Наталья Александрова – Попугай на передержке (страница 29)
Поговаривали, что немалое влияние на его художественные вкусы оказывала молодая жена Белосельского, культурная дама, не пропускавшая ни одной громкой театральной премьеры и ни одной интересной художественной выставки.
Этого-то культурного бизнесмена и решил обворовать Иван Игнатьевич.
К делу он подошел творчески и готовил его исподволь.
Сначала он подстроил на улице аварию, столкнувшись с машиной супруги Белосельского. Хотя в аварии была формально виновата женщина, он поступил как джентльмен – принял вину на себя, оплатил ремонт и подарил даме билеты на единственный гастрольный спектакль знаменитого французского театра.
Таким образом он завязал ценное знакомство.
Через некоторое время он снова встретил госпожу Белосельскую – на этот раз на выставке известного мексиканского скульптора. Скульптор, по удивительному стечению обстоятельств, оказался хорошим знакомым Ивана Игнатьевича. Иван Игнатьевич познакомил с ним Белосельскую, и мексиканец исключительно по знакомству предложил жене цеховика купить его творение – статую коня, выполненную в традиции гиперреализма и по этой причине не попавшую на выставку.
Госпожа Белосельская, как уже сказано, была дама чрезвычайно культурная и начитанная, но отчего-то не вспомнила историю троянского коня и не сделала из нее выводы. По-испански она не говорила и разговаривала со скульптором через переводчика – опять же, знакомого Ивана Игнатьевича.
Скульптор был очень знаменит и востребован, а цену за коня запросил на удивление скромную, так что Белосельский охотно согласился купить скульптуру.
Через несколько дней мексиканского коня доставили в квартиру цеховика. А еще через день, вернувшись с очередной театральной премьеры, Белосельские нашли свою квартиру ограбленной, причем злоумышленники взяли все наиболее ценное.
Посредине же квартиры стоял мексиканский конь, точнее, то, что от него осталось, – две пустотелые половинки.
Так и выяснилось, как было организовано ограбление: внутри коня спрятался сообщник Ивана Игнатьевича, молодой человек маленького роста и тщедушного телосложения, который и впустил домушника в квартиру, как только ушли хозяева.
Белосельский хотел было вызвать полицию, но вовремя одумался, вспомнив о неправедном происхождении своего богатства.
Вместо этого он добился встречи с мексиканским скульптором, которого считал сообщником воров. На этот раз Белосельский нашел своего переводчика и с удивлением узнал, что скульптор не имеет никакого отношения к злополучной лошади, а во время беседы с женой ограбленного бизнесмена он обсуждал с ней исключительно свои творческие принципы и планы, и супруга Белосельского пообещала ему щедрую спонсорскую помощь.
Тогда-то мадам Белосельская поняла, как важно знать языки и не полагаться на услуги переводчиков.
– И вот на ней-то вы и женились? – удивленно спросил Маркиз. – Она забыла ту давнюю историю?
– Как раз не забыла! – возразил Иван Игнатьевич. – Я тогда вел себя как джентльмен, произвел на нее сильное впечатление, и мы с Сонечкой время от времени встречались. А в прошлом году ее муж, тот самый знаменитый Белосельский, скончался, мы подождали, пока пройдет приличное время траура, и поженились. Свадьба, конечно, была очень скромная, всего несколько ближайших друзей…
– Я вас поздравляю, Иван Игнатьевич!
– Охотно принимаю поздравления! Сонечка – это та женщина, с которой можно безбоязненно встретить старость.
– Что, у нее очень хороший характер?
– Характер… я бы не сказал… и вообще, при чем тут ее характер? Покойный муж оставил ей такое состояние, что на любой характер можно закрыть глаза!
– Вот как! Господин Белосельский сумел сохранить и приумножить свое состояние в трудные перестроечные годы? Честно говоря, я не слышал его имени среди тогдашних пиратов от экономики!
– А его и не было среди них. Он не смог вписаться в новые условия, привык работать в тени.
– Как же он сохранил богатство?
– Очень просто. Он же вкладывал деньги в антиквариат и в современное искусство. Антиквариат, по крайней мере, не упал в цене, а цена на работы новых художников выросла, как на дрожжах.
– Значит, теперь вам больше не нужно давать платные консультации?
– Ну, отчего же? В моем возрасте приятно чувствовать себя востребованным. Да и лишние деньги никогда не помешают. Сонечка, конечно, ни в чем мне не отказывает, но человеку нужно иметь и собственные деньги.
– Расценки у вас прежние?
– Расценки прежние, только теперь, голубь мой сизокрылый, я беру в биткоинах по курсу гонконгской биржи.
– О! Вы идете в ногу со временем!
– А как же, сизокрылый мой! Ты же знаешь поговорку – даже для того, чтобы только остаться на прежнем месте, нужно плыть против течения. Причем очень быстро. Так что если ты хочешь что-то у меня узнать – спрашивай, причем быстро… – Иван Игнатьевич взглянул на часы, тяжелый золотой «Ролекс».
– Помнится, прежде вы никогда не торопились, даже в шахматы любили перекинуться…
– Так то прежде! Прежде я был рядовой пенсионер, у меня времени было навалом!
– А сейчас? Вы же вроде как на отдыхе!
– Отдыхать, сизокрылый мой, это тяжелая и утомительная работа! Особенно если ты отдыхаешь с Сонечкой… давай уже, спрашивай, кто или что тебя интересует.
– Меня интересует Шампур. Как вы понимаете, не тот, на котором жарят шашлыки, а человек с такой кличкой.
– Оп-па! – Иван Игнатьевич посерьезнел и даже отставил свой бокал. – Зря я согласился…
– А что – ничего о нем не знаете?
– Почему же? Напротив, достаточно знаю, чтобы на эту тему помалкивать.
– Что – очень опасный человек?
– Да уж, опасный… как граната с выдернутой чекой. К примеру, знаешь, за что он свою кличку получил?
– Откуда же мне знать? Вы мне расскажите…
– Нет, лучше не буду рассказывать, а то ты, сизокрылый мой, спать плохо будешь.
– Все настолько плохо?
– Еще хуже. Но раз я тебе обещал консультацию – так и быть. Я от своего слова никогда не отказываюсь. – Иван Игнатьевич вздохнул: – Вроде этот канал надежный… ладно, надеюсь, что тот парень, который его готовил, не обманул. Короче, Шампур – один из двух братьев Степановых, слышал про таких?
– Слышал, но когда-то давно.
– Вот-вот, они и прославились достаточно давно – в лихие девяностые. Даже на фоне тогдашнего беспредела они считались отморозками. Очень у многих на них был зуб. А потом они провернули очень крупное дело… может быть, ты про него тоже слышал. Ограбление «Якутского алмаза» – помнишь такое?
– Да, конечно! – Леня оживился, глаза его загорелись. – Легендарное было дело! Говорили, что грабители взяли в хранилище центнер необработанных алмазов!
– Ну, насчет центнера – это, конечно, преувеличение. Большое преувеличение. Ты хоть представляешь, сизокрылый, что такое – центнер алмазов?
– Приблизительно…
– Вот именно что приблизительно! Центнер алмазов… да тогда весь мировой рынок обрушился бы! Нет, конечно, не центнер, но около килограмма действительно взяли, а это, доложу тебе, тоже очень солидно. Пять тысяч каратов…
Иван Игнатьевич мечтательно вздохнул.
– Подробности того дела помнишь?
– Говорили разное, но кому верить… очень уж все на научную фантастику походило.
– Мне можешь поверить, я из достоверных источников все знаю. Хранилище фирмы «Якутский алмаз» было оборудовано по последнему слову техники. Находилось оно под землей, в глубоком забетонированном подвале. Чтобы попасть к дверям хранилища, нужно было пройти несколько уровней серьезной охраны, но этого мало. Сами двери этого подвала были сделаны из особо прочного металлокерамического сплава, и открыть их могли только два сотрудника высокого уровня, и только вместе. Сначала нужно было набрать код, потом – вставить в замок два ключа. Один знал одну часть кода, другой – другую. У одного был один ключ, у другого – второй.
В общем, ограбить это хранилище считалось практически невозможным. Никто за это и не брался. А братья Степановы взялись – и справились…
– Как же они решили вопрос с кодами и ключами?
– А очень просто. Они и пытаться не стали, а подошли к хранилищу с другой стороны.
– Это с какой же?
– Оказалось, что недалеко от того места, где находилось якутское хранилище, строили новую ветку метрополитена. Так вот, для начала Степановы подкупили одного метростроевского инженера, который готовил техническую документацию, и он подправил на плане направление туннеля. Совсем немножко подправил. На плане это всего пара сантиметров, а в реальности получилось, что туннель прошел буквально в нескольких метрах от хранилища.
– Ловко! – восхитился Маркиз.
– То-то что ловко! Ты дальше слушай. Дальше еще интереснее будет. В день, вернее, в ночь ограбления братья Степановы прошли с бригадой метростроевцев под землю, усыпили двоих мастеров и заняли их место на проходческом щите. Это такая штука, которая вгрызается в грунт и роет туннель.
– Примерно представляю.
– Вот и я примерно представляю. К этому времени туннель проходил как раз рядом с хранилищем. Братья развернули щит, проломили стену хранилища, пролезли в него и собрали все алмазы, которые в нем на тот момент были.
Само собой, в хранилище сработала сигнализация, охрана сбежалась, смотрят – а двери целы. Сперва секьюрити думали, что сигнализация сбилась, ложное срабатывание. Но все же решили проверить. Ну, пока вызвали начальство, пока привели тех двоих служащих, которые могли открыть двери, пока попали внутрь – времени ушло много, и нашли только пустой бункер.