Наталья Гализина – Женщина дракона (страница 8)

Оля отвернулась, делая вид, что сосредоточена на разминке. Сердце билось ровно, спокойно. Никакого трепета. Только лёгкое раздражение и вина.

«Не смотри на меня так, – подумала она. – Я не она».

Тренировка оказалась настоящим испытанием.

Тело Линги знало все движения, все удары, все стойки – оно жило своей жизнью, реагировало быстрее, чем сознание Оли. Но сознание… сознание не успевало. Оно путалось в командах, запаздывало, ошибалась.

Несколько раз Оля чуть не пропустила блок. Один раз споткнулась на выпаде – тело дёрнулось, но не вовремя. Эрик хмурился, но молчал. Только взгляд его становился всё тяжелее.

В перерыве, когда воины разошлись попить воды из большой деревянной бадьи, к ней подошёл Тристан.

– Ты сегодня как новичок, сестра, – тихо сказал он, вглядываясь в её лицо. Серебряная змея в его волосах блеснула на солнце. – Что с тобой?

– Не знаю, – отмахнулась Оля, вытирая пот со лба.

– Тревожишься ты. – Тристан нахмурился. – О Дрогане думаешь?

Тристан покачал головой, положил руку ей на плечо – тяжёлую, тёплую, братскую.

– Не бойся, тебя никто не отдаст, если ты не хочешь. Ты же знаешь это?

Оля почувствовала острый укол совести. Он искренне заботится о сестре. Переживает, волнуется, готов защитить. А она – самозванка, занявшая чужое место.

– Знаю, брат, – тихо сказала она, и в голосе её была настоящая благодарность.

После тренировки, когда все стали расходиться, Кассиан догнал её.

– Линга, постой.

Оля замерла, но не обернулась. Спина напряглась, плечи поднялись.

– Нам нужно поговорить, – его голос звучал мягко, но настойчиво. – Я не понимаю, что происходит. Почему ты смотришь на меня так, будто видишь впервые?

Оля медленно повернулась.

Кассиан стоял близко – слишком близко. Она видела каждую чёрточку его лица: острые скулы, родинку над губой, золотистые искорки в карих глазах. Видела, как дрогнули его ресницы, как напряглись губы.

Он ждал. Надеялся.

– Я… – Оля сглотнула, подбирая слова. – Я не могу тебе объяснить, Кассиан. Не сейчас. – Как же сказать ему, что он ей не нравится.

– А когда?

– Позже, немного позже.

Кассиан молчал долгую минуту, потом кивнул:

– Хорошо. Я подожду.

Он развернулся и ушёл, оставив Олю стоять посреди площадки. Она поняла, что к нему у неё нет никаких чувств. Он был красив – Оля видела это. Но сердце её молчало. Она стояла посреди площадки, глядя ему вслед, и чувствовала только усталость и облегчение.

«Линга, – подумала она. – Как ты могла оставить такого? Он же любит тебя. По-настоящему. А я… я даже не могу сделать вид».

Домой она вернулась уставшая, но довольная, что тренировка, хоть и с трудом, но прошла. Никто, кажется, не заподозрил подмены.

В доме пахло едой. На кухне хлопотала Мелинда, а Зефира помогала ей накрывать на стол. Мать что-то напевала, помешивая в котле, и от этого напева веяло таким домашним уютом, что у Оли защемило сердце.

– Садись, дочка, – улыбнулась Мелинда, указывая на лавку. – Тяжёлое утро было?

– Нормально, – Оля опустилась на мягкую подушку, покрытую вышитой тканью. – Отец, кажется, недоволен.

– Отец всегда недоволен, – фыркнула Зефира, расставляя миски. – Это его работа – быть недовольным, – девушка рассмеялась.

Оля улыбнулась в ответ. Как же это было похоже на обычную земную семью! Мать ворчит, отец строг, младшая сестра всех мирит.

Завтрак состоял из каких-то местных блюд: каша из жёлтого зерна с орехами, лепёшки, пахнущие мёдом, травяной чай. Оля ела осторожно, пробуя и запоминая вкусы.

– Ты какая-то задумчивая, – заметила Мелинда, присаживаясь рядом. – Всё хорошо?

– Да, мам. Просто… много мыслей.

Мелинда кивнула, но в глазах её мелькнула тень беспокойства. Она посмотрела на дочь долгим, изучающим взглядом – тем самым, от которого Оле становилось не по себе.

– Ты точно хорошо себя чувствуешь? – Мелинда села рядом и прижала дочь к себе, нежно погладив ей волосы. – Может, сходить к Мире? Пусть посмотрит.

– Нет-нет, – поспешно сказала Оля. Она прижалась к тёплой груди матери, пусть и чужой, но это было так приятно. – Всё хорошо. Правда.

Мелинда вздохнула, но настаивать не стала.

После завтрака, когда Зефира убежала по своим делам, а Мелинда занялась хозяйством, Оля ушла в свою комнату. Нужно было попробовать то, о чём писала Линга в тетрадке – управление огнём.

Она села на пол, скрестив ноги, закрыла глаза и сосредоточилась. Вспомнила, как вчера огонь вспыхнул сам собой, повинуясь эмоциям. Теперь нужно было научиться вызывать его осознанно.

Она представила тепло в груди – маленький огонёк, пульсирующий в такт сердцу. Направила его по руке, почувствовала, как покалывает ладонь. Открыла глаза, протянула руку…

Ничего.

– Давай, – прошептала она. – Ты сможешь.

Ещё попытка. Снова пусто.

Оля начала злиться. На себя, на Лингу, на всю эту ситуацию. Её заперли в чужом мире, в чужом теле, наградили магией, которой она не умеет пользоваться, и оставили разбираться с проблемами, которые её не касаются.

– Чёрт! – выдохнула она.

И вдруг – вспышка.

Синее пламя вырвалось из ладони, осветив комнату призрачным светом. Оно было холодным на вид, но тёплым на ощупь – странное, неземное чувство.

– Да! – засмеялась Оля. – Получилось!

Пламя переливалось, пульсировало в такт сердцебиению. Оля попробовала уменьшить его – получилось. Увеличить – огонь взметнулся выше. Она хотела швырнуть его в пустой угол, но в последний момент передумала и погасила.

–Я маг, – улыбнулась она, чувствуя, как внутри разливается гордость.

В дверь постучали.

Оля вскочила, отряхивая колени, и открыла. На пороге стояла тётушка Мира с большой корзиной, полной пучков трав и баночек.

– Я же сказала – зайди ко мне после тренировки, – буркнула старушка, протискиваясь в комнату. – А ну давай, показывай, чему научилась.

Мира оглядела комнату цепким взглядом, втянула носом воздух, заметила лёгкий запах гари и удовлетворённо хмыкнула.

– Пробуешь? Хорошо. – Она поставила корзину на стол и повернулась к Оле. – Показывай.

Оля специально не пошла к ней. Боялась, что Мира что-то поняла. Но теперь деваться было некуда. Она протянула руку, сосредоточилась. На этот раз пламя вспыхнуло почти сразу – яркое, синее, красивое.

Мира кивнула:

– Неплохо. Линга этим даром почти не пользовалась. Не любила. А у тебя, гляжу, получается.

– Я стараюсь, – скромно сказала Оля и, помедлив, добавила: – Вы… вы поняли, что я не Линга?

Мира усмехнулась, но не зло, скорее устало:

– А то не видно. Аура у тебя другая – чужая, нездешняя. Я это сразу поняла, как только ты руку мне протянула сегодня. – Она подняла ладонь, останавливая готовые сорваться слова Оли. – Молчи. Я не враг. Если Линга решила так поступить – значит, были причины. Она девушка умная, хоть и отчаянная.

Старушка вздохнула и присела на лавку возле окна, жестом приглашая Олю сесть рядом.