Наталья Александрова – Стрела Гильгамеша (страница 22)
— Ну хоть шарфик черный сними. И губы накрась.
— Ой, а помаду-то я в посылку положила…
Надежда протянула ей свой тюбик, и Мария отправилась к скамейке Венедиктова.
Распрощавшись с Марией, Надежда хотела было отправиться домой, но ее не оставляло какое-то смутное беспокойство.
Если Ирина, помощница психоаналитика, работает на кровавого карлу из «Тенистого уголка», то какова в этой истории роль самого Ильи Семеновича? Конрад и его люди используют его гипнотические способности? Но тогда, как только он им будет не нужен, что они с ним сделают?
А они, похоже, уже решили, что справятся без него! Рявкнул же карлик на Ирину, чтобы не смела соваться со своими психологическими методами, что хватит этой белиберды. А психоаналитик свидетель. И если они от Инны избавились, то уж Илья-то Семенович знает гораздо больше…
Надежда набрала номер психоаналитика. Из трубки неслись длинные гудки, никто не отвечал.
В принципе это было нормально: Ирина сейчас находится в другом месте, Илья Семенович тоже может заниматься собственными делами… Но Надежда чувствовала прежнее беспокойство, ей хотелось убедиться, что Илья Семенович жив-здоров. Ну или хотя бы жив.
Она вспомнила, что оставила в кабинете психоаналитика коробку конфет со спрятанным в ней микрофоном. Однако Боб говорил, что передатчик довольно слабый, принять сигнал можно только на небольшом расстоянии. Учитывая же гримасу, с которой психоаналитик принял коробку, вряд ли он ее открывал и пробовал конфеты, стало быть, микрофон может быть на месте.
Действительно, достав из сумки планшет и включив программу, передававшую сигнал, она не услышала ничего, кроме ровного шороха, так называемого «белого шума». Надежда решила все же подъехать поближе к офису психоаналитика, где можно будет принимать сигнал с микрофона.
Сказано — сделано.
Через полчаса она сидела в скверике напротив дома, где был кабинет Ильи Семеновича. Снова достала планшет, запустила программу… и на этот раз услышала очень странные звуки.
Из динамика доносилось приглушенное мычание и хриплые стоны.
Рядом с Надеждой вдруг остановился проходивший мимо подросток и с уважением проговорил:
— Классная запись! Что за триллер? Это из серии про Корявого? Сцена, где его пытают рептилоиды?
Только тут Надежда осознала, что включила планшет без наушников и прохожие могут слышать те же стоны и мычание, что и она.
— Ты почему не в школе? — строго спросила она подростка, выключая звук.
— Ты что, тетя? Уроки давно кончились! — отмахнулся тот и пошел своей дорогой.
А Надежда поняла, что с Ильей Семеновичем происходит что-то очень плохое. И нужно спешить ему на помощь. Хотя, если честно, хорошего отношения он не заслуживал и положительных чувств не вызывал.
Здание, где находился кабинет психоаналитика, было современным, и в нем, естественно, имелся домофон. Войти в такой дом в принципе несложно — нужно нажать несколько кнопок, и кто-нибудь из жильцов непременно откроет. Гораздо сложнее попасть в квартиру.
С другой стороны, замок у Ильи Семеновича тоже электронный, это Надежда помнила по предыдущим посещениям. И то сказать, не стала бы Ирина бегать на каждый звонок, у нее была кнопка возле стола. А это значит…
Не зря Надежда много лет работала инженером, и, говорят, неплохим. Она тут же нашла грамотный выход из положения.
Когда в ее собственном доме выполнялись какие-нибудь электротехнические работы, на это время его отключали от сети. И домофон переставал работать, дверь оставалась открытой. Здесь система такая же.
Подойдя к нужному корпусу, Надежда нашла распределительную коробку электрической сети, убедилась, что поблизости никого нет, открыла коробку и воткнула в сплетение проводов пилочку для ногтей с пластмассовой ручкой. Из распредкоробки брызнули искры, и дом оказался на какое-то время обесточен.
Опасливо оглядевшись по сторонам, Надежда торопливо устремилась к двери. Как бы не накостыляли жильцы, народ нынче сердитый и на расправу скорый.
Замок и правда отключился.
Она вошла в подъезд, поднялась по лестнице (лифт, разумеется, тоже не работал), подошла к двери психоаналитика.
Ура! Расчет оправдался: электронный замок на этой двери тоже отключился.
Без проблем проникнув в квартиру, где размещался офис Ильи Семеновича, тут же услышала доносящиеся из кабинета знакомые звуки — хриплые стоны и мычание.
Надежда пробежала через приемную, влетела в кабинет…
В первый момент никого не увидела, но те же звуки, только куда более громкие, доносились из-за письменного стола. Обойдя его, наконец обнаружила психоаналитика.
Илья Семенович сидел на полу, маленький и жалкий, и горестно стонал. Лицо его было красно, глаза едва не вылезли из орбит, правая рука была прикована наручником к отопительной батарее.
— Боже, что они с вами сделали! — Надежда всплеснула руками. — Это Ирина?
Илья Семенович в ответ замычал, и тут она заметила, что во рту у него кляп, свернутый из носка веселенькой расцветки в ярко-желтые лимоны.
Надежда выдернула носок, Илья Семенович закашлялся, отдышался и наконец прохрипел:
— Слава богу, хоть вы пришли, еще немного — и я бы задохнулся! Дайте мне попить, а то во рту просто наждак…
Надежда нашла бутылку минеральной воды и поднесла к губам несчастного.
Тот жадно выпил полбутылки (еще четверть пролилась на его одежду) и стал больше похож на живого человека.
— Кто это с вами так обошелся? Ирина? — предположила Надежда Николаевна.
— Да, она… А как вы догадались? И кто вы? — Он пригляделся к Надежде. — Ах, ну да, вы приходили ко мне записаться на сеанс. Это вы подарили коробку конфет. Кстати, — фыркнул он, — конфеты ужасные…
— Вам сейчас не о конфетах нужно думать! Для начала хорошо бы вас освободить. — Надежда огляделась. — У вас есть скрепки?
— Что? — Психоаналитик удивленно вытаращил глаза. — Какие скрепки?
— Обычные, канцелярские.
— Канцелярские? Это нужно спросить у Ирины… Ах, ну да, она ведь… — он снова закашлялся.
— Вот именно! А без нее вы ничего не можете найти?
Надежда один за другим выдвинула ящики письменного стола, в одном из них нашла коробку скрепок. Разогнула одну скрепку, сделав из нее крючок, похожий на крошечную кочергу, и вставила эту проволоку в замок наручников.
Делать отмычку из обычной скрепки ее научила знакомая журналистка, на пару с которой Надежда Николаевна распутала не одно головоломное дело. Такой отмычкой можно открыть не всякий замок, но у наручников замок самый примитивный, и через несколько секунд психоаналитик был свободен.
Он с трудом поднялся на ноги, растер онемевшую руку и благодарно взглянул на спасительницу:
— Спасибо вам! Еще немного — и я бы, наверное, умер…
— Не обязательно, человек прочнее, чем кажется. Но теперь вы мой должник…
— Конечно, конечно! Я готов провести с вами пять бесплатных сеансов… или даже десять! К чему мелочиться! Только сначала дайте мне еще воды!
Надежда протянула ему бутылку и проговорила:
— Нет уж, спасибо, ваши сеансы мне не нужны! Я и без них неплохо себя чувствую!
— Правда? Зря отказываетесь! Меня считают очень хорошим аналитиком!
— Рада за вас, но нет.
— Тогда чего же вы хотите?
— Хочу, чтобы вы мне честно рассказали, как вас втянули в эту грязную историю с господином Венедиктовым. Вы ведь внушали ему то, чего нет и никогда не было. И знаете, что это преступление! Зачем вы это делали? Ради денег?
— Нет, что вы! — похоже, Илья Семенович обиделся. — Я бы никогда не пошел на такое ради денег!
— Тогда в чем причина?
Аналитик опустил голову, тяжело вздохнул.
— Вы умеете заваривать кофе? Я бы выпил сейчас чашку, сил совсем нет! Едва держусь на ногах!
— Нашли время пить кофе! — фыркнула Надежда, но, увидев, как побледнел мужчина, сжалилась над ним. — Так уж и быть… Где у вас кофеварка? А, сама вижу. А кофе?
Тут она сообразила, что кофеварка не работает, потому что ее стараниями в доме нет электричества.
— Нужно спросить у Ирины… — машинально проговорил Илья Семенович и смутился: — Ну да, что я говорю… Кажется, она хранила кофе вон в том шкафчике.
Слава богу, в офисе была газовая плита. Надежда заварила кофе в обычной турке и наполнила две чашки.