Натализа Кофф – Курьер на полставки (страница 16)

Машке нравилось, как Савелий ведет дела. Словом, ей нравилось в молодом человеке все, что касалось его профессионализма.

Другой момент - личные качества и скверный характер. Вот здесь у Машки была куча возражений и претензий. Но она молчала. В конце концов, кто она такая в его жизни? Обычный курьер, который привозил каждый вечер документы на дом, готовил ужин на вечер и обед на следующий день, чтобы больной мог собственноручно разогреть его и нормально поесть.

Больной, у которого, кстати, температура почти пришла в норму, и который шел на поправку, выглядел вполне сносно, если не считать покрытых подсохшей коркой болячек. Машке все еще приходилось обрабатывать их. Особенно те, до которых сам молодой человек не мог дотянуться.

Каждая процедура проходила в полном молчании со стороны Выдренко. И она радовалась, что в такие моменты Савва лежал с закрытыми глазами на диване или на постели спиной к девушке. А Машка спокойно наносила лекарство на поврежденные участки кожи.

Казалось бы, Марианна давно должна была бы привыкнуть к подобным минутам, которые тянулись мучительно долго, и на протяжении которых девушка от головы до пят покрывалась густым румянцем смущения.

Машка была благодарна Савелию за то, что он лежит спиной к ней и не подозревает, как неловко ей становится от созерцания красивого мужского тела, его широкой спины и рельефных плеч.

Каждый вечер девушка думала, что привыкла наносить лосьон на тело шефа. Ну, что может быть проще? Открыть флакон и смазать ранки. Но нет, руки подрагивали, щеки краснели, а дыхание приходилось буквально силой регулировать.

Вот и сегодня, поднявшись на нужный этаж, Маша мысленно настраивалась к стандартному вечеру. Она собиралась приготовить ужин зеленолицему шефу, отпроситься на субботний день и смазать боевые раны Адмиралова.

Все ведь просто и понятно. Тогда почему она не находит себе места, стоит только представить обнаженный торс Бармалеевича?

Старательно отодвигая в мыслях ответ на эту загадку, Марианна открыла дверь ключом, выданным ей Адмираловым лично. Войдя в квартиру, Выдренко поняла: что-то происходит.

Осторожно пройдя в гостиную, Машка растерялась.

Стол, за которым еще вчера вся компания приятелей Бармалеевича играла в покер и распивала спиртные напитки, был сервирован на две персоны. Напротив стола горело искусственное пламя в декоративном камине. Из динамиков лилась тихая романтическая музыка. А вся комната была погружена в приятный и интимный полумрак.

С первого взгляда становилось понятным - шеф нацелен на романтический ужин со всеми вытекающими последствиями.

Маша вздохнула. Все ясно. У Бармалеевича свидание. А значит, ей нужно пойти погулять на несколько часов, а в идеале - до самого утра.

Машка увидела в этом всем огромный плюс: не придется отпрашиваться и пояснять о причинах своего отсутствия весь субботний день. Остается только надеяться, что девушка Бармалеевича, во-первых, не подхватит от него ветрянку. Во-вторых, «отработает» на все сто процентов. И заносчивый шеф подобреет.

- Заходи, мне остался только соус! - странно-довольным голосом прокричал Савелий, не оборачиваясь к Мари, застывшей на границе кухонной зоны.

Выдренко прикусила губу. Кажется, Адмиралов принял ее за свою гостью. Стало капельку обидно за несправедливость: какой-то незнакомке достанется ужин, а ей, Машке, все эти дни доставался капризный больной.

Маша предпочла не встречаться с гостьей Савелия. К тому же, он должен быть ей благодарен. Не придется пояснять подруге причину нахождения Машки в квартире холостяка.

Маша решительно подошла к столу, старательно не замечая растрепанной прически Адмиралова. Волосы торчали мокрыми «иголками», создавая их хозяину амплуа этакого хулигана.

Выдренко осторожно положила на стол портфель с бумагами, улыбнулась.

- Савелий Варфоломеевич, вот бумаги на понедельник. С вашего позволения я тихонько исчезну. Не хочу мешать вашему…гм… уединению, - спокойно произнесла Машка, старательно отводя взгляд от высокой фигуры молодого мужчины.

- Маша… - Савелий обернулся, попытался прервать монолог Выдренко, но она словно не замечала его.

- Вы, Савелий Варфоломеевич, главное не забудьте обработать болячки. Это важно, - продолжала говорить Мари. - А я вернусь в воскресенье к вечеру. Я тогда пойду, пока ваша гостья не пришла. Неудобно получится, если встретимся.

- Марианна Михайловна! - вздохнул Адмиралов, отложив лопатку, которой перемешивал соус в сотейнике.

Машка взглянула на плиту. На плите весело булькала молочная жидкость. Пахло на удивление изумительно. В духовке, судя по яркому листу, прикрепленному к дверце холодильника, на котором был написан рецепт приготовления, запекалась курочка. Словом, Машка с радостью поужинала бы. И, кажется, ужин обещал быть вкусным. Жаль, что Адмиралов старался не для Машки.

- Савва, - устало произнесла Мари. - Все мы взрослые люди. Я все понимаю. Дай мне пару минут на сбор вещей, и я тихонько пойду.

- Куда ты пойдешь? - раздраженно обронил Адмиралов, выключая плиту.

- К другу. Завтра мы собирались поехать к моей маме. У нее день рождения, - ответила Маша уже из коридора.

Машка собралась мгновенно. А когда вышла из своей комнаты, Адмиралов уже включил свет в гостиной, нарушая уютный, интимный полумрак.

- Савва, очень прошу, не чешись и обработай все ранки, - из коридора прокричала Машка. - Документы в папке. Оксана Васильевна сделала все копии, что нужны к понедельнику.

Машка не услышала ответ. В квартире повисла тишина. Списав все на занятость шефа и торопливые приготовления к появлению неизвестной гостьи, девушка вздохнула и рукой удобнее перехватила объемный рюкзак.

- До воскресенья! - громче прокричала Маша.

Савелий все же вышел из кухни, вытирая руки о полотенце. На его лице Машка четко прочла недовольство. Решив, что она задерживает шефа своим присутствием, девушка торопливо исчезла из квартиры Адмиралова.

Оказавшись на улице, Маша глубоко вздохнула. Она могла бы позвонить Киру, и он бы забрал ее прямо сейчас. Однако ей требовалось немного свободы и времени, чтобы подумать. Как-то слишком запутанно все стало. Для нее - однозначно.

Машка вернулась в квартиру Савелия, как и обещала, только в воскресенье. Шеф удостоил ее коротким приветствием и тут же заперся до самого вечера в своем рабочем кабинете.

Мари предпочла не приставать к руководству с расспросами о его самочувствии. Хотел бы - сам бы обо всем рассказал.

Воскресный вечер прошел так же, тихо и спокойно. Ужин доставили из ресторана. Шеф прихватил свою порцию и вновь погрузился в работу. Маша в недоумении мысленно разводила руками. А потом решила: не орет - уже хорошо.

В таком же ключе прошло полторы недели. Ремонт в квартире Марианны был завершен. Шеф, с позволения доктора, уже мог изредка выходить на работу, несмотря на подходящий к завершению карантин. И все было бы замечательно, если бы не глухая отстраненность Адмиралова. Он словно и не замечал присутствия Маши в своей квартире. Да, он разговаривал с ней во время завтраков. Спрашивал о делах компании и об атмосфере, царившей в офисе, но все с теми же интонациями Савелий говорил и со своим секретарем, или с начальником отдела кадров, или с юристом. Словом, он общался с Машкой так, как и с другими сотрудниками своей компании.

Марианна должна была бы радоваться этому. Но нет. Она по необъяснимым причинам грустила.

Глава 18

Ранним утром Юрик-младший резво мчал хозяйку в сторону «ТранзитЭлита», вливаясь в транспортный поток. Машка первую ночь провела в своей отремонтированной квартире. Спала в собственной мягкой постели. И даже умудрилась наспех позавтракать.

Оказывается, за те недели, что девушка провела в доме Адмиралова, она успела привыкнуть к ранним приемам пищи перед работой. И проснувшись еще до звонка будильника, Мари потопала в сторону кухни. На автомате вынула продукты из холодильника и принялась готовить завтрак. И только когда перестала зевать, взглянула на сковороду и поняла, что омлет получился для двух персон.

А на столе - две тарелки и две пары столовых приборов.

Чашки кофе тоже две.

Выдренко пришлось долго стоять под контрастным душем, чтобы разложить все свои мысли по полочкам. И понять: она привыкла к Адмиралову.

Понимание гулко отдалось в душе болью и чувством безысходности. Случилось нечто непоправимое. И пока девушка не знала, что ей с этим пониманием делать.

Пришлось наспех позавтракать и мчаться на работу.

Проезжая мимо кофейни, где по утрам можно было купить горячий, ароматный кофе с шоколадной крошкой и ванильным или карамельным сиропом, Марианна вдруг решила, что просто сойдет с ума, если не купит пару порций. Поэтому девушка припарковала Юрика перед входом в «ТранзитЭлит», а сама помчалась за утренним кофе.

Спустя пятнадцать минут, Машка уже стояла перед стеклянными дверьми здания Адмираловской фирмы и испытывала странное чувство смущения.

Девушка держала два стаканчика кофе в руке. Два. Один, разумеется, для себя. Второй - Бармалеевичу. Бойкая Машка не знала, подняться ли ей на этаж, где располагался кабинет Адмиралова? Оставить кофе на его столе? Передать лично? Вопросов было тьма. И ни единого ответа.

Вздохнув, Маша сделала небольшой глоток из своего стаканчика. Просто не смогла устоять - настолько изумительно пах любимый напиток. К тому же, Марианна надеялась, что кофеин поможет мыслям выстроиться стройным рядочком, а не валяться бесформенными кучками.