Наталья Борисова – Девять аккордов (страница 1)
Девять аккордов
Авторы: Чигинцева Оксана, Авдонина Ольга, Белецкая Юлия, Борисова Наталья, Губерт Альфина, Гусева Татьяна, Климова Татьяна, Купи Светлана, Фиа Ирина
© Оксана Чигинцева, 2024
© Ольга Авдонина, 2024
© Юлия Белецкая, 2024
© Наталья Борисова, 2024
© Альфина Губерт, 2024
© Татьяна Гусева, 2024
© Татьяна Климова, 2024
© Светлана Купи, 2024
© Ирина Фиа, 2024
© Оксана Зарандия, дизайн обложки, 2024
ISBN 978-5-0065-1593-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Девять аккордов (сборник рассказов)
Альфина Губерт
Долгожданный отпуск
«Какой длинный перелет, – каждый раз говорит себе Лея. – Полгода приходится экономить на обновках и выходах в ресторан. Могла и на макаронах посидеть, летела бы тогда в салоне первого класса».
От привычного самоедства ее отвлекает муж-иностранец:
– Как думаешь, в этом самолете нас будут кормить русской кухней?
«Господи, и он туда же! Зачем я ему уступила и согласилась показать город детства?» – Продолжает мучить себя Лея.
Сначала шестичасовая поездка из провинции в Париж на машине, по грустным автобанам, без каких-либо живописных пейзажей. Она предпочитает сама быть за рулем, так, по крайней мере, руки заняты. Но, отправляясь в отпуск, Лея охотно соглашается, что машину поведет муж. Себе дороже выйдет, если за рулем будет она, иначе он всю дорогу будет критиковать ее манеру вождения и продолжать учить правилам движения.
Лея откидывает спинку сиденья и пытается себя отвлечь. То в сумке пороется, то телефон достанет, то откроет новый начатый роман. Одна радость – термос с крепким кофе и шоколадное печенье.
На подъезде к Парижу страшные пробки. Жара. Август. Сам город переполнен туристами, приехавшими развлечься, и иммигрантами, ищущими, где заработать. Все это смешивается в пыльном воздухе, с увеличенным количеством выхлопных газов.
В аэропорту становится веселее. Пассажиры болтают на разных языках. Кое-кто уже одет в национальный костюм, а некоторые жуют патриотические бутерброды под национальным соусом. Все эти запахи витают вокруг безразмерных чемоданов, сумок и орущих детей.
– Ну, какой же это отдых, – бормочет под нос Лея, сидя уже в самолете, прижатая с одной стороны своим французским мужем, а с другой – молодым парнем, который благоухает приторным, очень дорогим парфюмом. Подступающая тошнота подло крадется к горлу и рискует показаться на люди.
– Лея, ты не рада, что летишь повидать родителей? – не унимается супруг.
– Рада, дорогой, просто волнуюсь, – женщина издает глубокий вздох, а про себя сокрушается: «Ну почему я не полетела одна?!»
В последнее время она стала замечать, что, бронируя билеты на свою далекую родину, в Казахстан, испытывает некоторую тревогу и радость одновременно. С работы удается сорваться только раз в год, и то максимум дней на десять. Каждый приезд на родную землю не проходит без приключений. Некоторые из них не очень приятные для воспоминания, а от других у Леи появляется улыбка на губах, а порой скатывается слеза и щекочет лицо.
К завершению отпуска Лея с трудом собирает чемоданы, и каждый раз возвращение домой сопровождается особой грустью. По возвращении их крошечная чистая квартира ей кажется еще меньше и совсем пустой. Но потом, со временем, все как-то само собой встает на свои места. Ведь жизнь продолжается.
За годы Лея уже привыкла, что за все нужно бороться. Она чувствовала перемену в себе, но не могла понять, в какой же момент надломилась. Или наоборот стала сильнее? Лея сама не могла определить истину в своих рассуждениях. Выходя на работу после отпуска, она становилась какой-то напряженной, как будто внутри закручивалась пружина. И много раз задавала себе вопрос: «Почему после такого замечательного отпуска по приезде во Францию у меня пропадает чувство защищенности и тепла?»
Только там, у родителей, Лея наконец становилась собой, той живой девочкой, которая в девятнадцать лет улетела покорять Париж. Откуда в тот момент у нее было столько храбрости?
Она натягивала старые линялые джинсы, футболку и сланцы. У родителей можно спать до обеда. Не переживать ни о чем. Наслаждаться пробуждением, глядя на родительский сад, цветущий вьюнок и горы, которые заглядывали к ней в окно вместе с гроздью винограда. Такой природы, яблоневых садов и водопада не увидишь из окна французской квартиры в многоэтажке.
Лея совершенно не набирала вес и могла с удовольствием поглощать все кулинарные шедевры своей мамы. Это было чудесно! Какой аромат свежезаваренного чая, хвороста или свежеиспеченных блинчиков! Такого она нигде больше не чувствовала. Тут пахло ванилином и корицей, теплом и заботой.
Жаль отпуск очень короткий. По возвращении к себе все снова пойдет своим чередом: подъем в полседьмого утра, пробежка, душ, завтрак, а потом бесконечные пробки по дороге на работу. Целый день в офисе на высоких каблуках.
В обеденный перерыв Лея осматривает сидящих за соседними столиками людей: «Ну, почему французские женщины не красятся? Почему у них понятие дресс-кода – это просто вымытые волосы и серенький костюм?! Какого черта я залезла на эти каблуки? Потому что начальство и коллеги привыкли меня видеть такой? Как теперь с них спуститься и смыть навсегда алый цвет со своих губ? Какого черта мне всегда хочется, чтобы мной восхищались? Это так утомительно в конце концов!»
– Лея-я-я-я? Ты в порядке? – опять голос мужа вырывает ее из круговерти мыслей, где она так строга к себе.
– Все отлично, – а сама шепчет на русском: – Ни черта не отлично! После посадки на родной земле, еще в самолете, мозг Леи автоматически переключается на русский лад. Как клавиатура на телефоне или компьютере. Она начинает думать по-русски, ей хочется слушать русскую музыку. Ее французский становится фоном.
Обычно Лея летает к родителям одна, чтобы выспаться, отдохнуть, наговориться вдоволь по-русски, поесть пельменей и запить их стопкой холодной русской водки.
В этот раз провести отпуск в приятном ритме не получится, придется носиться с мужем по городу, показывать местные достопримечательности, постоянно переводить (да почему же он никак не выучит русский?!) и вести его за руку, как ребенка, через дорогу. Он очень боится наших дорог, перекрестков, а самое ужасное для него – это взять такси – старые «Жигули» и не вымирающие «Москвичи».
У мужа в этот момент потеют ладони, и он судорожно сжимает руку Леи. Садясь в такси, он просит ее перевести водителю: «Почему ваши ремни безопасности не работают?» И судорожно пытается втиснуть потрепанный временем ремень в ржавую, согнутую застежку. Лею забавляет, что у водителей от удивления узкие глаза превращаются в блюдца.
Втайне она надеется, что мужу не понравится отпуск, и она сможет продолжить летать к родителям одна.
– Лея, мне нужно помыться, проводи меня, – Филипп кажется спокойным, но выглядит беспомощным. Ему непонятно, как в тридцатиградусную жару можно мыться в бане. Для него это чрезвычайно загадочная процедура. С мочалкой и тазиком он обращается крайне неловко.
Как-то утром она обнаруживает, что Филипп с удовольствием возится на огороде с ее мамой, а еще через день он отправляется с тестем ловить раков.
Что-то новое и непривычное появляется в их отношениях с мужем, они чаще спрашивают друг у друга о настроении, смеются, держатся за руки.
– Ты очень изменилась с тех пор, как мы здесь. Я раньше тебя такой никогда не видел! У тебя блестят глаза, ты и веселая, и умиротворенная одновременно. Стала улыбаться чаще и мне это очень нравится!
Похоже она ему нравится без притворства и переодевания.
Лея сидит в любимой беседке, где приятная тень. Аромат зелени и цветов опьяняет своей свежестью.
– Лея, будешь бокал вина? – спрашивает вечером Филипп, он помыт и выгулян – можно расслабиться.
Женщина немного медлит с ответом, словно переключает внимание с заднего плана на передний, и протяжно произносит: «Да, можно».
Она делает маленький глоток домашнего розового вина, которое мама хранит в погребе и опять погружается в себя, туда, где можно не обманывать.
– Кажется, я заигралась сама с собой, – произносит вслух Лея.
В этот момент сзади подходит Филипп, приобнимает жену и нежно шепчет на ушко о том, как она красива и как сильно он ее желает. Лею током пронзает мысль, что не нужно так напряженно стараться, чтобы кому-то понравиться. Она отвечает на долгий поцелуй.
* * *
По возвращении домой она отправляет опостылевшие туфли на высоченном каблуке и еще несколько хороших, но уже не нужных ей вещей в «Красный Крест».
В офисе появляется новым человеком – открытым и энергичным. У нее легкий, прозрачный макияж и удобные туфли-лодочки. Она позволяет себе носить брючные костюмы. Ей как будто становится легче дышать.
За обедом подсаживается за столик к коллегам и поддерживает беседу.
Те отвечают ей с улыбкой, в их взгляде она читает одобрение.
– Кажется, такая я им нравлюсь больше, – не перестает удивляться Лея.
Она больше не возвращается домой совершенно вымотанная. А когда случается трудный день, звонит мужу и ласково просит его заехать в магазин или приготовить ужин. Ей больше не нужно притворяться «железной леди».
В конце месяца Лея получает премию и откладывает ее в конверт с надписью «Долгожданный отпуск вдвоем».