Натализа Кофф – Моя. По закону мести (страница 16)
– Свободна! – негромко шикнул Георгий, так и не взглянув на Лиану.
А Дуня поняла, что краснеет, потому как взгляд Ирбиса вспыхнул тягучим и жадным огнем.
Дуне казалось, что мужчина качнулся вперед, приблизившись к ней. И взгляд интуитивно сполз с темных, горящих, хищных глаз к твердым губам.
Поцелует?
Безумие какое-то…. Но Дуня уже чувствовала вкус этого поцелуя.
И пока девушка уговаривала себя никак не реагировать на Георгия, он вдруг перехватил ее ладонь своими горячими пальцами.
Дуня растерялась. Вместо того, чтобы наказывать ее поцелуями или чем-то более серьезным, Ирбис потянул ее к тем дверям, за которыми скрылась Лиана.
В просторном холле уже ждали Вадим и Максим. Мужчины негромко переговаривались, Воронков хмурился, Вадим кивал.
– Сдвинь все встречи на час, – бросил Ирбис, проходя мимо охраны прямиком к лифту и утягивая Дуню за собой.
– Выдвигаемся? Парней к выходу? – уточнил охранник.
К этому времени Георгий уже вошел в стеклянную кабинку, заставил и Дуню встать рядом. И все это время не выпускал ее ладони из своей широкой и твердой руки.
– Все дела через час, Макс, – твердо произнес Ирбис, а потом вдруг удивил Дуню настолько, что она опешила и подумала, не ослышалась ли: – Моя девушка стесняется тратить мои бабки. Будем исправлять.
Двери лифта отсекли Георгия с Дуней от толпы охраны. Молодые люди остались вдвоем. А Дуню не отпускала неловкость. Пальцы ладони жгли горячие прикосновения. И все казалось странным. Особенно слова Ирбиса.
Девушка? Он назвал ее своей девушкой.
Дуня незаметно выдохнула, все еще избегая мужского взгляда.
Нет, должно быть, Ирбис это просто так сказал, озвучил ее статус перед парнями. Наверняка каждый охранник в курсе, где именно провела эту ночь Дуня, пусть ничего между ней и Ирбисом не было.
В конце концов, она ведь действительно девушка. Только Георгия ли? В этом Дуня сомневалась.
Когда лифт прибыл на нужный этаж, и дверцы распахнулись, Дуня поняла, что теперь торговые бутики выглядят иначе. Консультанты сновали, точно пчелки, и выносили в холл объемные пакеты с логотипами брендов женской одежды.
Да, разница была колоссальной. Если еще полчаса назад здесь, в холле, царила гнетущая тишина, то сейчас было суетно.
А Лиана в сопровождении двух мужчин, одетых в униформу охранников торгового центра, собирала все эти пакеты и коробки.
– Мне ничего этого не нужно! – опешила Дуня. – У меня есть одежда. И вообще, я же вернусь… домой.
Говоря это, девушка не смотрела на Ирбиса. Только ощутила, как его пальцы плотнее сжались на ее ладони. Нет, не было больно. Однако Дуня осеклась и замолчала.
Георгий словно только сейчас понял, что в руке Дуня все еще держит пресловутый пакет. Перехватил его, аккуратно выудил ручки и передал первому, стоявшему ближе всех к дверям лифта охраннику.
– Здесь и без нас справятся, – проговорил вдруг Георгий, вернувшись в лифт, и только дверь придержал, задумчиво рассматривая активность работников бутиков. – Ты проголодалась? Ела плохо за завтраком. Или просто кофе выпьем.
По нажатию кнопки, лифт послушно двинулся вниз. А Дуня поняла, что начинает злиться. Она ведь уже сказала, что ей не нужна лишняя одежда! Еще и такая дорогая!
– Послушайте, Георгий, мне действительно ничего этого не нужно. Правда! – твердо заявила Дуня, еще и взглянула на собеседника строго.
– Мы с тобой в одной койке спали. Можно бы и на «ты» перейти, нет? – усмехнулся Ирбис.
– Вот и переходите, – вскинула бровь Дуня. – А я не приучена тыкать малознакомым людям.
Но тут девушка осознала, что именно и каким тоном говорит. Ее губы округлились в беззвучном «ой!», и вот-вот должно было повиснуть в воздухе очередное извинение.
Однако Георгий вдруг рассмеялся, раскатисто, искренне. В первую секунду Дуня и не поняла, что это за оглушительные звуки. А потом в удивлении смотрела на то, как разительно изменилось суровое и брутальное лицо мужчины. На щеке появилась ямочка. А взгляд словно потеплел. Да и сам Ирбис казался симпатичным. Пожалуй, даже красивым.
– Ты меня голым видела. Считай, познакомились, – между приступами хохота говорил Ирбис, а Дуня поддалась на провокацию и тоже скромно улыбнулась. – Сурова ты, однако, Евдокия Андреевна. Небось, и двойки ставишь?
– Если ученик заслужил, то ставлю, – повела плечом девушка и вдруг осеклась: – Ставила. Теперь, скорее всего, не придется.
– С хер… с какого перепугу? – уточнил Ирбис, а смеющийся взгляд вновь превратился в цепкий и сосредоточенный.
– По месту работы приходили из банка. Рассказали о долге и о суде. Словом, директору это не понравилось. И на работу я не вышла сегодня, – честно рассказала Дуня.
Лифт уже прибыл на место. Дверцы разошлись в стороны, однако Георгий нажал на кнопку, чтобы закрыть их.
– Подробнее давай. Что за долг? – потребовал мужчина.
Дуня шагнула назад, потому что Ирбис вновь навис над ней гранитной скалой. И давил так, что пришлось выложить все сведения, без утайки. Да и как ему врать, если он, точно детектор лжи, видел ее насквозь?
– Отец сказал, что на меня оформлен кредит. Обещал выплатить все, если я приду к вам… к тебе, – выдохнула Дуня.
Георгий молчал, ждал. А Дуня ни вырвать руку не могла из цепких пальцев Ирбиса, ни убежать. Кабинка крохотная совсем в сравнении с этим мужчиной, который, казалось, от недовольства, стал еще больше.
– А ты, значит, кредит не брала? – продолжил допытываться Ирбис.
– Нет, конечно! Да и зачем мне? – искренне удивилась Дуня.
Георгий какое-то время молчал, сверлил ее лицо проницательными темными глазами.
– Действительно, зачем, – задумчиво повторил мужчина, – кредит тебе без надобности.
Дуня пожала плечами, словно не знала, что сказать, а потому соглашалась с собеседником.
Ирбис вновь нажал на кнопку. Двери лифта разъехались. Мужчина потянул ее за руку, понукая идти рядом.
Как и этажами выше, здесь не было посетителей. Зато было несколько шикарных кафе, кофеин и ресторан.
Именно к стеклянной стене последнего Георгий и привел Дуню. Им навстречу вышел молодой мужчина с дежурной приветливой улыбкой.
– Георгий Матвеевич! Ваш столик готов, – отчитался незнакомец и перевел взгляд на Дуню.
В отличие от той же Лианы, которая не самым приветливым взором одарила Дуню при встрече, молодой мужчина улыбнулся ей тепло.
– Вам как обычно, Георгий Матвеевич? – продолжал любезно интересоваться мужчина. – А вашей даме?
– А моя Евдокия Андреевна будет…, – приглушенно, но весьма разборчиво и четко изрек Ирбис, ведя Дуню за собой, а оказавшись перед столиком с удобными диванчиками, взглянул на спутницу, – Дуняша, чего тебе хочется?
– Кофе. Капучино, – несмело, все еще пребывая в удивлении, ответила Дуня.
Дуняша? Он ее назвал Дуняшей? Наверное, только мама ее так и называла. Еще в детстве.
– И мне давай кофе, Семен, – кивнул Ирбис.
Мужчина удалился, а Георгий помог Дуне занять свое место за столиком. Сам сел рядом, что слегка порадовало, и вместе с тем расстроило.
Порадовало – потому что можно спокойно сидеть и не ловить на себе цепкий изучающий взгляд напротив.
Расстроило – потому что руки Дуни Ирбис так и не выпустил. Наоборот, устроил ее ладонь на своем бедре и накрыл могучими пальцами.
Дуне все казалось странным… А хотя, нет. К молчаливому Ирбису она уже начала привыкать. Непривычным было иное: теплые, даже обжигающие прикосновения пронизывали ее руку до костей, но вырвать ладонь из крепкого захвата хотелось все меньше.
Вокруг – тишина, которую нарушала только негромкая музыка, и, казалось, что все работники ресторана куда-то испарились. Только что официант принес две чашки кофе и тут же исчез.
Георгий молчал. Дуня слышала негромкие сигналы, прилетавшие на телефон Ирбиса. А сам мужчина никак не реагировал на них. Не тянулся рукой в карман пиджака, пожалуй, даже не шевелился.
И девушка все сильнее ощущала напряжение, повисшее за столиком.
И когда негромкие короткие сигналы сменились длинным звонком, Георгий приглушенно выругался и полез в нагрудный карман пиджака. Для этого мужчина выпустил Дунины пальцы. А сама Дуня тут же обхватила ладонями чашку.
Уставившись взглядом с кофейно-молочную пенку, девушка чувствовала на себе недовольный взгляд Георгия. Но трусливо не смотрела в ответ. Ей казалось, что всего этого слишком много… Слишком близко был к ней Ирбис… Слишком откровенные мысли просыпались в ней сейчас… Слишком непреодолимым было желание сбежать от этого страшного человека, и слишком сильно хотелось остаться.
После короткого телефонного разговора, Ирбис нахмурился еще больше. И Дуня поняла, что их короткое уединение подошло к концу. Наверное, Дуня даже обрадовалась тому, что ей разрешат покинуть этот элитный, вычурный и пугающий ценами торговый центр.