Наталья Бульба – Целительница. Выбор (страница 42)
Просто все было очень серьезно. И я это понимала. Как и они…
***
Инструктором оказался Владимир. Сотрудник принадлежавшего Андрею стрелкового клуба «Исень», с которым мне уже довелось встречаться. Дважды. И оба раза на поиске.
В первый раз именно его команда прикрывала нас, когда похитили младшую сестру Юли. Во второй вместе шли по следу Луки.
Серьезный парень с шикарной подготовкой. Ну и преданный лично крестному, что я отметила еще тогда.
Инструктаж он тоже провел профессионально. Четко, жестко и однозначно. По знакомому благодаря Андрею принципу: шаг вправо, шаг влево… и первым бортом в Москву. Без разговоров.
Но сначала было подписание документов о неразглашении. И если во втором из бланков, в котором оставила свой автограф и я, было все, что касалось холерного вибриона, то в первом, тоже с гербом императорского дома, сведения о моем поисковом даре.
В этом был весь крестный. Он не забывал ни о чем.
Проведя инструктаж, Владимир отвез нас к эвакуационному лагерю и, передав мрачному санитарному врачу, отвечавшему за Западный сектор, сам остался в машине, так и продолжавшей стоять за границей оцепления.
Врач – не очень-то обрадовавшийся нашему появлению, тоже сказал несколько слов о том, на что стоит обращать внимание – речь, естественно, шла не о холерном вибрионе, а о санитарном состоянии пищевых площадок и жилых блоков, которые нам предстояло проверять, благословил на ратный труд и отправил «в поле».
«Поле» оказалось огромным. Это на карте все смотрелось компактным, в реальности все выглядело совсем не так.
Жилые модули стояли блоками по пять, двадцать в каждом из шести рядов. Между блоками, на специальных платформах, биотуалеты, раковины для мытья рук и душевые кабины. Площадки для приготовления и приема пищи – в углах сектора. Рядом с ними – санитарный пост и цистерны с питьевой и технической водой.
Будь холерный вибрион обычным – наиболее вероятная цель тех, кого мы искали. Магический модификант, а мы имели дело именно с ним, таких масштабов не требовал. Достаточно заражения одного человека, чтобы вспыхнуло едва ли не мгновенно.
- Круто! – Сашка, как и я, отвел взгляд от висевшей на стенде карты и посмотрел на лагерь, в котором нам предстояло работать.
Полкилометра в одну сторону и столько же в другую. Ну и метров четыреста, если между двумя центральными входами-выходами.
По последним данным, которыми нас снабдил санитарный врач, в эвакуационном лагере находилось почти две тысячи человек. Почти половина из них старики и дети.
– С чего начнем? – Трубецкой дождался, пока мы проникнемся объемом предстоящей работы.
Поймай я след контейнера сразу, стало проще, но…
Об этом можно было только мечтать.
- С разговора, - неожиданно тяжело посмотрел на Сашку Игорь. И даже как-то подобрался, словно готовясь к нападению.
Остальные тоже не остались равнодушными. Да и было с чего забеспокоиться. Владимир провел не только инструктаж, но и обеспечил парней оружием. Сашка, Юрий и Антон получили магики - укороченные автоматы, стреляющие парализующими магемами. Игорь – пистолет, в обойме которого тоже были болванки с магемами.
Безоружной оставалась только я, но это если официально. Пистолет, который дал мне крестный, сейчас скрывался под штаниной брюк, в кобуре на голени.
Вряд ли парни не отдавали себе отчет в том, что делают – все-таки уже второй курс военного училища, но прежде чем эта разумная мысль меня посетила, я успела испугаться.
А Трубецкой, вопреки слабой надежде, сглаживать даже не собирался:
- Что тебя интересует? – как-то… сверху вниз посмотрел он на Игоря.
Тот тут же «набычился»:
- Откуда тебе известно, что Саша – поисковик?
Вопрос был интересным - во время поиска Юли тезки с нами не было, но и ответ очевиден:
- Скорее всего, рассказал отец, - поторопилась я вклиниться, уж больно происходящее напоминало противостояние. – Я права? – посмотрела на Трубецкого.
- Права, - чуть смягчив интонации, подтвердил он. – От рода я отвечаю за безопасность Саши, потому должен владеть всей информацией о ней.
- Хорошо устроился! – вместо того чтобы успокоиться, распалился Игорь. – Чуть что…
- Хватит! – не выдержав, рявкнула я. Поймав задумчивый взгляд Вяземского, несколько стушевалась, но все равно продолжила довольно холодно. – Нас сюда не отношения выяснять отправили.
Что порадовало, продолжать в том же тоне парни не стали, лишь переглянулись… многообещающе. Вроде как взяли паузу, но отступать не собирались.
Мне это очень не понравилось, возвращая к необходимости разговора с Игорем, но…
События неслись, не оставляя нам возможности пообщаться без лишних глаз.
- Так с чего начнем? – сбив с этой мысли, повторил вопрос тезка.
Я вздохнула. Повернула голову вправо, влево…
Старшим в группе был Трубецкой. Игорь и я – целители, что подчеркивалось голубыми жилетками поверх стандартной униформы внештатников МЧС. Вяземский и Тоха – сопровождение.
Таких команд, как наша, только с классическими медиками вместо целителей, на территории Западного эвакуационного лагеря действовало шесть. Но если их задачей был санитарный контроль, то мы искали контейнер, в котором хранились ампулы с возбудителем холеры.
Как сказал Владимир, по аналогичной схеме работали и в других эвакуационных лагерях. Благо поисковиков с подобным моему дару здесь хватало.
- Саша? – не дождавшись ответа, поторопил меня тезка.
Я прислушалась к себе. Ни одно из направлений не вызывало у меня никакого энтузиазма. Отторжения, впрочем, я тоже не чувствовала. Дар молчал, намекая, что просто не получится. Да и нервозность, вызванная стычкой парней, не давала настроиться, вновь и вновь возвращая к возможной причине конфликта.
- Тогда, направо, - правильно расшифровал мое молчание Трубецкой. – Тоха, на тебе Саша. Юр, ты…
- Понял, за Игорем…
- Подстраховывай Антона, - перебил его Трубецкой. – Игорь и сам себя защитит, если что.
- А я, значит, нет, - тяжело вздохнул, недовольно посмотрела я на тезку.
Нет, он, конечно, прав. Как только поймаю след…
Главное было его поймать.
Начали мы с первого же блока.
- Здравствуйте! – Игорь приоткрыл дверь ближнего ко входу в лагерь модуля. – Позволите войти?
О проявлении вежливости особо предупредил Владимир. Люди находились в напряжении, достаточно малейшей искры, чтобы вылилось в беспорядки.
Людмила Викторовна во время своих лекций об этом тоже упоминала. Страх перед стихией, потеря близких, знакомых, нажитого. Ощущение своей малости перед тем, чего не можешь изменить…
Раздражение копилось исподволь, проходя знакомые психологам стадии: отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие. Каждый человек – свой мир, каждый двигался со своей скоростью, осознавая происходящее.
Общим было одно: они находились в начале пути, где все выглядело зыбко и непредсказуемо.
- Кто вы? – прозвучал в ответ немолодой хриплый голос.
- Целители, - Игорь прошел внутрь, позволяя нам с Антоном последовать за ним. – Патруль.
- Ваши уже были сегодня, - раздалось в ответ.
Внутри оказалось довольно светло, привыкать к разнице в освещении не пришлось, так что поднявшегося с кровати пожилого мужчину я увидела сразу.
Встав, он поправил одеяло, которым была накрыта постель. Потянулся к подушке, переложить, но, бросив, развернулся к нам.
- Утром приходили.
Малую диагностическую магему я сбросила, даже не задумываясь. Прошлась по органам и системам, оценивая физическое состояние.
Жизнь мужчину не баловала, но ничего критичного я не обнаружила. Если не считать, конечно, несколько подскочившего давления.
- Мы – целители, - давая время закончить диагностику, заметил Игорь. – А до нас ходили медики. Это – разное.