару минут его еще хватит. Нас больше, и мы сильнее.
Она посмотрела прямо в глаза Стефану, и, несмотря на стеклышко, в его лицо как будто воткнули острые ледяные иглы. Он заморгал, затряс головой.
– Зачем ты нам это рассказываешь? – тихо спросил Эйлерт.
– Люблю, когда вам страшно. Так вкуснее.
Фея дождалась, когда Стефан на нее посмотрит, и подмигнула ему. А потом спрыгнула на улицу.
Джейлис молчала. Стефан переглянулся с Марко, попытался поймать и взгляд Эйлерта, но тот, кажется, совсем ушел в свои мысли.
– Они могут уйти сами, – негромко проговорил Стефан наконец. О, как он об этом мечтал. Чтобы и кабаны, и замораживающие изнутри феи, и нескладные гигантские комки молочной пенки, – все, чтобы просто взяли и ушли из деревни. И тогда можно будет нормально поговорить. Решить что-то. Мало ли, может, в деревне есть кто-то, кого очень серьезно ранили, и ему все равно умирать, и тогда это могло бы быть… выгодной сделкой.
Руки дрожали. Стефан понял это не сразу, просто вдруг стрельнуло болью где-то между локтем и запястьем, так, что пришлось растирать руку и стараться никому не смотреть в глаза. Вот скажи ему кто пару месяцев назад, что он смерть человеческую будет так называть.