Наталья Александрова – Цацки из склепа (страница 34)
– Здесь, на этих фотографиях, видно, что в день смерти Олеся Лозовая встретилась с каким-то мужчиной и этот мужчина силой заставил ее сесть в свою машину. И после этого ее никто уже не видел. По крайней мере живой. А нашли уже ее труп. Причем, по мнению патологоанатома, она умерла примерно в то время, когда сделаны эти снимки.
Леня сделал паузу, чтобы Лола осознала важность этих слов, и продолжил:
– Скорее всего этот мужчина убил ее в своей машине, а потом выбросил в другом конце города. Кстати, – добавил Леня, – Чернозубов очень хитро поступил, разделив фотографии, две эти серии снимков по отдельности ничего не доказывают: на первой серии не видно, с кем встречается Олеся, а на второй серии ее саму невозможно опознать… только вместе эти фотографии становятся серьезной уликой…
– Ты считаешь, что эти фотографии – достаточная улика, чтобы доказать убийство?
– Для суда – может быть, и недостаточная, но для Артема Лозового – более чем! Зная его репутацию, я не сомневаюсь, что он от того самодовольного типа, которого заснял Чернозубов, не оставил бы и воспоминаний…
– Но тогда как получилось, что эти фотографии так долго пролежали в тайнике и все еще не были пущены в дело? И как получилось, что Чернозубова убили только сейчас, а не сразу после того, как он сделал эти фотографии?
– Хороший вопрос, Лолка… – протянул Маркиз. – Очень хороший вопрос. И ответа на него у меня нет. И пока, наверное, не будет. Но для начала нам нужно выяснить, кто такой человек на фотографиях.
Лола внимательно пригляделась к мужчине на экране компьютера.
– Надо же, – сказала она, – такой интересный мужчина – и вдруг убийца. Ни за что бы не поверила.
– А ты думала, что убийца обязательно в маске и с автоматом или с безумными глазами и с топором? – усмехнулся Леня.
– Да нет, конечно. Но этот такой… приличного вида, в общем. Никакого криминала.
– Лолка, ты же отлично разбираешься в людях! – укоризненно сказал Леня. – Вот же неопровержимые доказательства!
– Возможно, если бы я увидела его воочию, голос услышала… – Лола помотала головой, стремясь избавиться от назойливой мысли, – ладно, и что мы будем делать дальше?
– Где-то я эту мордуленцию видел… – Леня уставился на экран, – вот как ты хочешь, мелькал этот мужик где-то… удивительно знакомая физиономия…
Он нажал несколько клавиш, нетерпеливо постучал ребром ладони по столу – быстрее, быстрее. Наконец на экране появились фотографии, которые нашла ему хакерша. Вот Олеся Лозовая во всей красе, еще целая и невредимая.
– Как на твой женский вкус? Интересная?
– Неплоха, – недовольно согласилась Лола, тут же вспомнила, что несчастной Олеси нет в живых и усовестилась, – платье отлично сидит, перед камерой держится хорошо… ого, в ушах целое состояние! Серьги какие красивые… Можешь увеличить?
– Ну, мы будем цацки смотреть или делом заниматься? – заворчал Леня. – Постой… вот как раз…
– Да это же он! – заорала Лола. – Вот тот мужик, стоит за Олесей и с кем-то разговаривает!
– Вот на этом снимке он лучше виден. Точно, он это, вот только как узнать, кто же это такой…
– Ну, увеличь сережки… – заныла Лола, – ну пожалуйста… что тебе стоит…
– Ой, ну, пристала, как банный лист! – буркнул Леня. – Ну на, смотри уж!
– Ой, красиво! Ленечка, а что это там на стене написано?
На увеличенной фотографии был хорошо виден плакат, висевший на стене.
– «
– «
– Ну, ты даешь! – сказал Леня, ему было стыдно, что не он первый догадался.
– Угу, а еще я знаю, где эта акция проходила, – невозмутимо продолжала Лола, – в Центре детства.
– Есть такой центр?
– А как же, мы, когда учились в театральном, спектакль благотворительный там играли. Там потолок низкий, и поэтому акустика ужасная.
– Так… – Леня снова лупил по клавишам, – значит, летом или осенью два года назад… вот, благотворительная акция… поможем детям… участвовали такие-то… ага, вот полный список участников… и среди них… Иван Орехов!
– Тот, который покупает сейчас у папы Лозового его бизнес? – понятливо спросила Лола.
– Он самый. И что-то мне подсказывает… вот он, Иван Орехов… так… его фирма… тут еще много всего… богатеет мужчина, просто на глазах богатеет, как будто все, к чему он прикоснется, превращается в золото… а вот его фото. Ну?
– Это наш убийца!
– В точку! Лолка, мы молодцы!
К воротам кладбища домашних животных «Тенистый уголок» подъехал черный джип с тонированными стеклами. За рулем джипа сидел толстяк с широким и круглым, как непропеченный блин, лицом. Рядом с ним удобно устроился вертлявый смуглый брюнет в надвинутой на глаза бейсболке. На заднем сиденье сидел еще один пассажир, но лица его не было видно из-за поднятого воротника черного плаща, низко опущенных полей шляпы и черных очков.
Толстяк ударил по тормозам и посигналил.
– Ну, чего ты сигналишь? – проговорил, выйдя из своей будки, охранник. – Чего ты тишину нарушаешь?
– А нечего спать на работе! – огрызнулся толстяк. – Открывай ворота!
– А вы по какому делу? – осведомился охранник, оценивая взглядом дорогую машину.
– К директору здешнему, насчет похорон!
– Собачку, что ли, хороните? – уточнил охранник.
– Ага, собачку! Бульдога американского! – пробасил толстяк. – Открывай, короче, нам тут торчать некогда!
– А куда вам спешить? Похороны – дело неторопливое, обстоятельное…
– Это у тебя будут неторопливые похороны, если ты еще нарываться станешь! – рявкнул на него толстяк. – А нам быстрее надо, пока собачка не протухла!
– Ишь, развоевался! – неодобрительно пробормотал охранник, однако открыл ворота и пропустил потенциальных клиентов на территорию кладбища.
Джип проехал по центральной аллее и остановился возле конторы. Толстяк заглушил мотор и выбрался из салона. Вертлявый напарник уже ждал его снаружи.
– Ну что, сами справитесь? – с сомнением осведомился из машины черный человек.
– Само собой, шеф, не беспокойтесь! – заверил его брюнет, и напарники поднялись по ступеням.
Директор кладбища сидел в кабинете и занимался сложными расчетами. Он и так, и этак суммировал текущие поступления и вычитал из них расходы, чтобы после выплаты владельцам кладбища причитающихся им доходов на его долю тоже что-нибудь осталось. Результаты подсчетов его не радовали: клиентов становилось все меньше, и доходы кладбища таяли, а вместе с ними таяли и его личные доходы.
Дверь кабинета распахнулась. На пороге возникли два колоритных напарника.
Внешний вид напарников внушил директору некоторые сомнения. Они не были похожи на солидных клиентов. Но ни в чем нельзя быть уверенным, внешний вид часто бывает обманчивым. Один из самых роскошных и дорогих склепов заказал мужик, который приехал в «Тенистый уголок» в тренировочных штанах и сандалиях на босу ногу. Поэтому директор последовал простому правилу – считать каждого, кто вошел в кабинет, потенциальным клиентом.
– Здравствуйте, господа! – проговорил директор «Уголка», на всякий случай напустив на себя профессиональную скорбь. – Позвольте выразить вам искреннее сочувствие в связи с понесенной вами невосполнимой потерей…
– С какой потерей? – переспросил толстяк. – Муслим, ты чего-нибудь потерял?
– Да вроде нет, – отозвался вертлявый, на всякий случай похлопав по карманам.
– Я тоже ничего не терял. – И толстяк снова повернулся к директору. – Ты это про какую потерю?
– Ну, я говорил в переносном смысле, – смешался директор. – Потеря, утрата… у вас ведь кто-то скончался? Какой-то четвероногий друг? Вы же по этому поводу к нам приехали?
– А, ну да! Это конечно! – оживился толстяк. – Собачка у нашего шефа сдохла!
– А какая, извините, порода? – осведомился директор. – Поверьте, я спрашиваю не из праздного любопытства. От размеров и породы собаки зависит тип и размер склепа, характер похорон… это влияет на выбор музыки, на оформление катафалка, на драматургию гражданской панихиды… так какая порода?
Напарники ответили в один голос, но несколько разошлись в показаниях.
– Американский бульдог! – выпалил вертлявый, вспомнив, что сказал его напарник охраннику у ворот.
– Доберман! – пробасил толстяк, забыв свои прежние слова.
Вертлявый неприязненно взглянул на своего тупого напарника и внес коррективы:
– Вообще-то он был очень редкой породы – американский доберман-бульдог. Очень ценный экземпляр, чемпион породы. Наш шеф в нем души не чаял и теперь хочет похоронить его по самому высшему разряду. За деньгами он не постоит.
– По высшему разряду? С этим проблем не будет! – заверил его директор, мысленно потирая руки. – Вы пришли по адресу! Похороны животных по высшему разряду – это наша специализация! Вот, можете предварительно ознакомиться, здесь собраны популярные проекты склепов… – Он выложил на стол перед напарниками несколько ярких проспектов.