Натализа Кофф – Курьер на полставки (страница 15)

Маша была смертельно уставшей, злой, голодной, а посему, приняла решение уйти и расторгнуть заключенный на словах договор с Адмираловым. Но прежде она не откажет себе в удовольствии и разгонит сборище великовозрастных идиотов, плюющих на ветрянку и плохое самочувствие хозяина квартиры.

- Очень добрый день! - громко проговорила Маша, медленно шагая в сторону будущих жертв.

Савелий выглядел вполне довольным жизнью. Он широко улыбался. Лихо держал в зубах сигарету, а в руке - стакан с янтарной жидкостью. Поставив выпивку на стол, Адмиралов принялся тасовать колоду карт, и тут же, набитой рукой раздал карты приятелям.

Молодые люди, развалившись на стульях, с интересом рассматривали появившуюся в дверях незнакомку.

- Савва, а ты говорил, что экономка у тебя - старушка. Выходит, врал? - широко заулыбался незнакомый Машке блондин.

- А это, Гриша, не экономка, - пожал плечом Адмиралов, выпуская облачко дыма в потолок. -Парни, это Маша.

- Хороша Маша! - заулыбался второй незнакомец. - Будешь, Маша, наша?

Марианна прищурилась. Она никогда не любила вот таких мажориков, напыщенных папенькиных сынков, мнящих себя богами пикапа. Ей казалось, стоит разок хорошенько стукнуть такого индивида по темечку, как внешний лоск спадет и останется лишь гнилое нутро.

И пока Мари размышляла, в какое же место бедолаге перепадет от ее твердой руки, если вдруг товарищ перейдет от слов к действиям, парень, расценив ее взгляд как заинтересованный, встал из-за стола и двинулся к ней.

Машка заметила, что парнишка был изрядно выпившим. Ну, или, как вариант, у него было все очень печально с координацией. Паренек пошатнулся, но не упал, а успел схватиться рукой за спинку стула.

- Что трезвому канава, то пьяному магистраль, - вздохнула Марианна, а потом громче: - Товарищи, казино закрывается. Просим обменять фишки на деньги и покинуть помещение.

- А я не понял, чего она здесь командует? - возмутился тот самый парень.

- Наверное, потому что она здесь живет? - хмыкнула Маша.

- Маша, а давайте вы составите нам компанию? - предложил второй приятель Адмиралова, тот, которого Савва называл Гришей.

- Ребят, вы же видите, что друг ваш болен? Здесь, на минуточку, карантин, - вздохнула Маша, а потом заметила на столе те самые коробки, что вчера вечером собственноручно тащила из кулинарии. - К тому же, товарищи, судя по всему, вам совсем скоро станет не до игр.

Взгляд девушки задержался на лице Адмиралова. Машка широко улыбнулась. Да, она блефовала. Но это стоило каждого сказанного слова. Ведь в глубине красивых глаз заносчивого шефа рождались сомнения. Маша решила играть до конца.

- Все верно, Савелий Бармалеевич, - лениво протянула Маша, вынула из рюкзака небольшой флакон с каплями и демонстративно потрясла им: - Много съели? Между прочим, замечательное средство: без вкуса, без цвета и без запаха. Зато эффект…

Маша видела, как глаза Адмиралова распахнулись сначала в недоверии, потом в них поселилась паника.

- Машка! Слабительное?! - прошипел он.

А Мари заметила, как притихший приятель Адмиралова, сидящий ближе всех к пирожным, перестал жевать и смотрел на кусок торта в своих руках как на змею.

- А что, за день не проняло? - хмыкнула Маша. - Наверное, дозировка не та. Но ничего, ближе к ночи подействует.

Как только Савелий промчался мимо девушки, направляясь в столь необходимую ему сейчас комнату, пятеро парней со всех ног ринулись к входной двери. Как оказалось, Гриша был самым трезвым. Он прихватил изрядно выпившего приятеля, который пока что плохо понимал ситуацию и планировал «подкатить» к красотке.

Выдренко, не будь она смертельно уставшей, рассмеялась бы, видя с какой скоростью, вся компания исчезает за пределами квартиры.

Маша с тоской посмотрела на пустые коробки. Жаль, что жадный и вредный Бармалеевич их спрятал и не поделился с ней угощением. Детский поступок и совершенно не смешной.

Маша вздохнула, обвела взглядом гостиную, разбросанные игральные карты, фишки, тлеющие в пепельницах окурки сигарет.

Нет, ей совершенно не хотелось находиться здесь. Да и ради чего? Терпеть характер заносчивого шефа? Угу, велика честь!

Решение было принято мгновенно. Маша прошагала в спальню, которую занимала в последние дни. Побросала вещи в дорожную сумку и вышла в гостиную.

Выдренко собиралась уйти незаметно и неслышно. Ведь как-то шеф справлялся без нее днем. Значит, и дальше справится.

Но проходя мимо хозяйской спальни, Маша не могла не заглянуть в комнату через распахнутую настежь дверь.

Адмиралов валялся поперек кровати, уткнувшись головой в подушку. Судя по ткани футболки, прилипшей к спине, молодой человек изрядно вспотел. Вспотел - значит, опять подскочила температура.

Маша вздохнула и прошла вглубь комнаты. Не обращая внимания на неразборчивое мычание, приглушенное подушкой, положила ладонь на лоб больного.

- Я понимаю, что тебе нравиться болеть, капризничать и сидеть взаперти, - проговорила Марианна. - Не знаю, зачем тебе сиделка. Ты ведь в состоянии справиться и сам, раз уж умудрился превратить квартиру в казино. Но если будешь вести себя словно обиженный пятилетний ребенок, легче никому от этого не станет.

Маша убрала руку ото лба Бармалеевича.

- Я принесу лекарства, - вздохнула Мария.

Когда Мария со стаканом воды и лекарством вернулась в комнату Адмиралова, он уже лежал под одеялом. Судя по капелькам пота, молодому человеку становилось только хуже.

Маша мысленно разобрала вещи и спрятала сумку в шкаф. Что поделать? Не может она бросить человека, нуждающегося в ее помощи. Пусть он и был самым вредным из всех знакомых ей людей.

- Не уходи сегодня, - вдруг попросил Адмиралов, а Маша от неожиданности выронила флакон с каплями.

- Хорошо, - подумав, ответила Маша. -Но убирать тот свинарник, что вы развели в гостиной, я не буду.

- И не нужно, - пробормотал Савелий. - Утром все уберут.

Маша кивнула.

Адмиралов перевернулся на бок и затих.

Девушка секунду думала, что сейчас ей на голову свалится потолок, разверзнется пол, или, на худой конец, через зашторенное окно ворвется ураган. Но нет, тишину комнаты нарушало лишь тяжелое дыхание Адмиралова.

Выйдя из его спальни, Машка вернулась в гостевую комнату. Разобрала вещи, переоделась.

Кухня ее встретила беспорядком. И Маша секунду думала, чего же ей больше хочется: покоя и тишины, или ужина и крепкого чая.

Перевесило чувство, именуемое девушкой «синдром Золушки». И Маша, засучив рукава, нарушая собственное условие, принялась разгребать гадюшник.

Спустя час, квартира Адмиралова сияла чистотой и порядком. Уставшая Маша едва шевелила руками и ногами. Все, на что ее хватило, - это протопать в гостиную и плюхнуться на мягкий диван. Пульт от телевизора нашелся мгновенно. И Маша, включив первый попавшийся канал, прикрыла глаза.

Маша сама не услышала, как задремала. Проснулась от того, что кто-то укрывает ее пледом.

Пробормотав слова благодарности, Выдренко устроилась удобнее, закуталась в мягкий плед и вернулась в приветливое царство Морфея.

Наутро Машку разбудило тихое шипение. Приоткрыв один глаз, Мари поняла, что лежит на диване. А на столике перед ней стоял небольшой деревянный поднос.

Маша моргнула, сонно протерла глаза. Видение никуда не исчезло. Чашка кофе радовала красивой пенкой. Бутерброд умилял ровными кусочками овощей и мяса. А аппетитный на вид кусочек торта окончательно сбросил остатки сонливости. К слову, тортик, судя по логотипу на небольшой коробочке, был куплен в той же кулинарии, которую посетила и Маша.

Сам Бармалеевич, судя по шипению, готовил кофе для себя. Но что-то у него не получалось. Валилось из рук. Однако Машка предпочла не влезать. Она приступила к завтраку.

Глава 17

Последний рабочий день недели пролетел незаметно для Машки. Пару раз она забегала в гости к секретарю - Оксане Васильевне. Девушка с мягкой улыбкой на красивых губах делала заметки в своем блокноте, слушая распоряжения шефа по телефону. Тролинский сидел в кабинете Савелия, о чем-то размышлял, глядя на секретаря через прозрачную стену и, казалось, был вполне доволен жизнью.

Машка улыбнулась. Судя по «гляделкам», в которые играл бывший препод и Оксана, все у них шло гладко.

Выдренко вздохнула, гоня прочь печальные мысли. Вспомнился звонок мамы, которая твердо верила, что в эти выходные дочка приедет в гости к ней в сопровождении жениха Кирилла, который был одобрен родительницей, ее псом, котом и даже, кажется, попугайчиком Кешей.

Словно подтверждая печальные мысли, позвонил друг. Машка объяснила, как добраться до ее временного места жительства. А друг обещал заехать за ней ближе к полудню субботы.

Оставалось лишь сообщить Бармалеевичу, что ей нужно несколько часов свободного времени. Девушка не очень представляла, как именно отреагирует на такую просьбу заносчивое руководство. Но проще было поскандалить с шефом, нежели объяснять матери, почему она не сможет приехать в день ее рождения.

Пока Мари ехала домой к шефу с целой кучей бумаг и копий договоров, она размышляла о том, что за несколько дней, что Маша провела на территории жилплощади Адмиралова, она поняла: пусть Савелий Бармалеевич и был заносчивым и самовлюбленным идиотом, но он умел признавать свои ошибки. А еще был прирожденным руководителем своей компании. Он умел находить нестандартные решения возникших проблем. Мог договориться с партнерами и мягко убедить их согласиться с его доводами. Мог надавить там, где нужно. Или, наоборот, при необходимости отступить.