Наталья Бульба – Целительница (страница 48)
До ворот, где был устроен еще один контрольно-пропускной пункт, телепать пришлось метров триста. Не будь вокруг зелени, прогулка вышла бы унылой. А так — вполне терпимо, глазу нашлось за что зацепиться.
Картину портил тот самый ветер. Здесь, за чертой города, песок, который он нес, чувствовался особо.
— Кстати, так и не спросил у тебя, — обходя очередной бетонный блок, которыми щедро украсили дорогу, начал Игнат, — а что Ираклий делает в Ставрополе?
Реваз остановился, задумчиво посмотрел на замершего одновременно с ним Игната:
— Я когда тебе про обстановку в регионе рассказывал, ты меня слушал?
Игнат вздохнул. Хотел кивнуть, но потом качнул головой. Слушать-то он слушал, но думал в тот момент о другом.
О Сашке он думал. О том, как устроилась в Москве. С одной стороны, именно об этом она и мечтала. С другой… Иначе все должно было произойти. Иначе!
— Тогда слушай сейчас. — Реваз вновь направился в сторону пансионата. — Ираклий — единственный сын третьей жены князя Давида Багратиона. Погибла молодой. Было покушение на самого князя, она закрыла его собой.
— Отсюда особое отношение к Ираклию, — хмыкнул Игнат, — что не помешаю князю отправить отпрыска на войну.
— А отпрыск его спрашивал? — напомнил Реваз о категоричности того Ираклия, которого они знали. — Ты же помнишь, если что втемяшилось ему в голову, уже не выбьешь. Одно утешало, чаще всего он был прав, а когда случалось ошибаться, то все равно выворачивал в свою пользу.
Игнату ничего не оставалось, как согласиться.
Целителем Ираклий оказался слабым, но остановить кровь, «очистить» рану, обезболить мог.
А еще он был сильным земляным, что помогало в разведке. Практически невозможно застать врасплох.
— Так, значит, Ставрополь в качестве подарка? — поспешил подытожить Игнат. Они уже подходили, хотелось закончить разговор.
— Часть Ставрополя он получил в качестве приданого за Софико, — поправил его Реваз. — Остальное взял сам. Не сразу, конечно, но теперь никто не оспаривает его право контролировать город.
Формулировка звучала интересно. Контролировать город…
В Центральной России о таком даже мысли не возникало — количество княжеских родов, способных, объединившись, обуздать любого наглеца, остужало подобные желания, здесь же главную роль играла близость персов и османов, усиленно помогавших естественному отбору и делавших сильнейших действительно сильнейшими.
Ну а дальше все просто. Лучше иметь одного хозяина, с которым и выстраивать взаимоотношения, чем нескольких, чаще всего неспособных договориться друг с другом.
Менталитет, мать его…
По мнению Игната, императору уже давно было пора заняться этим регионом, но кто он такой, чтобы давать подобные советы?!
— Будем считать, что нам повезло, — подытожил он. Это касалось и сегодняшних реалий, и случая, который свел их с бывшим сослуживцем.
Реваз, может, и хотел что-то ответить, но они подошли к КПП.
— Ваши документы.
Происходящее отдавало ностальгией, но Игнат предпочел бы находиться сейчас в другом месте и с другими людьми.
Увы, чтобы желание исполнилось, предстояло сначала добыть эти чертовы документы, а затем сделать все, чтобы они оказались в Москве.
Что из этого было сложнее, ни он, ни Реваз не знали.
ГЛАВА 13
Выспаться нам с Юлей не довелось.
Сначала приехал Александр Трубецкой. Потом Антоха с Игорем. Затем, припозднившись буквально минут на пять-семь, Илья Воронцов.
Нам с Юлей даже позавтракать не дали. Но это и к лучшему. Заказанную парнями пиццу доставили быстро, так что голодными не остались.
О том, что произошло ночью в доме, первым узнал мой тезка. Он позвонил Антону и Игорю. Антон — Илье.
Я могла и ошибаться, но там, у озера, особой дружбы между ребятами не заметила. Но прошло несколько дней…
Похоже, в каждом из них дремал дух авантюризма. Появись у него повод проснуться раньше, дружба случилась бы уже давно. Но вышло так, как вышло.
История с Яной не только собрала нас, но и научила, что в одиночку не сделать того, что вполне по силам, когда вместе. И не важно, что звучит это несколько пафосно. Когда искренне, тогда можно.
Устроились в гостиной. На этот раз в той, что во флигеле. Стульев на всех не хватило, но мы решили вопрос кардинально: переставили стол к дивану. Туда же передвинули кресла, так что устроились со всеми удобствами.
Единственное, приходилось отвлекаться, чтобы приготовить свежий чай. Но и от этого нас с Юлей освободили. Все кухонные хлопоты взял на себя Игорь, как оказалось неплохо знакомый с этой нехитрой премудростью.
— Так, я это не хочу. — Юля отодвинула блюдо, на котором лежала пицца с морепродуктами. — А хочу я…
— Разбаловались вы, барышня. — Хохотнув, Антон положил ей на кусок «Монтанары». — Ешьте, что дают!
— Ах, какие мы грозные, — хмыкнула Юля. Потянулась к кусочку…
— А я кое-чего не понял, — остановил ее на полпути Илья. — Вы говорите, стреляли с чердака дома напротив. Но ведь с него не видны окна комнаты Яны.
— Как это не видны? — непонимающе посмотрела я на двоюродного братца. — Они же как раз напротив.
— Как — напротив? — нахмурился он. — Я ведь помню — последняя дверь по коридору. Слева.
— Справа, — поправила его Юля. — Слева — моя.
Илья мотнул головой, прикусил губу, демонстрируя напряженную мыслительную деятельность. Похоже, что-то у него все-таки получилось:
— Так справа была игровая. Мы тогда еще…
— Я поняла! — перебив его, воскликнула Юля. — У нас же был ремонт. Раньше мы с Янкой жили в одной комнате, а после того, как переделали игровую… Подождите! — уставившись на сидевшего напротив нее Трубецкого, неожиданно замерла она. Потом резко вздохнула. — А откуда они узнали, в какой комнате живет Яна?
Вопрос был интересным. Ответ…
Вариантов ответа было немного. Случайность я бы исключила. В доме два этажа. Даже если не принимать во внимание первый, где находились гостиная, столовая, библиотека, кабинет, кухня и помещения для приходящей прислуги, то и на втором комнат хватало. Более того, окна большинства из них были расположены значительно удобнее, чем то, в которое стреляли.
Оставался точный расчет, но это наводило на интересные мысли.
— Либо они бывали здесь, либо знают того, кто бывал, — опередил меня тезка.
Юля отреагировала странно. Бросила кусочек пиццы обратно на тарелку, вскочила с дивана, подошла к окну. Обхватив себя руками за плечи, замерла.
Кивнув Антону на нее, я перевела взгляд на Трубецкого.
Голова у парня работала что надо. Но это и неудивительно. Наследник у такого папочки должен быть соответствующим.
— Не самое приятное предположение, — тяжело вздохнул Илья. Проследил взглядом за Тохой, который направился к Юле. — Если говорить про наших, то последний раз мы собирались здесь всем классом на Юлькино тринадцатилетие. Потом, насколько помню, праздновали в кафешках и клубе.
— На пятнадцать лет мы с девчонками после кафешки приходили сюда, — не обернувшись, произнесла Юля. Позволила Тохе прижать ее к себе. И даже немного обмякла, словно расслабившись.
Ее вопрос про Сергея я не забыла. Но вот радоваться тому факту, что невозможность своего будущего с Антоном она осознавала полностью, не торопилась. Осознавать — одно, а бороться с чувствами — другое.
— А Янкины одноклассники? — уточнил Игорь. Его пальцы двигались, «собирая» успокаивающую магему.
Заметив, что я наблюдаю за его движениями, грустно улыбнулся. Думаю, он, как и все остальные, рассчитывал на другую встречу. А тут…
Рано или поздно, но детство заканчивалось. Это не значило, что больше не будет беспечности и праздного, но чаще всего такого приятного времяпрепровождения. Это значило, что в жизни появлялись и проблемы, которые предстояло решать самим.
Для меня первой такой проблемой стала поездка в Москву. Не сама по себе, а на фоне связанных с отцом событий.
Для них… История с Яной выглядела очень серьезной, без труда затмив все, что уже случалось в их жизни.
Да и в моей тоже.
— У нее день рождения летом, — вздохнула Юля. — Праздновали всегда на улице. Дальше первого этажа никто не проходил.
— Остаются студенты, — подвел итог Игорь.
— Можешь о них забыть. — Юля вывернулась из объятий Тохи, вернулась на диван. Села, подобрав под себя ноги. — Тех, кто жил во флигеле, исключаем сразу. Они с отцом постоянно общаются, он бы наркотики определил без труда. А других, приходивших в дом, было немного. Да и кабинет, если вы помните, на том же первом этаже. Подниматься никуда не надо.