Наталья Кириллова – Суженая императора (страница 40)
Одна из поэм Черниховского, "Свадьба Эльки",125 посвящена замужеству Эллы Цодыковны Фридман, в те годы — симферопольской красавицы из артистической среды, впоследствии — агронома-селекционера сортов винограда для производства элитных крымских десертных вин. Она и ее супруг Азарий Меерович Румшицкий, знакомый с Трумпельдором еще по Ростову-на-Дону (впоследствии — в предвоенные годы — замнаркома земледелия Крыма), стали близкими друзьями Трумпельдора во время его крымского вояжа.
Ицхак Ландоберг, он же позднее Ицхак Саде, один из сподвижников Трумпельдора, прожил жизнь настоящего солдата, став генерал-майором израильской армии. Добровольцем ушел на фронт Первой Мировой. После тяжелого ранения живет в Петрограде, где знакомится с прапорщиком Трумпельдором, который в июне 1917 году вернулся в Россию из Палестины с целью убедить Временное правительство сформировать в составе русской армии еврейский полк. По его замыслу, полк прорвался бы через турецкий фронт на Кавказе в Эрец Исраэль. Эти идеи и цели Трумпельдора разделяет и Ицхак Ландоберг. Осенью 1917 года И.Ландоберг был уже в Крыму.126 Участвовал в Гражданской войне в рядах Красной армии, но ужаснувшись жестокостью красных по отношению к пленным, уходит в Добровольческую армию. Но и здесь его военная карьера длится недолго. Столкнувшись с антисемитизмом белых, Ицхак Ландоберг покидает армию и селится в Симферополе. После образования Таврического университета в 1918 году, поступает на историко-филологический факультет. Несколько месяцев учится в университете, живет в Симферополе и летом 1919-го встречается здесь с Трумпельдором, принимает активное участие во всех сионистских встречах и съездах.127 Весной 1920 года, узнав о гибели Трумпельдора при обороне Тель-Хая, Ландоберг уезжает из России в Эрец Исраэль, где становится одним из руководителей организации гдуд ха-авода (рабочий батальон), ставшей носить имя Трумпельдора.
На том же филфаке Таврического университета обучается Хая (Зоя) Голомшток, знакомая Трумпельдора еще с Минска, приехавшая едва ли не одновременно с ним в Симферополь. Впоследствии она станет создателем первых в Степном Крыму общеобразовательных школ, организатором школьного дела в еврейских колониях полуострова и директором одной из таких школ.
Сохранилось воспоминание о том, как восторженно встречала Трумпельдора молодежь, входившая в сионистские кружки Таврического университета. Автор сведений, Ципа-Фейга Цеховая (1894-1978) как раз в те годы была студенткой и жила в Симферополе, работала также в благотворительной организации ОЗЕ (Общество здравоохранения евреев) — "Капля молока".128
Также одним из деятелей движения халуцим стал Глеб Боклевский (Арье Боевский). Русский морской офицер, проникнувшись сионистской идеологией и мыслями Трумпельдора, в 1920-м, эвакуируясь с остатками Добровольческой армии из Крыма в Турцию, переезжает в Палестину. Одним из предположений является то, что примкнуть к одной из молодежных халуцианских групп он мог еще в Крыму, до начала общей эвакуации армии барона Врангеля, а возможно позднее, в Константинополе.129 Но так или иначе, моряк Глеб Боклевский, сохранив национальность и православную веру, становится одним из основателей морского флота и рыболовной промышленности будущего еврейского государства.
К сожалению, более полных списков людей, которые были в те дни рядом с Иосифом Трумпельдором и связаны с ним по линии сионистских организаций, в готовом виде ни в архивах Симферополя, ни в известных работах нет. Такой перечень персон можно (и нужно) составить и пополнять, опираясь на косвенные данные, дальнейшие архивные исследования как в Крыму, так и в архиве Трумпельдора (Центральный государственный архив истории сионизма в Израиле).
5. Открытие Крымской "лунной дороги"
Одной из ключевых целей деятельности Трумпельдора в Крыму было открытие перевалочной станции, некоего "сборного пункта" для всех евреев российской Ашкеназии перед их отправкой в Палестину.
В этой деятельности Трумпельдор вел работу в трех основных направлениях. Первым было — налаживание каналов легальной миграции — с использованием связей при власти, дипломатической подготовки и юридических обоснований для миграции: это был нелегкий метод и использовался, видимо, в исключительных целях. Вторым направлением были осмотр и назначение мест, в которых в будущем возникнут лагеря халуцим — военные поселения, максимально приближенные по ландшафту и условиям жизни к будущим израильским колониям. И последнее основное направление — налаживание нелегальных, но эффективных в то время путей контрабанды людей целыми партиями: это позволяло переправлять "нужных людей" в Израиль без лишней волокиты и безо всякого информирования действующих властей.
Такая система полулегальных и откровенно нелегальных революционных маршрутов еще с XIX века получила название "подземной железной дороги". Автором термина (англ. The Underground Railroad) считается американский аболиционист Фредерик Дуглас, идеолог вооруженной борьбы за освобождение рабов-негров США. Сравнения негров, добившихся свободы ценой революций и войн в Америке, с евреями, угнетавшимися в Евразии, в те времена были довольно частыми.
В идеале система, взятая у аболиционистов (носила также прозвища "подземные рельсы", "лунная дорога") и использованная многими революционными организациями, должна была включать в себя целый набор инструментов и институций — таких, как цех по изготовлению документов, подпольная "гримерная", лазарет, военные склады, явочные столики в ресторанах и комнаты в гостиницах, подпольное жилище... Мы не имеем документальной информации о том, что все эти атрибуты присутствовали в Крымской "а-Халуц" времен Трумпельдора, однако логика и косвенные данные подталкивают как раз к такому заключению.
Сообщение между Крымом и другими государствами Черноморского бассейна в 1919 году осуществлялось преимущественно морским путем. Из портов Южного берега Крыма перевозка пассажиров осуществлялась судами Британского пароходства, о чем писал в своем прошении Таврическому губернатору инженер Карл Оттович Ревенский.130
Что касается выдачи разрешений на выезд за границу, то можно обратить внимание на документы, собранные в архивном деле, которое носит название "Переписка с командирами Симферопольской городской стражи о выдаче удостоверений, свидетельств и разрешений на выезд за границу частным и должностным лицам по частным и служебным делам".131 Процедура выезда была бюрократизирована. Сначала проситель писал прошение на имя Таврического губернатора, затем, после одобрения оного, получал удостоверение с разрешением на выезд, по которому выдавали заграничный паспорт.
Относительно получения разрешений на выезд, то в одном из писем от 12 июля 1919 года указано, что право выдачи пропусков за пределы территории Вооруженных Сил юга России принадлежат исключительно отделу Генерального штаба Екатеринодара (ул. Крепостная, 39; ул. Соборная, 30) или его представительству в Новороссийске. Приказано не допускать выезда за пределы территории Вооруженных Сил всех групп и одиночных лиц, не имеющих пропусков.132
23 августа 1919 года генерал Шиллинг издал распоряжение об обязательном предварительном его разрешении на проведение заседаний общественных организаций. В Крыму был введен паспортный режим и учет населения.
И уже в сентябре 1919 года усиливается процедура получения разрешений, что подтверждается тем, что разрешения на выезд Таврическим губернатором не выдаются, так как по распоряжению Главнокомандующего Вооруженными Силами юга России выдача таких пропусков возложена в Крыму исключительно на особые паспортные пропускные пункты, образованные в Севастополе и Керчи.133 Среди прошений на получение свидетельств на выезд мы выделили те, которые относятся лишь к исследуемому периоду — июль-сентябрь 1919 года — и, возможно, к выезду еврейского населения по сионистским каналам.
Для получения разрешения на выезд после подачи прошения на имя губернатора, проситель проходил проверку на благонадежность, что подтверждалось донесениями жандармского управления и уголовно-розыскного департамента.
Невозможно в данный момент установить общее количество и численность групп "а-Халуц", отправленных в Эрец Исраэль при Трумпельдоре из Крыма (или через Крым). Удалось установить лишь три десятка имен, вероятно, ставших в те месяцы клиентами "Крымской подземной железной дороги". Понимая состояние архивов времен Гражданской войны, мы можем спокойно множить количество клиентов в разы. Под видом вынужденных беженцев отправляли, прежде всего, видных деятелей сионистских организаций и членов их семей. И не всех подряд, а тех, чьи знания и опыт могли быть востребованы в Эрец Исраэль незамедлительно.
12 июля 1919 года выезд за границу был разрешен кандидату физико-математических наук Мееру-Герцу Ароновичу Зальцману, его жене Кларе и сыну Эммануилу.134
Приводимое ниже прошение, вероятно, относится к человеку, который выехал позднее в числе халуцим. 15 июля к Таврическому губернатору обратился "беженец г. Яффы" Самуил Моисеевич Файнерман, проживавший в Симферополе по адресу: Екатерининская улица, дом 5. В своем прошении он пишет, что "находясь без средств в чужом городе и не имея больше материальной возможности оставаться здесь, честь имею покорнейше просить Ваше Превосходительство выдать мне разрешение для выезда из России к моему постоянному местожительству в Турции, где и осталась моя фамилия, семья".135