Наталья Анашкина – Ее королевское пророчество (страница 42)

Мара приоткрыла рот, желая назвать имя того, кто нанес ей смертельную рану, но все ее тело вдруг выгнулось, не давая вымолвить ни звука. Превозмогая боль, уже совсем непослушными губами девушка смогла произнести лишь два слога:

— Ко… ро…

И затем душа рыжей красавицы навсегда покинула ее тело.

— Морриган?! — Голос Леона напоминал рык раненого зверя. — Ты ничего не хочешь мне сказать?

На его скулах ходили желваки, белки налились кровью.

Испуганный лекарь жался в углу, бросая поочередные взгляды с королевы на советника. Тело девушки еще не остыло, ей только-только закрыли глаза, но эти двое, кажется, были уже сейчас готовы схлестнуться в незримом поединке.

— Ты ведь не думаешь, что это я? — вопросом на вопрос осторожно откликнулась Морриган.

Она напряженно всматривалась в лицо Леона, пытаясь прочесть на нем невысказанные ответы.

— Да!!! Чтоб тебя! Именно так я и думаю! — Крик советника Барта сотряс комнату, зазвенел в ушах, отзываясь обвинительным эхом в душе у мгновенно осунувшейся королевы.

— Ты не прав, — отозвалась она максимально спокойным голосом. Но лишь богам было известно, насколько трудно ей далось это спокойствие. — Зачем мне убивать твою жену?

— Может быть, затем, что ты терпеть ее не могла?! — снова прорычал Леон, с трудом удерживая себя на одном месте. — Может, потому, что ты давно мечтала с ней расправиться?!

— Прекрати истерику, — холодно осадила его Морриган. — Если бы я хотела убить ее, то сделала бы это в первый же день знакомства. Но я этого не делала! — снова повторила она, заметно повышая голос.

Он не верит мне! Не верит! Как же это унизительно… и больно.

— Тогда кто?! — Леон приблизился к королеве, нависая над ней с высоты своего роста. — Перед смертью люди обычно не лгут! Мара говорила правду! И она назвала тебя!

— Разумеется. — Морриган скрестила на груди руки, бесстрашно глядя на своего обвинителя. — А еще я убила Одхрана, совращаю женатых мужчин и похищаю младенцев.

Леон дернулся от ее слов, будто от пощечины, и пристыженно отвернулся.

— Я не ставлю под сомнение ее слова, — уже чуть мягче произнесла королева. — Но что мы, по сути, слышали? Что, если твоя жена хотела сказать не «королева», а нечто иное? Возможно, это начало какого-то имени… Ну или это снова был кто-то под моей личиной, — устало предположила Морриган.

— Я знаю, что она хотела сказать. — Голос Бьянки, стоящей на пороге, прозвучал неожиданно громко и тревожно.

Вошедшая девушка по своему виду была немногим краше, чем ее погибшая подруга. Бледная, растрепанная, готовая вот-вот лишиться чувств и, пожалуй, даже желающая этого.

И тем не менее, стараясь избегать взглядом постель, где лежало мертвое тело Мары, Бьянка решительно объявила присутствующим:

— Не королева. Это был король. Он и есть убийца, которого вы ищете.

Бьянка уже несколько минут стояла у лестницы в ожидании Мары, но подруги все не было.

Что это с ней? Забыла? Передумала? Слишком занята?

Строя догадки, Бьянка расхаживала взад-вперед, вздыхая и хмурясь от нетерпения. Девушка настроилась на развлечение, и теперь взглянуть на всех королей, молодых и не очень, бывших и настоящего ей хотелось ничуть не меньше Мары.

Можно было бы дойти до покоев, которые занимали советник Барт и его супруга, но именно тот факт, что Мара может оказаться не одна, останавливал Бьянку.

Что, если она помешает им? Может быть, прямо сейчас они заняты чем-то очень важным, и это что-то не терпит постороннего вмешательства и чужих взоров. Может быть, Леон Барт именно в этот момент произносит на ушко своей жене те самые слова, которые она так жаждет от него услышать. И тут вдруг она со своей галереей…

Нет, лучше уж пойти одной.

Бьянка решительно развернулась и бодро зашагала в левое крыло дворца. Дорогу она предусмотрительно уточнила у местной прислуги, а не то еще долгое время блуждала бы по многочисленным коридорам. Два поворота налево, один направо, теперь немного пройти, никуда не сворачивая, и вот впереди уже виднеется арка, ведущая в нужный ей зал.

Бьянка прошла сразу в центр галереи, замедлив шаг и настраиваясь на неспешное созерцание. На губах заиграла довольная улыбка, с первого же взгляда ей понравилась атмосфера этого места. Много пространства, нет ничего лишнего. Здесь царил легкий полумрак, видимо, яркий солнечный свет мог навредить полотнам или испортить их.

Семь больших портретов в массивных рамах висели в ряд. Бьянка вспомнила, что все они принадлежат кисти одного и того же мастера. Девушка не знала, какие еще способности были у обозначенного мага, но то, что он был талантливым художником, являлось бесспорным фактом. Все короли на портретах были словно живые — четко прорисованные линии лиц, в глазах эмоции, но не пустота.

Мужчина с первого портрета был просто сказочно красив. В его взгляде читалось какое-то превосходство, будто он посмеивался над каждым, кто видел его впервые. «Гляди, я — само совершенство», — говорили его глаза. Бьянка знала, что король Бродерик, а это, безусловно, был он, славился своими многочисленными любовными похождениями. Теперь она понимала, почему женщинам было так трудно отказать этому мужчине.

Следующие короли уже не произвели на девушку такого ошеломляющего впечатления, как первый. У четвертого был очень жесткий, если не сказать злой, взгляд. Пятый был слишком стар. Шестой своим острым носом и хитрыми узкими глазами напоминал какого-то неприятного лесного зверька.

Портрет короля Регана, как и предполагалось, висел последним в этом ряду. В молодости он был, несомненно, очень красив и мужественен. Широкие мускулистые плечи, волевой подбородок, умный взгляд. Такой мужчина мог бы с легкостью завоевать сердце любой женщины.

Бьянка еще долго не могла отвести завороженный взор от лица ныне здравствующего правителя. Картина была написана так же прекрасно, как и все остальные. Настолько прекрасно, что Бьянка мгновенно оценила ее качество и реалистичность.

С холодным спокойствием и уверенностью с портрета короля Регана на нее смотрели угольные глаза Чужеземца.

ГЛАВА 37

ХРАМ ВО ИМЯ БОГИНИ ЛЮБВИ

— Реган и есть Чужеземец? Нет, это просто безумие какое-то. — Морриган тряхнула головой, будто пытаясь сбросить с себя неожиданно накрывшее ее наваждение. Оно походило на черную вуаль, плотную, душную, мешающую нормально дышать и видеть. — Мой муж, конечно, не идеал, но уж точно не злодей.

— Разве вы его хорошо знаете? — Бьянка посмотрела на королеву долгим испытующим взглядом, и, в конце концов, та, не выдержав, отвернулась.

— Нет, конечно, не очень хорошо. Ты права, — заговорила она сбивчиво, словно оправдываясь. — Но ведь не могу же я предъявить ему все злодеяния мира, не имея на то никаких доказательств?

— Моего слова вам недостаточно? — грустно улыбнулась Бьянка.

Морриган с удивлением отметила, что ее ученица стала выглядеть много старше своих лет, повзрослев буквально в одночасье.

Впрочем, было ли чему удивляться? Сегодня эта юная девушка столкнулась с призраком своего несостоявшегося убийцы. А ведь еще погибла ее подруга…

Одно потрясение за другим.

Первым делом, после того как Бьянка сделала свое сенсационное заявление, было решено немедленно допросить того, кого она обвиняла. Но Реган словно сквозь землю провалился. Был обыскан весь дворец, вся округа, но никто не мог ответить на вопрос, где в данный момент может находиться разыскиваемая персона. Поиски продолжались и сейчас, когда королева со своей подопечной уединилась в библиотеке, а Леон занимался организацией похорон своей молодой жены.

При всем этом действовать приходилось весьма аккуратно, чтобы, во-первых, не напугать присутствующих во дворце высокопоставленных гостей, и во-вторых, не допустить утечки даже малозначимой информации. Давно известно, что слухи рождаются и на пустом месте, а если уж дать им плодотворную почву…

— Я конечно же верю тебе, — осторожно начала королева, тщательно обдумав сложившуюся ситуацию, — но так же, как никто другой, я знаю, что очернить имя человека ничего не стоит. Что, если Чужеземец лишь похож на короля?

— Одно лицо, — коротко бросила Бьянка, не скрывая в своем голосе нотки появившегося раздражения. — Отчего вы так защищаете его?

— О нет, что ты! — Морриган подняла руки, демонстрируя свою непричастность к защите обвиняемого. — Я просто пытаюсь сказать, что это выглядит… хм… ты только не обижайся, пожалуйста… в общем, неправдоподобно. Полагаю, мы имеем дело с бастардом короля. Видимо, Чужеземцем является его незаконнорожденный… сын. — Морриган вдруг споткнулась на последнем слове, чувствуя, что ей неприятен сам факт его существования.

Бьянка смерила королеву взглядом, наполненным грустью и удивлением.

— Да почему вы никак не можете смириться с этой мыслью?

— О боги, Бьянка! — не выдержала Морриган, все-таки повысив голос. — Да потому что Реган — человек! Это просто не мог быть он! Но ты, видимо, находишься в таком состоянии, когда тебе сложно признать очевидный факт.

Теперь взгляд Бьянки наполнился чувством, которое королева и хотела бы понять по-другому, но видела лишь одно. Это была ничем не прикрытая жалость.

— Вы живете с магом, ваше величество. Много лет ваш седьмой супруг скрывает от вас свою сущность. Мне жаль, но это именно так.