Наталья Бульба – Целительница. Выбор (страница 44)
Для целителей и обладающих стихийным даром холера, как и многие другие инфекционные заболевания практически не опасны. А вот для простых людей…
Больше с этой дрянью она не встречалась и не сожалела об этом. Ей хватало и вполне обычных, но, тем не менее, весьма опасных инфекций, частенько сопровождавших места чрезвычайных ситуаций.
- Людмила Викторовна…
Она так задумалась, что едва не забыла, где и почему находится. Вздохнув – чужой голос ее слегка напугал, повернулась к подошедшему Кириллу.
Еще один Орлов.
И ведь не родственник, всего лишь однофамилец, но вот эта харизма, перед которой молодым девицам не удавалось устоять, чисто орловская.
Петр был другим. Более мягким, хоть и не без стрежня. И более одаренным, что его старшего брата нисколько не смущало.
И это Людмилу Викторовну радовало. Хотя бы тем, что в отношениях братьев не было черной зависти, лишь легкое соперничество, нередко становившееся предметом беззлобных шуток.
- Вернись в госпиталь, - попросила она, надеясь на еще на пару минут одиночества.
Известие о холерном вибрионе. Беспокойство за Сашу, чья роль в патрулировании ей была теперь более чем понятна. Разговор с Владимиром…
Чтобы несколько растеряться, хватило бы и чего-нибудь одного.
- Людмила Викторовна, - не сдвинулся с места Кирилл, - где Саша?
Людмила Викторовна мысленно качнула головой. Еще один ветреный мальчишка, неожиданно нашедший ту, что изменит жизнь…
Если это так, то ни Кириллу, ни Александре она не завидовала. Даже если подтвердится, что Саша - княжеского рода, на общее будущее им не стоило рассчитывать. Не та у нее чистота происхождения.
Но это была проблема не сегодняшнего дня.
А до завтра еще только предстояло дожить.
- Усиление в патрулировании эвакуационного лагеря, - не сразу, но нашла она обтекаемую формулировку. – Собирали целителей, которые показали себя во время поиска.
Вместо того чтобы понимающе кивнуть, Кирилл иронично улыбнулся:
- Людмила Викторовна… Отозвать целительницу, способную работать с коллапсом каналов как раз в то время, когда таких пострадавших становится все больше…
- Что ты себе позволяешь?! – неожиданно даже для себя самой, вдруг цыкнула она. – Немедленно вернись в госпиталь!
Ей хватило мгновения, чтобы взять себя в руки и вспомнить, где она и для чего находится.
Людмила Викторовна медленно выдохнула и уже спокойно посмотрела на Кирилла, который с интересом наблюдал за ней:
- Извини, - посчитала она необходимым попросить прощения, - я сама недовольна таким решением, но есть приказ Штаба и мы не вправе его обсуждать.
Кирилл ответил не сразу. Потом скривился и произнес, поймав ее собственные ощущения:
- Главное, чтобы с ней ничего не случилось.
…чтобы ничего не случилось…
Людмилу Викторовну в уверенности, что так и будет, убеждало присутствие рядом с Сашей младшего Трубецкого.
Каким бы говнюком он ни был, но за Сашу станет биться до конца.
Честь рода! Приказ отца: обеспечить ее безопасность, он не нарушит.
***
- Ты не знаешь, что с Игорем? – воспользовавшись тем, что остались вдвоем, поинтересовалась я у Антона.
- А ты не догадываешься? – несколько даже обескуражено посмотрел на меня Тоха.
Я – догадывалась, но признаться в том, что стала причиной ссоры столько лет друживших парней, было сложно.
- Санька постоянно провоцирует, - по выражению моего лица Антон сообразил, что очевидное для него таковым для меня не является. – Словно вы уже пара. Я удивляюсь, откуда у Игорехи столько терпения. Я бы давно Трубачу физиономию отрихтовал, а тот лишь время от времени срывается.
Я посмотрела на младшего Трубецкого. Тот, не скрывая магофона, которые для простых смертных были здесь под запретом, неподалеку от нас разговаривал с отцом. Потом перевела взгляд на Игоря и Юрку. Те, после того, как умылись, беседовали о чем-то у гигиенической площадки.
- Кажется, я чего-то не понимаю, - усмехнувшись, пожала я плечами. – По большому счету, Игорю я ничего не обещала, а уж про Трубецкого речь вообще не идет. А меня уже поделить не могут.
Вместо того чтобы удивиться, Антон засмеялся. Отмахнувшись, когда Трубецкой развернулся в нашу сторону, неожиданно заявил:
- Я тебе скажу не как представитель княжеского рода, а по-простому: не парься. У нас возраст такой. Самоопределения.
- А виновата я, - вздохнула я. Потом, соглашаясь, кивнула. – И ведь действительно виновата. Ведь говорила себе держаться от вас подальше.
- Саш, ты чего? – Антон был явно обескуражен моим заявлением. – Не обращай внимания! Побесятся и успокоятся. Ну не хватает им адреналина.
- Не хватает адреналина? – воскликнула я, с ужасом посмотрев на Тоху. – Вот этого, - рукой показала на жилые модули, - мало?!
Закрыв глаза руками, отвернулась.
Не видеть! И хорошо бы еще и не слышать!
Полтора часа от модуля к модулю, продвигаясь сразу по двум рядам. Войти, поздороваться, осмотреться, поговорить, в процессе оценивая состояние здоровья и пытаясь уловить возможные следы заражения холерным вибрионом. Попрощаться, выйти, вздохнуть с облегчением.
Там, где в модуле находились один, двое или даже трое, было проще – успевали все. А вот там, где больше, приходилось напрягаться. А если еще и дети… Новые люди были им интересны. Они лезли, задавали одновременно множество вопросов и, не дожидаясь ответов, спрашивали снова. Что-то роняли, поднимали, показывали нам, хвалились. А еще просили пить, писать, переодеться, потому что запачкались, и обязательно сказать, когда они смогут вернуться домой.
А потом все начиналось сначала. Вопросы, просьбы, протянутые руки…
А у Антона и Вяземского, которые обычно заходили с нами и оставались у входа, оружие. Хорошо еще у Игоря пистолет был скрыт жилетом, а то бы и ему доставалось.
Некоторые взрослые были не лучше детей. То благодарили за помощь, то ругали спасателей, войска, нас, целителей, и даже императора, который был едва ли не виноват в этом землетрясении. Потом, спохватившись, извинялись и тут же снова начинали ругать и благодарить.
А мы – слушали. Говорили, отвечали, сами задавали вопросы. Поддерживали, мягко укоряли, объясняли…
За эти полтора часа я устала больше, чем за сутки поиска.
- Что случилось? – подошедший Трубецкой грозно взглянул на Тоху.
Тот пожал плечами, мол, ничего серьезного, но Сашку такой ответ не устроил и он развернулся ко мне:
- Саша?
- Ты случился! – сорваласья, но тут же, словно именно этого мне и не хватало, успокоилась. – Такими темпами мы здесь надолго зависнем.
До конца рядов, где модули стояли «лицом» друг к другу, по два блока. Потом санитарная зона, где находился и санитарный пост, и площадка для приема и приготовления пищи. А между ними свободное пространство, с импровизированной сценой.
И толпа народа, которая хорошо было видна даже отсюда.
Кто-то сидел, расположившись на скамейках пищеблока или на раскладных стульях, которые принесли с собой. Но большинство стояло, продвинув детей ближе к актерам.
И ни одного патруля на виду. Словно и не было угрозы эпидемии.
- Опять ее достаешь? – Игорь с Юркой не задержались с появлением.
- Хватит! – на этот раз повысил голос Антон.
И, что удивительно, его послушались. Трубецкой с Игорем даже не переглянулись, но чернота между ними стала светлее.
Впрочем, это могло быть заслугой вставшего рядом с ними Юрия. Целитель с хорошо развитой эмпатией…
Андрей учел даже это. Эмпатия Вяземского работала в обе стороны, хоть немного, но уравновешивая нашу компанию.
– Саш, ты так ничего и не чувствуешь? – с удовлетворением, словно их спокойствие было его заслугой, посмотрев на парней, обратился ко мне Антон.